Не бойся ночи, там есть Я (СИ)

— Хочешь, чтобы я начала заикаться?
— Не хочу, чтобы ты брала мои вещи без спроса…
— У-у, какие мы жадные. Иди еще поспи, мне нужно сделать пару звонков.
Меня резко развернули лицом к себе. Слегка взлохмаченный после сна Лют выглядел не очень довольным. Ну что ж, продолжим. Акт второй, сцена первая.
— Поговорим? — я соблазнительно улыбнулась, демонстративно поднимая руку и плавно переводя взгляд на свою трансформирующуюся ладонь.
**
Меня схватили за запястье, тяжело задышав через плотно сомкнутые зубы. Честно говоря, этот слегка помятый и взлохмаченный после сна Лют производил двоякое впечатление. Будучи до странного уютным, он одновременно приобретал самые что ни на есть звериные черты. Словно не до конца проснувшийся мозг решил отдать частичное управление его второй ипостаси.
— Я простил тебе твой побег…
На-адо же, какое благородство! Простил он! Я едва не рассмеялась ему в лицо, да не стала рисковать. Всему есть свой предел. Был он и у Люта Стужева.
— …простил твоё недавнее издевательство.
Ну это да, было весьма забавно. Как вспомню, сразу тянет улыбаться…
— Но играть с собой я не позволю, Лили!
— А кто играет, Лют? — мой голос опустился до тихого шепота, — разве у нас не все серьезней некуда?
Он притянул меня к себе, свободной рукой грубо сгребая меня за волосы.
— Вот именно, Лили, серьёзней некуда. Мне кажется, ты об этом забываешь.
Забудешь тут, когда то и дело без спроса напоминают.
— Ты знаешь, твоё отношение как-то не способствует излишней лояльности. А ведь, если захочу, то билборды с твоими фотографиями в обнимку с деревом украсят главную улицу города…Да, даже загнанная в угол я лучше буду показывать зубы, чем строить из себя жертву.
— Угрожаешь? Молодец. Только смысла в этом нет. Не украсят.
— Уверен?
Он медленно кивнул.
— Связи, помнишь?
Забудешь тут…
— А что насчет моих связей, Лют? И у меня они тоже есть. Не переживаешь, что их окажется вполне достаточно, чтобы все увидели, как ты провел ту ночь? В неглиже с комарами и муравьями, м-м…
— Нет, Лили, — выдохнул он, отпуская мою руку, — мэр этого города — мой хороший друг, и у тебя ничего не выйдет. Скорее он разрешит размещение объявление о твоем разоблачении. И, как думаешь, что станет с тобой тогда, м-м?
О да, я догадывалась. Жить мне останется считанные часы. Ведь делом чести всех местных оборотней станет разорвать меня на части и скормить диким зверям. А то и сами сожрут. Меня мысленно передернуло от подобных перспектив. Хотя Рид, помнится, уже рассказывал о чем-то подобном. Тем метаморфам, кому не повезло быть обнаруженными, проще было самоустраниться заранее, чем дожидаться, когда за ними придут охотники.
— И что же, отдашь меня им?
— А ты так хочешь меня вынудить?
Я смотрела в жестокие ледяные глаза и вспоминала, как Лют, не далее, как час назад обнимал меня во сне. Морщился от чужого запаха, глухо рычал, но жадно прижимал к себе, как любимую игрушку, едва разборчиво шепча: «Никому тебя не отдам, никому, ты только моя, слышишь… Лучше сам убью, чем…только моя, навсегда!»
Ситуация складывалась печальная и явно не в мою пользу.
Я равнодушно скребла ложкой по тарелке с хлопьями, пока Лют долго и сердито с кем-то спорил по телефону. Он добивался, чтобы ему выдали какой-то важный препарат. И что-то подсказывало, что не просто так. Не иначе как снова по мою душу. А если думать о связанных с моей сущностью препаратах, то речь шла скорее всего о малоисследованном «определителе метаморфа». Это редкая сыворотка на основе крови одного из нас, которая позволяла увидеть исходную внешность, достаточно лишь одной капле оказаться в умудрившемся попасться в недружественные руки организме. По слухам, действие сыворотки длится достаточно долго, намертво купируя и способность к изменению формы. Но дикая боль и жуткие побочки гарантированы. А если использовать немногим больше, чем каплю… то возможен и летальный исход. Но кто когда-либо переживал о метаморфах? Рид пугал меня этой сывороткой, когда я вредничала, изображая его мини-копию, и кривлялась, повторяя за ним его же фразы. А теперь вот оно что… Угроза стала вполне себе реальной.
