Бессердечный ублюдок (ЛП)

Деньги есть деньги, и я в них отчаянно нуждалась.
Лаура ободряюще улыбнулась мне, затем оглядела меня с ног до головы.
— Давай сначала переоденемся и сделаем тебе прическу и макияж.
Прическу и макияж?
Прежде чем я успела пожаловаться на то, что мне нужно принарядиться, чтобы подавать напитки, я сказала себе, что если приукрашусь, то мне это поможет с чаевыми.
Не то чтобы мне это нравилось, но таков был факт, и я использовала его в своих интересах.
Я просто выполняла все действия, стоя там и позволяя Лауре выбирать для меня платье. Оно было белым и облегающим, прикрывающим важные части тела, но при этом достаточно откровенным, чтобы не оставалось никаких сомнений.
— Серьезно? — спросила я, когда она протянула его мне. — И белое?
Она пожала плечами, но улыбнулась.
— Поверь мне, все это белое, молодое и невинное поможет с чаевыми. Мы говорим о старых богачах.
Я уже жалела об этом.
Через десять минут я была одета, волосы уложены в мягкую прическу, небольшие прядки обрамляют лицо, нанесен легкий слой макияжа. Я смотрела на себя в зеркало, и хотя я узнала женщину, которая смотрела в ответ, она также казалась мне незнакомкой. Я была не такой, как все. Это для конечной цели. Накопить денег и убраться отсюда.
Я выдохнула, и мне протянули пару шпилек, которые я нехотя взяла и надела. Я посмотрела на свои ноги, молясь, чтобы могла не только ходить, но и одновременно нести напитки.
— Великолепно, — сказала Лаура, и я взглянула на ее отражение в зеркале. — Готова?
Я повернулась, чтобы посмотреть на нее. Она тоже была прекрасна: платье кроваво-красного цвета доходило до середины бедра и имело разрез по бокам. В отличие от меня, у нее была большая грудь, и платье подчеркивало ее достоинства.
Мы вышли из примерочной и прошли по короткому коридору, пока не остановились перед закрытой дверью. Я не заметила, как Борис последовал за нами, неловкой тенью прямо за мной. После трех сильных стуков глубокий голос позвал на иностранном языке с другой стороны двери.
Борис переместился перед Лаурой и открыл дверь, после чего отступил в сторону и пропустил нас внутрь. Лаура вошла первой, я — следом, внезапно почувствовав себя ужасно голой, что не имело никакого отношения к тому, что на мне было надето. Комната не была слишком большой, но оформлена явно изысканно. Черная кожа, гладкие темные породы дерева и очень явный декор на русскую тему.
Напротив двери стоял массивный, внушающий страх стол, а сидящий за ним мужчина и выражение его лица мгновенно заставили меня забить тревогу. Мое горло сжалось от той мрачной энергетики, которая явно окружала его.
Справа от него находился большой камин, пламя которого мерцало над фальшивыми поленьями. Перед ним стоял черный кожаный диван, на котором сидели двое мужчин примерно моего возраста. Они были похожи внешне и по телосложению, так что я с уверенностью могла предположить, что они родственники не только друг друга, но и человека, сидящего за столом. Один из мужчин, тот, что постарше, поднес ко рту стакан с квадратным бокалом, и его глаза остановились на мне, когда он сделал медленный глоток. По позвоночнику пробежала дрожь, и я постаралась подавить ее, прежде чем переключить внимание на мужчину за столом.
Борис ничего не сказал и отошел в сторону, чтобы мужчина за столом мог хорошо рассмотреть нас с Лаурой. Она выглядела достаточно расслабленной, но я вдруг почувствовала, как меня охватывает неприятное давление. Мужчина не скрывал, что откровенно разглядывает нас.
Его глаза казались очень темными — и не в смысле цвета. Они казались закрытыми от всего мира, возможно, даже от его человеческой сущности. Он медленно откинулся назад, его кожаное кресло издало мягкий звук от смещения веса. Долгую секунду никто не говорил, пока он смотрел между мной и Лаурой. А потом он заговорил по-русски, его голос был ровным и глубоким.
Когда мужчина за столом встал, я сделала непроизвольный шаг назад из-за его размеров. Но тут же пожалела, что проявила слабость и страх, потому что это не осталось незамеченным для него, как и блеск веселья в его глазах.
