Кровь Василиска. Книга XII (СИ)

Что от меня ему понадобилось? — подумал мужчина смотря на молодого человека, которому максимум можно было дать лет двадцать пять, а-то и меньше.
И при этом, он уже занимал такое высокое звание, особенно если учесть, какой именно это был род войск.
Диего посмотрел туда, куда до этого смотрел Матиас.
— Много кораблей, — произнес контрразведчик.
— Так и есть, — Сервантес сразу же нахмурился.
  
— Куда отправляетесь? — поинтересовался капитан и на его губах появилась хищная улыбка.
— Думаю, вам и так это известно, — спокойно ответил генерал. — Поэтому давайте закончим этот фарс и сразу перейдем к делу. Я человек занятой, вы тоже, — добавил Матиас, выпуская из трубки облако сизого дыма, который пах пряным табаком, черносливом и косточкой вишни.
— Это мне всегда в вас нравилось, генерал Сервантес, — ответил собеседник. — Значит, решили поддержать врага? — прищурившись, спросил молодой человек.
— Думаю, вы сами знаете, что нет, — ответил Матиас.
— Хм-м, интересно, — Перес провел рукой по жидкой бородке. — С каких пор Жозе Жумельяк — сын Армана Де’Лузиньяна высокопреосвященства Галларии перестал считаться врагом нашей страны? — с явным сарказмом в голосе, спросил молодой контрразведчик.
— С тех пор, когда он помог своему другу сбежать из Кастилии, — проигнорировав тон Диего, ответил ему глава семейства Сервантес.
— И думаете, это хоть как-то оправдывает ваш поступок? — спросил офицер.
— А я не должен ни перед кем оправдываться. Я хочу вернуть свою дочь, и ради этого я пойду на все, — все в той же спокойной манере, ответил Матиас, хоть это стоило ему больших трудов.
Этот выскочка ужасно его раздражал, но ему приходилось быть с ним вежливым, ведь связываться с контрразведкой было себе дороже.
— Нет, генерал, вы ошибаетесь! — покачал головой его собеседник. — Не важно, какими словами вы прикрываетесь, но факт остается фактом. Вы помогаете врагу, а это измена родине! — произнес молодой человек. — Вернее, может ей быть, если вы, все же, решите закончить начатое, — добавил капитан и улыбка на его лице стала немного шире.
Было видно, что он упивался своей властью и явно наслаждался моментом.
Генерал западного фронта затянулся, а затем повернулся к Пересу и выдохнул ему дым прямо в лицо.
— Советую вам, капитан не ссориться со мной, — холодным тоном процедил глава семейства Сервантес, смотря своему собеседнику в глаза.
— Кха-кха, — закашлялся молодой человек, после чего помахал рукой перед лицом, чтобы разогнать дым.
— Ох, зря вы так, генерал, — произнес капитан. — Я вас понял, — кивнул он, и резко развернувшись, хотел было уйти, но внезапно врезался в невидимую преграду. — Ой, — от неожиданности воскликнул Перес.
Диего хотел было развернуться, но у него ничего не вышло. Его, вдруг, сжала невидимая сила и медленно начала сплющивать.
— Генерал! Что вы делаете⁈ — спросил офицер контрразведки, хоть последние слова ему и дались тяжело по причине того, что воздух из легких был выбит невидимыми преградами, сдавливающими тело спереди и сзади.
Сервантес тяжело вздохнул и повел рукой в сторону и повинуясь его воле, две невидимые плоскости, вместе с человеком, заключенным внутри, медленно приблизились к нему.
Матиас посмотрел на испуганное лицо капитана, который явно хотел ему, что-то сказать, но не мог, из-за того, что его легкие были сдавлены.
— Прощай, капитан, — спокойным голосом произнес глава семейства Сервантес, после чего пошел в сторону края пирса.
Оказавшись в шаге от воды, генерал западного фронта Иллерии заставил магические рамки, которые медленно плыли за ним, продолжить свое движение вперед и вскоре, они оказались над водой.
Мужчина посмотрел на испуганного офицера и улыбнулся, когда увидел, что тот обмочил свои портки.
— Эх, не та молодежь нынче пошла, — произнес он и медленно начал опускать свою руку, тем самым заставляя невидимые рамки тоже опускаться вниз.
— Уннн-ммм, — простонал Перес, когда оказался в воде наполовину, но глава семейства Сервантес и бровью не повел. Он продолжил погружать тело Диего в воду, все это время продолжая смотреть в его испуганные глаза, пока вода, полностью не скрыла его голову.
При этом, никто из тех, кто сейчас работал в порту на Матиаса и бровью не повел.
Скорее даже наоборот. Все старались глядеть в противоположную от пирса сторону, понимая, что на месте того человека, они могут оказаться и сами.
— Сорок три, сорок четыре, сорок пять, — отсчитал генерал вслух, а затем сделал несколько магических жестов.
Несколько секунд ничего не происходило, а затем на гладкой поверхности воды появились первые пузыри, вслед за которыми всплыл и сам Перес.
Офицер тяжело дышал, но при этом, его глаза, обращенные вверх — на Сервантеса, выражали лишь страх.
Матиас, снова, сделал несколько магических жестов и невидимая рамка, созданная над капитаном, начала медленно топить его, не давая всплыть.
Генерал отсчитал положенную минуту, а затем заставил свою магию развеяться.
— Ах-х. Кха-кха, — голова офицера контрразведки снова показалась над поверхностью воды. — Я….Я не…
Сервантес кивнул и повторил процедуру.
На третий раз, Перес мог и не всплыть, поэтому генерал закончил экзекуцию.
Он не стал топить молодого человека, но встретившись с ним глазами, произнес:
— Лучше тебе больше никогда со мной не встречаться, — мужчина покачал головой. — И для тебя же будет лучше, если все, что сейчас с тобой произошло и все, что ты увидел, ты навсегда забудешь, как страшный сон, — добавил глава семейства Сервантес, после чего огляделся по сторонам и найдя свой корабль, на котором ему предстояло отправиться на другую сторону Разлома, уверенными шагами направился к нему.
  
