Мы, Мигель Мартинес. Накануне (СИ)

 Глава шестнадцатая 
 Карающая длань 
Глава шестнадцатая
Карающая длань
Москва. Кремль. Кабинет Сталина
16 мая 1935 года
Сообщение о покушение на Надежду подкосило вождя. Его самочувствие и так было отвратительным, а тут еще эти новости. Но он не мог позволить себе проявить слабость, а посему держался на остатках силы воли, ибо физических сил почти не осталось. Приказал к себе никого не допускать кроме Кирова и Абакумова. Последний должен был приехать из командировки и сразу явиться в кабинет Сталина. Наконец то Киров позвонил и сообщил подробности. В товарища Аллилуеву стреляли на железнодорожном вокзале Краснодара, когда она уезжала в столицу после проверки состояния сельского хозяйства края. Спасло ее то, что на перроне было много народа. С одной стороны, это позволило убийце подобраться поближе, с другой — помешало ему до конца выполнить свой план. Первая пуля прошла мимо, вторая прошила женщине плечо, а дальше вмешались присутствующие люди на перроне не растерялись и скрутили нападавшего, так что третий выстрел ушел в воздух. Охрана поначалу сплоховала, но пока один из телохранителей прикрывал Светлану своим телом, остальные участвовали в поимке киллера.
И опять тот же почерк, характерный для покушений на лидеров страны последних месяцев: убийцу, когда его вели к отделению НКВД кто-то в толчее пырнул ножом в печень. От кровотечения тот потерял сознание и скончался, так и не попав в больницу Краснодара. Правда, успел произнести имя… Ларина. Виталий Филиппович Ларин возглавлялАзово-Черноморский исполком, ему недавно вручили орден Ленина за успехи в восстановлении сельского хозяйства региона. Светлана позавчера вечером звонила, когда Иосиф уже приехал на дачу, и между слов сообщила, что сигнал, который они получили — типичный навет, следовательно, Ларин не мог… Или что-то в последние дни всплыло ещё? Самым же главным в сообщении Кирова информация о том, что Светлане сделана операция, жизнь её вне опасности, но во избежание нежелательных осложнений следует некоторое время пробыть в больнице под наблюдением врачей. А уж потом, она сможет вернуться в Москву.
Сообщив секретарю, что сегодня больше приема не будет, вождь отправился домой. Поскрёбышев должен был направить Абакумова туда, на Ближнюю дачу, как только он появится в Кремле.
* * *
Подмосковье. Волынское. Ближняя дача
16 мая 1935 года
Приехав на место Сталин, совершил необходимые гигиенические процедуры, снова переоделся, ему тут же принесли горячий бульон с размоченными в нём сухариками, который больной с удовольствием выпил, съел ароматно пахнущую хлебную массу, а вот к мясу не прикоснулся. Не хотелось. Потом опять пришло время пить чай с малиновым вареньем и потеть. Впрочем, это было самое надежное лечение простуды, еще и постельный режим. Неожиданно для себя, измученное болезнью тело отключило сознание. Он заснул просто на диванчике, так и не узнав, кто заботливо накрыл его теплым пледом. Вечером появился Абакумов, которого охрана несколько минут не хотела пускать к вождю, но получив приказ от Самого расступилась и Виктор Семёнович, наконец-то смог прорваться к вождю.
— Знаешь, что случилось? — тяжело спросил вождь, внезапно вспомнивший, что сегодня из-за простуды и не курил вообще-то. Поэтому стал было набивать трубку, но потом, поразмыслив, решил сегодня от курения воздержаться. Абакумов ответил сразу же, не задумываясь:
— Так точно, из-за этого и задержался.
— Хорошо, твой человек в расследовании задействован?
— Да, но группой руководит другой товарищ.
— Держи на контроле. Мы должны знать всё и даже больше, чем всё. Что по твоему основному расследованию?
В домашней одежде и тапочках, теплых носках вождь выглядел совершенно не по-деловому. Обычный мужчина в самом расцвете лет, только с уставшими красными глазами и бледным лицом, руки его чуть подрагивали, а на лбу то и дело выступал пот, который Сталин вытирал видавшим виды носовым платком — чистым, но застиранным почти до дыр.
 
— Как мы и предполагали, удары координируются из одного центра.
— Всё-таки Ватикан?