  
Я услышала легкий смешок одного из мужчин, сидящих на диване, но не стала смотреть в его сторону. Инстинкт самосохранения подсказывал, что я должна держать взгляд на мужчине, который в данный момент надвигался на нас с Лаурой.
Сначала он остановился перед подругой, но я не заметила, как его взгляд переместился на меня. Он не прикоснулся к ней, но, судя по тому, как сильно его взгляд перемещался вверх и вниз по ее телу, ему это и не требовалось. Лаура смотрела вперед, ее глаза были устремлены куда-то вдаль. Было совершенно очевидно, что она уже проходила через этот процесс. Неужели он так поступал с каждой женщиной, работавшей здесь? Это казалось таким… неправильным.
— Светлана, — сказал он, остановившись перед Лаурой. Он кивнул Борису, и Лаура отступила назад, на ее лице застыла маска безразличия. А может, это был страх.
В этом месте она выглядела совсем иначе, чем «У Сэла». Впрочем, по сравнению с этим местом, «Сэл» был похож на жижу на дне мусорного бака.
Он подошел практически вплотную ко мне, и мое тело непроизвольно напряглось. Уголок его губ приподнялся, словно он находил это забавным… или ему это доставляло удовольствие.
— Как тебя зовут, дорогая?
Я почувствовала головокружение, сердце колотилось так сильно и быстро, что я боялась потерять сознание. Я облизнула губы и прошептала:
— Лина.
Он никак не выражал своих эмоций, просто наблюдал с холодным безразличием.
— Ты знаешь, кто я? — Его голос был с сильным акцентом, но слова ровные и четкие, а английский — безупречный. Я медленно качнула головой, и по его губам расплылась улыбка, но это была не та улыбка, которая успокаивает человека. Если бы хищник в дикой природе умел ухмыляться — именно так бы это выглядело.
— Всегда так волнительно, когда кто-то не знает, кто я такой. — Высокомерие, прозвучавшее в его словах, испугало меня. — Леонид, дорогая.
Он не окружал меня так, как Лауру, по крайней мере поначалу. Он стоял в двух шагах от меня и молчал, как будто выполнил свою норму на сегодня. Тяжесть его взгляда была тревожной. Я не знала, что он ищет или видит ли ответ на свой вопрос, но через секунду он начал обходить меня так же, как и Лауру.
Я чувствовала, как его взгляд пробегает по каждой части моего тела, как будто его глаза были пальцами, и он ощупывал мои икры, заднюю поверхность бедер, задницу и двигался вверх по позвоночнику. Он снова оказался передо мной, его внимание сосредоточилось на моей груди, затем ниже. Я остановила себя, чтобы не прикрыть грудь и стык между ног, потому что, хотя я была полностью одета, мне казалось, что этот мужчина видит все сквозь ткань.
— Светлана? — спросил один из мужчин на диване.
Он медленно покачал головой.
— Нет.
Мужчина, стоявший передо мной, сосредоточенно вглядывался в меня, как будто знал, кто я на самом деле, как будто мог разгадать мои самые сокровенные тайны.
В этом он был похож на Арло.
Опасный.
— Невинная, — голос Леонида был низким и глубоким. Но резким… таким резким. — Да, — сказал он, словно отвечая на свой вопрос. — Анастасия.
Я открыла рот, чтобы спросить, что происходит, но Лаура взяла меня за руку и вывела из комнаты туда, где находились другие женщины и вешалки с одеждой.
— Что происходит? — спросила я, когда мы остановились, и она повернулась ко мне лицом. — Это было самое странное чертово интервью, или что это, черт возьми, было, которое я когда-либо переживала. Кто был этот человек?
— Леонид Петров, — сказала она, но я не упустила легкого напряжения в ее голосе. — Он владелец этого заведения. — Ее плечи расслабились. — И, я уверена, кучи других мест, и большие связи, несомненно. — Она не подчеркнула, что имела в виду, но суть я уловила. Связи в криминальном мире. Я огляделась вокруг, и мне показалось, что давление, которое окружало нас, когда мы были перед Леонидом, постепенно рассеивалось, чем дольше мы находились вдали от него. — Черт, жаль, что нам не досталась одна комната, но мы заняли два верхних яруса, так что деньги хорошие.