Глава 2
 
Я внимательно выслушал Принявшую разложение и нахмурился.
— Значит, они объявили твоему племени войну… — задумчиво произнес я, но моя собеседница отрицательно покачала головой.
— Нет, Люк, это больше не мое племя, — Иная покачала головой. — Но я все-равно переживаю за него, — добавила коренная жительница Другой стороны разлома.
Странные, конечно, традиции, но как часто говорили в моей гильдии — «Со своим уставом в чужой монастырь не ходят».
— Понимаю, — кивнул я. — Теперь главный вопрос, что именно ты хочешь, чтобы я сделал? — прямо спросил я Иную и жена задумалась.
— Думаю, мне нужно вернуться обратно, — наконец, ответила Принявшая разложение и посмотрела на меня. — Я не могу оставить отца, — добавила Иная и я увидел, как от ее ответа изменилось лицо Багровой росы.
Дочь Утопающего в крови совсем не умела скрывать свои эмоции, поэтому все они сейчас читались мной как открытая книга.
И судя по всему, сейчас шаманка испытывала страх…
Хм-м, интересно по какой причине? — подумал я, так как понимал, что она вряд ли боялась самой войны. Уверен, что как и отец Багровой росы, она любила сражаться, и тогда дело было в другом.
И скорее всего, я понимал в чем.
Она просто боялась, что Принявшая разложение уйдет.
Неужели дочь Избранника Угла стала настолько важной для нее? — подумал я, смотря на лицо четырехрукой Иной.
Видимо, она так боится, что дочь Избранника Угла уйдет.
Признаться честно, стало как-то, даже, немного обидно.
Все же я был ее мужем, а Принявшая разложение лишь жена.
Не понимаю я этих женщин…
В особенности Иных…
— Думаю, с Городом Мертвых можно, пока, повременить, — произнес я, смотря на дочь вождя.
— Значит, ты разрешишь мне вернуться к отцу? — в голосе шаманки прозвучали нотки радости и надежды.
  
А ей, что, требовалось мое разрешение? — подумал я, немного удивившись. Да, дочь Избранника Угла, практически, мне никогда не перечила, но это вовсе не означало, что для того, чтобы ей что-то сделать, шаманке требовалось мое разрешение.
Да, по большей части, она и делала, что ей хотелось, а тут вдруг…