Измена. Ты пожалеешь... (СИ)
— Перебьешься, значит, без шоппинга в Дубаи-молл. Просто поедем. На кону жизнь маленького человечка. Лиза беременна. Это важнее…
— Да кто вообще в таком возрасте рожает? Дура какая-то! — шлепает себе на декольте крем и втирает.
— За языком следи. Тебе тридцать пять, у нас двое. И я буду не против, если годика через два-три мы еще одного ребенка заведем.
— У тебя своих… два человечка и жена! У которой тоже, между прочим, есть своя жизнь и запросы… И желания!
Что-то слишком громко жена ставит банки на туалетный столик.
Подозрительно.
Плюс эти слова о желаниях…
— Кать.
— Что?
— Ты же не сделала то, о чем я подумал? — спрашиваю я.
— Не знаю, о чем ты подумал! — капризно отвечает она.
— Да, блин! Только не говори, что ты ту шубу купила. Из песца.
Жена вздыхает.
— Я два года хожу в одной и той же шубе. Ты сам сказал, купим тебе шубу. Была скидка, я купила. Шубу и…
— И в заначку залезла. Здравствуй, Дубаи. Вот и будем мы теперь в этой шубе ходить всей семьей, и отдыхать в ней. Зашибись… И сервис я твоей клятой шубой тоже расширять буду. А может, мы ее в ход пустим, а? Может, мы тебя в эту шубку нарядим и, куда следует, отправим?
— На что это ты намекаешь?
— Ну, как на что… Не ты ли мне недавно с сияющими глазами рассказывала, что Анька, одноклассница, в эскорте подрабатывает, на машине, при деньгах и в брендовых шмотках… Ты, конечно, ее оплевала с ног до головы, но глазки-то загорелись… Зависть засвербила! И шубу тебе после встречи с этой дурой Анькой захотелось срочно. Аж полетела покупать, в заначку залезла и ни слова мне не сказала! Вот кто ты после этого?
— Потому что у какой-то грязной шлюхи есть то, чего нет у меня! На шубу из песца она себе заработала.
— Скажи вернее, насосала. Было бы чем гордиться!
— А я… честная женщина… мать двоих детей, жена бизнесмена… У которого крутые родственные связи… Без песцовой шубы! Так-то я тоже хочу и отдых, и шмотки, и шубы! И призвание… И на твоем месте…. когда тебе с истерикой отправили фигню какую-то, бред, ахинею… Я бы…
— Ты бы, что, ну?!
— Я бы придержала язык за зубами и не стала бы лезть в чужие разборки. И вообще… поддержала бы того, на чьей стороне сила, помнила бы о своих собственных нуждах и нуждах семьи. Вот чтобы я делала на твоем месте.
— То есть ты мне предлагаешь продать сестру. За бабки.
— Ей, что, идти, бедняжке, некуда? У вас родители есть!
— Старики? Что с них взять! Запугать проще простого…
— Значит, пусть идет и работает! Жизнь себе обеспечивает. Не маленькая!
— То-то я посмотрю, ты до хера зарабатываешь… Дома сидишь без дела, а ведь раньше бухгалтерию вела, когда мы только начинали. Куда пропало желание? Многие на этом бизнесы делают!
— Я жена бизнесмена и работать не должна! — заявляет гордо. — Поедешь впрягаться за сестру, пожалеешь!
Глава 23. Виктор, брат Лизы и Евы
— Что-что, повтори? Я пожалею?
Смотрю в упор на жену, не сводя с нее пристального взгляда, под которым она тушуется и немного сдает назад, выкрутившись со словами:
— Пожалеешь, потому что неизвестно, какими проблемами для тебя это может обернуться! Чужая душа — потемки, чужая семья — тем более! Ну Вить, Витечка… Ты же знаешь, как это бывает. Пара ссорится так, что щепки летят во все стороны, и добрые люди решают помочь, когда кажется, что там до убийства дело дойдет! Вмешиваются и сами же крайними оказываются! За желание помочь… Понимаешь?
Катя снова пытается быть ласковой лисицей, но меня уже царапнуло изнутри и молчать тоже не получается.
— Ты ведь не то имела в виду. Зачем переобуваешсья? Струсила до конца пойти? Ты своими угрозами берега попутала, Кать… Ты страдаешь бездельем и только щелкаешь в голове, у кого какая шуба сколько стоит. И, между прочим, ты… Вот только представь, муж моей сестры покруче меня будет. Однако Лиза работает, у нее свое дело есть. Небольшое, но требующее усилий и внимания. Херней не мается! Ей нужна поддержка, и я ее окажу.