 
Раздраженный Лют уселся напротив и принялся смотреть, как я размазываю по тарелке размякшие хлопья.
— Я прошу тебя, Лили. Хоть однажды сделай так, как я хочу.
— И в чем же будет моя выгода, если я сделаю как ты хочешь? Я устала от твоих хотелок, Лют. Причем очень давно. Потому и поменяла всю свою жизнь, чтобы никогда им не подчиняться.
— А ты попробуй.
Его глаза умоляли, но я знала, что в здравом уме и трезвой памяти Лют никогда не будет умолять словами. Как можно? Ведь от меня зависит всего ничего. Если верить тому, что я знаю об оборотнях, то всего то продолжение его, стужевского, рода. По слухам, только истинные могут подарить оборотням заветных волчат, с остальными не выходит. А в этом случае Стужев пролетает, как фанера. Пусть усыновляет. Плодить ему подобных я не намерена ни за какие коврижки. А заставить он не сможет никак.
— Нет.
Он рвано выдохнул, а его ладони сжались в кулаки.
— Ты слышала, о чем я сейчас говорил.
— Даже глухой бы услышал, как ты орешь на весь дом. Поздравляю, демонстрация удалась. Уже боюсь, ай-яй-яй.
— Не ёрничай, тебе не идёт.
— Не указывай, что мне делать. Я не твоя собственность и никогда ей не буду.
С нажимом потерев переносицу, Лют встал, накинул куртку и вдруг резко обернулся от двери.
— У тебя две минуты, чтобы передумать.
Я демонстративно вздохнула. Размякшие хлопья превратились в кашу, а аппетит так и не появился.
— Сходи, проветрись, тебе полезно.
Хлопнула входная дверь. Я неспешно дождалась звука удаляющегося авто, затем поднялась и вышла во двор. Оставаться здесь в мои желания не входило. Думаю, Рид не дурак, чтобы до сих пор не отследить мое местоположение. Скорее всего, полувамп уже где-то поблизости и ждет моего появления. Ну что ж, не буду заставлять его ждать дольше.
Но не успела я даже представить себе животное, которому вполне по силам было вскарабкаться на двухметровый забор, как вновь послышался шум авто. Как-то быстро он справился… Жаль, перевоплощение во что-то звериное занимает куда больше времени, чем хотелось бы. Рид уверял, что с опытом это будет происходить быстрей, чрезвычайно удивляя меня глубиной своих познаний.
Уже из окна спальни я проследила, как из остановившейся у ворот машины выходит… Хм, неужто сам Эмиль Колтер? А этого каким ветром сюда занесло? Похоже, мой кошмар начинает переходить в самую жуткую свою стадию, становясь до пугающего реальным…
Эмиль выглядел, как и прежде, не изменяя представительному стилю. Красивый темный костюм, небрежно расстегнутый воротник белоснежной рубашки, дорогие запонки. Только волосы отрастил, да подкачался, а в целом я была так же не рада его видеть, как и прежде. В этом тоже ничего не поменялось.
А вот насчет одной истинной на двоих я сильно сомневалась. Рид ничего не смог на это ответить, так что я сделала вывод, что Колтер всего лишь хочет насолить Стужеву за мой счёт.
Мельком глянув на себя в зеркало, я поняла, что нынешний образ чересчур уж привлекателен и ярок для подобных гостей. Жаль, прятаться от оборотня было бесполезно. И потому я представила себе маленького неприятного старичка. Нет, отбой! Переодеться я не успеваю, а старичок в женском халате будет говорить сам за себя… А мне нужно, чтобы Колтер ужаснулся настолько, чтоб вообще забыть сюда дорогу, ну и меня заодно.
Кажется, придумала.
— Лили? — донеслось снизу, и я медленно выдохнула, усаживаясь в кресло у камина.
Послышались шаги по лестнице, а следом обоняния коснулся незабываемый аромат оборотня. Чувствую, скоро этот дом просто провоняет ими насквозь и станет куда менее привлекательным.
Эмиль остановился в дверях, поймал мой тяжелый взгляд и нахмурился.
— Лили?
Я приподняла кустистые брови и усмехнулась накрашенными мужскими губами.