В ритме танца (СИ)
Прислушиваться к собственной интуиции это, вообще, не моё.
Как только я за дверью оказалась, даже не успела отыскать Красавчика взглядом. В затылок впились его пальцы. Он меня развернул и больно припечатал к стене. То, как это делал Артур, даже рядом не стояло, сейчас я согнулась закашливаясь. От безжалостного удара просто вышибло воздух из лёгких.
Олег приложил ладонь мне под подбородок и заставил выпрямиться, прижимая мою голову к стене, заставляя смотреть на него. Обхватила эту руку пытаясь убрать, сдавил пальцами челюсть до ломоты. Безумно рыча в попытках дышать, попробовала оторвать его пальцы, ударил коленом в лобок, так, что я от боли потеряла всякий ориентир. Руки задрожали, но я держалась за него. Совсем едва. Рука тёплая, а мои пальцы льдом сковало. Его уничтожающий взгляд и вот тут-то сердечко конкретно пропиталось страхом. Сердце гнало этот страх с бешеным стуком кровью по венам.
Ощущение какой-то нереальности и безумное желание чтоб это был не Олег, но это был он.
— Олег, что происходит? — проскулила, с ужасом глядя на его вполне обычное лицо.
Только взгляд жестокий.
— Это я у тебя спросить хочу. — с какой-то больной улыбкой подошёл ко мне вплотную давя на грудь локтем руки которой держал до боли и эта улыбка превратилась в оскал. — Что это малыш? — перед моими глазами возникла бумажка с адресом и телефоном.
Я сама это писала, когда он попросил.
— Адрес и телефон... — едва смогла сказать сквозь зубы, он так и задирал мою голову, я уже встала на носочки, но сил так стоять не было, у меня началась паническая атака.
Меня затрясло, дышать стало трудно, а ощущение нереальности происходящего засело в мозгу мыслью, что это очередной страшный сон.
— Чей адрес? — голос Олега я услышала, но самого его уже не видела, перед глазами стало темно.
Сработал защитный рефлекс головного мозга, я отключилась.
Когда пришла в себя, могла бы ещё подумать, что это сон, если бы меня не швыряло по багажнику. Так что всё дошло сразу, даже в полуобморочном состоянии оттого, что сердце билось нереально быстро, кислород в крови заменил уже не страх, нет. Лютый ужас. Меня скрутило, по-настоящему судорогой, каждую мышцу в моём трясущемся теле прочувствовала. Их во мне дохера. И скрутило так, что я прикусила сжавшейся челюстью собственный язык. Очень сильно и не могла разжать, чтоб хоть слово сказать. Только мычала и то от боли, рот наполнился кровью, сглотнула с трудом, едва не подавившись. Боялась, что зубы сломаю, и затылок словно током. Меня крутило, я не могла головы поднять. Всё что я видела сейчас это темнота, но скоро она сменилась ярким солнечным светом.
Мы просто тупо приехали туда, куда меня вёз Олег. Он вытащил из багажника очень грубо, я плохо стояла, а он почти вышвырнул меня на асфальт. Согнулась, опираясь трясущимися руками о ноги. Судорога до конца отпустила с очередной порцией адреналина, которую мне выкатил мой организм, когда я поняла, куда меня привёз Олег.
Я не пыталась даже соображать и развивать возможный исход сих событий. Почему всё так, и что будет дальше мне было так хуево что не до этого вовсе. Просто мне было страшно. Пиздец как страшно.
Он молчал до самого лифта. Тащил меня за воротник кофты и молчал. А в лифте зажал в углу и зло спросил;
— Что сука, поджилки трясутся? Как ты так забыла то тварь, что Артур был одним из гостей на моей днюхе? — сплюнул в сторону только потому, что между нами, совсем не было расстояния.
Я промолчала, ухмыльнулась за что получила от него по лицу. Губа лопнула, капля крови скатилась по подбородку и упала между нами.
Олег довольно улыбнулся.
— Думала, я этого адреса не знаю. — покивал сам себе и дёрнул меня за ворот к выходу, когда двери лифта раскрылись.
Секретарша там что-то прошелестела, когда наша славная компания ворвалась в кабинет моего брата.