— Не лезь, Витя! Занимайся своей жизнью, нашей… — канючит жена, потом разворачивается и распахивает халатик, соблазнительно расставив ножки. — А хочешь, ну… То, что ты так редко получаешь, м?
Хлопает ресницами и придает себе томный взгляд.
— Я сейчас с кремом закончу, ты немного передохнешь… Дети крепко спят. Я только за смазкой схожу.
В другой раз я бы момент не упустил, конечно. Но сейчас внутри только разочарование клубится, горькое, как никотин. Только в отличии от сигаретного дыма, мне его совсем вдыхать поглубже в легкие не хочется, только выплюнуть поскорее!
— Задницу свою мне предлагаешь? Да ну? Чего это ты так расщедрилась и ничего не просишь взамен? Лишь бы я не лез и не высовывался. Однако… Какие у тебя высокие мотивы, Кать. Знаешь… Не нужна мне твоя задница. Себе оставь!
Лицо жены пошло рябью, и в глазах слезы застыли.
Подбородок дрожит.
— Я так и знала, у тебя есть шлюха! Которая тебе в зад дает. Да? Я права?!
Вообще-то нет, но если так и пойдет… То появится, наверное.
Задолбался я торговаться за секс с женой.
И мне претит, что она о многом забыла.
Забыла о том, кто бегал и выбивал места, когда младшей дочери внезапно потребовалось операция, кто таскался с нами по всем больницам, врачам… Кто пожертвовал своими планами ради того, чтобы помочь нашей семье.
Это была Лиза!
Но ведь могла бы откреститься Лиза, как сейчас Катька открещивается. Как та же Ева поступила… несколько лет назад.
Тогда семья Влада и Лизы не бедствовала, но у мужа Евы руки подлиннее были и связи покруче. Разумеется, я обратился за помощью к старшей сестре! Ева обещала, что поговорит с мужем, он связи поднимет.
Но в итоге были одни отговорки, да-да, завтра. Да-да, у мужа сложная сцена в работе, мол, вот-вот должны дать ответ и так далее, и в таком духе. Потом она звонки сбрасывала, на переписки не отвечала.
Мы ждали, время поджимало. В итоге оказалось, что Ева ничего не сделала. И мужа то ли не беспокоила совсем, то ли все рассказы о его знакомствах во всех сферах жизни оказались просто фулом! Плюс ко всему… они уехали отдыхать…
Потому, когда Ева мужа схоронила и начала плакаться, что у нее проблемы, я сделал вид, что оглох. Пошла бы ты на хрен, сестричка…У тебя ничего за душой. Никого, о ком бы тебе надо было заботиться. Всю жизнь жила эгоистично ради славы и признания, пусть даже это черный пиар, так что сама разгребай, такого я был мнения.
Лиза помогла в прошлом, когда узнала о беде моей младшей дочери, ни слова не сказала и не просила вернуть эти деньги…
Как быстро забывается все хорошее.
Мне от этого на душе тяжело, и на жену смотреть противно.
Вроде еще люблю, еще помню ее совсем другой. смешливой и надежной девчонкой, которая не морщила носик при виде простого парня-работяги из автосервиса… Но ее все чаще алчностью заносит куда-то не туда.
— Кать, ты вот что сделай лучше.
— Что?
— Надеюсь, бирки на месте.
Жена бледнеет.
— К-к-какие бирки.
— Те самые бирки! Шубу в магазин верни.
— Витя! — ахает, побледнев.
— Ты не имела права брать крупную сумму из семейных денег! Из тех, что мы для всей семьи откладывали… И тратить ее на себя. На ноготочки, на маникюр… На спа с подружкой иногда — пожалуйста, я тебе и слова не скажу! Но ты… сперла.
— Сперла?
— Своровала, стащила. Закрысила… Говоришь, как хочешь. Мне насрать. Но… верни, как было.
— А что, если бирок уже нет?!
— Значит, продашь как бу и вернешь все до копеечки. И разницу тоже доложишь!
— Как?!
— А вот это уже твои проблемы, Кать. Ты так-то баба взрослая, да? И неглупая. Поэтому хватит сидеть на моей шее. Дети подросли, в школу ходят. Подыщи-ка ты себе работу, милая. Развеешься!
— Да кто тебе жрать готовить будет?! И убирать…