— Ватикан.
— Непосредственно связь с боевыми группами террористов шла через папского нунция в Польше. В прошлом году умер бывший папский нунций в Польше, папа Пий XI, который стремился к налаживанию связей с СССР, хотя и был ярым антисоветчиком и принципиальным противником социализма. Внезапно, подозрительно внезапно он умер, врачи утверждали, что от стремительно текущей пневмонии.
— Ты считаешь, что Ратти отравили как крысу?[1]
— Есть такая небезосновательная версия. Потом были очень длинные выборы, пока семья Гаспарри не протолкнула на этот пост своего ставленника, кардинала Пачелли. Этот известен своей прогерманской ориентацией, участвовал, и небезуспешно, в переговорах с правительством Веймарской республики. Так в Риме появился папа Пий XII. Его отношение к СССР — резко негативное, ярый враг большевизма и коммунизма, реакционер. Если его предшественник пытался наладить отношения с нами, в основном с целью сохранить позиции греко-католической церкви и попробовать расширить ее влияние на центральные и восточные регионы Украины и Белоруссии, то Эудженио Мария Джузеппе Джованни Пачелли считает, что весь католический мир должен объединиться ради святой борьбы с марксизмом.
— Интересно, ты считаешь, что предыдущий папа был более приемлем для нас? — Сталин задал вопрос, кутаясь в плед, его опять стало разбирать от простуды.
— Это вряд ли. Ратти фактически обосновал систему социального солидаризма, которая легла в основу фашистской идеологии Муссолини. И ради влияния на немецкую паству он тоже пошел бы на сотрудничество с Германией. Так что для нас что пнем по сове, что совой об пень…
На эту немудреную шутку вождь улыбнулся. Он сам любил пошутить и юмор понимал, даже немного грубоватый, на который часто пробивало его соратников. Да и у самого вождя шутки иногда получались жесткими, ну, такой характер, что поделать! Неожиданно для себя Сталин осознал, как много в его жизни значила Светлана и ее незримое постоянное присутствие в его жизни. Почему незримое? Её работа была связана с многочисленными командировками, встречами с людьми, проверками, инспекциями, разбором кляуз и доносов. А как без этого? При этом сама Светлана к гражданам страны Советов относилась более бережно, нежели сам Иосиф, которого так и подмывало иногда перейти к крайним мерам, особенно когда отдельные товарищи не понимали, или делали вид, что не понимают простых и чётких указаний. Его супруга не умела готовить, не занималась хозяйством, как это принято у женщин Кавказа. Маме она не слишком бы понравилась. Но она была не просто супругой, а еще и боевой подругой, смелой и отважной. И умела спорить. Даже с ним. Но знала границу, которую переходить не стоит. И могла его успокоить. И сейчас, когда над ней нависла угроза, Сталин понимал, что допустить повторения такого он не может. Пусть эту кучу разгребают два волкодава — Киров, с его громоздким аппаратом НКВД, и Абакумов — руководитель его личной спецслужбы. Тот продолжил доклад:
— Именно с приходом Пачелли на трон папы Римского и произошёл сдвиг в политике Ватикана. Кардинал Энрико Гаспарри, глава судебной системы Ватикана, у него еще пост называется так интересно… — Абакумов на пару секунд задумался, после чего выдал: — Префект Верховного Трибунала апостольской Сигнатуры, так вот, именно кардинал Гаспарри стал координатором действия Ватикана против СССР. По всей видимости, что пока что не доказано, к планированию приложили руку иезуиты. Нам удалось проследить финансовые потоки, точнее, что они шли из средств Института религиозных дел[2]. Они задействовали банки семьи Баркли и миланский Коммерческий банк Италии[3]. Эта организация имеет множество филиалов. Был основан как заведение с немецким и австрийским капиталом, сейчас там представлен, в основном, капитал старых итальянских семей. Владелец Альфонсо Сансеверино Вермикатти, кроме связей с аристократическими семействами Рима и Милана, имеет большие связи в Швейцарии, Германии и Венеции. Именно через Комит[4] шел перевод средств Ватикану от правительства Италии по латеранским соглашениям. У нас есть свой человек в этом банке, через Пальмиро[5] удалось выяснить все нюансы: непосредственно операциями по финансированию заговора руководил Кальви, один из совладельцев Комита.