— Охуеть... — прошептал Артур, оглядев меня с ног до головы, и добавил уже голосом повыше; — Туда сядь! — сжал челюсти глянув мне в глаза.
Олег толкнул меня в сторону предложенного братом кресла, я упала.
— Проблемы Киндер? — спросил Артур, помогая мне встать.
Мой короткий смешок. Конечно, хули тут плакать, и так пиздец как всё печально, оттого и смешно, видимо.
— Зачёт не сдала. — брат усадил меня и сделал широкий шаг в сторону Олега.
— Сука! — ему достался всего один удар.
Зато такой, что того скрючило мгновенно. Слышала, как упал. Я осталась сидеть на месте, внутри даже не дрогнуло.
Потом, за дверями этого кабинета были разборки, я скинула кроссовки и подтянула колени к груди, зажала уши. А потом был ступор, братский пиджак зачем-то поверх свитера, стакан водки для меня — как горячая вода, и лаконичный вопрос;
— Почему не сказала ему? — смотрел недолго, ждал ответа, дёрнула головой отрицательно, — Ёбнутая. — заключил брат, как диагноз.
Артур взял себе бутылку водки, и сел на пол опираясь спиной о стену рядом, а как только устроился, начал пить водку просто из горла как воду из бутылки.
Русский Стандарт. — я поморщилась от вида этой марки, но протянула пустой стакан Артуру.
Он схватил за запястье и дёрнул к себе. Упала больно на коленки, да и похер! Подползла к нему, увидев, что его руки сбиты. Сидели с ним плечом к плечу и пили водку, он с горла я со стакана.
— Это, потому что мы на родителей похожи. Ты на мать, я на отца. Говорят, если наоборот, счастливым будешь. — тихо загнал философию.
— А ты несчастлив? У тебя Маринка красотка, — сука даже слова эти напоминали адреналином, — дети скоро будут. Что ещё? — подставила стакан Артуру, а бутылка пустая.
Выжрали литровую бутылку на двоих, и хоть бы что, всё так же трясло, не знаю как Артура, а меня, вообще, не тронуло, разве что жарко стало. Адреналин сжирал весь хмель подчистую.
— Ну так-то у меня мать умерла, когда мне семь было. И отец долбоеб, сестру в детский дом сдал. Заебись да? Счастья полные штаны. — с невесёлой усмешкой сказал Артур, поднялся, только к моему разочарованию пошёл не к шкафчику с бухлишком, а к телефону.
— Возьми у Маринки пару шмоток для Настены, и в офис ко мне. Быстро надо.
12
Когда я переоделась в миленькое Маринкино платье...для беременных, Артур вместе с Адекватом повезли меня в больницу, заскочив в универ за моим барахлом.
Братец сука всю дорогу ржал надо мной, под извинения Володи, и перевод стрелок на Маринку, которая сама ему доверила выбор, а он и снял с вешалки первое, что под руку попалось. С биркой. Новое. Маринка поди на будущее купила, так как живота у неё не намечалось ещё неделю назад.
Слава богу, в больнице, врачиха на этот раз была женского пола, да и Артур так не налегал. Просто кратко обрисовал ситуацию врачу и сплавил меня ей. После осмотра и опроса, когда Людмила Петровна катала мне на листе А4 рецепт, я набралась духу и спросила всё-таки о судорогах.
Что-то мне не понравилось давиться собственной кровью и чувствовать каждую мышцу в теле. Да и, вообще, это стрёмно как-то. Нездорово совсем. В детском доме у одного пацана была эпилепсия, тот в припадке так же корчился, правда, язык не прикусывал, но было дело чуть не проглотил. Что-то совсем не хотелось так же.
— Скажите, а при панике могут быть судороги? Или это какое-то заболевание? Может, эпилепсия? Бывает же, что не сразу проявляется? — истерзала на нервах край платья и не могла перестать грызть и без того лопнувшую губу.
— При панической атаке судороги возможны. У вас нет эпилепсии деточка, это уж точно. Скорей дефицит массы тела и режим сна нужно наладить. — строго заключила тётя врач, оценив меня в болтающемся на мне Маринкином платье под огромный живот.
Конечно, я и так схуднула из-за плохого питания, а тут ещё платье как стакан, а я в нём карандаш карандашом.
С пакетиком таблеток Адекват увёз меня домой.