Неидеальные. Откровения о любви (СИ)

— Катя — моя единственная родня. Я не буду лезть, но хотел бы, чтобы знала, что есть у нее дядька на свете.
— Хорошо. Давай попробуем.
— И у тебя тоже, Алена. Я за тебя порву, ты только скажи, кого. Ок? Скажешь? — говорил расслабленно, но сталь в глазах настораживала.
— Спасибо за кофе и десерт, — таков мой ответ. Ярослав только хмыкнул.
— А если я тебя на ужин приглашу как-нибудь, ответишь «да»?
— Вот как пригласишь, — я поднялась, — так и узнаешь. Не провожай, — и ушла. Он смотрел мне вслед, это ощущалась легкой вибрацией в позвоночнике. Пусть. Уверена, это было своего рода прощупывание: Ярослав знал больше, чем говорил. Возможно, даже об отце моего сына. Что же, такие вещи не скрыть. Можно было, только если бы Небесный не знал, а так… Пусть перетягивают канат, мне все равно, у меня своя жизнь!
Весь оставшийся день была занята, но мысли крутились вокруг вечера: придет ли новоиспеченный папаша? Или будет восстанавливать гордость в паре с яичками? Может, та брюнетка, что хвостиком за ним в ресторане шла, поможет: разомнет, помассирует. Мне лично все равно, пускай. Только с чего Небесный решил, что может спрашивать за мою личную жизнь?! Со своими женщинами пусть разбирается!
Но все же: задерживаться сегодня на работе или нет? Не хочу видеть его. Может, не приедет? Нет, этот явится! Небесный, если чего-то хотел, то не пасовал перед трудностями. Шел напролом. Робот. Электроник.
А я ведь не знала, абсолютно ничего не знала о Диме. Меня напрягло, как быстро перескочил через смерть своей матери. Ведь мог надавить на жалость, и я бы поддалась: я сама мама и очень ранима в душе. Я бы хотела узнать его лучше: нам ведь в любом случае придется контактировать.
Дистанция, которую намеренно держала, конечно, давала сбои, но в основном в мою сторону — обо мне Небесный знал достаточно. Я о нем практически ничего. Кроме любимого ресторана, марки вина и шоколадного мороженого. Еще кое-что было, но об этом вслух в приличном обществе не принято говорить.
— Слушаю? — перестала гонять мысли по кругу и ответила на звонок.
— Алена Романова? — уточнил солидный мужской голос.
— Да, это я.
— Прекрасно. Меня зовут Герман Савицкий и у меня к вам деловое предложение.
— Какое? — заинтересовалась я.
— Очень выгодное: на десять тысяч евро. Подъезжайте ко мне в офис, обсудим.
— Уважаемый господин Савицкий, предложение у вас ко мне, а не у меня к вам. Подъезжайте вы ко мне в офис. Сегодня я до восьми.
— А вы характерная штучка, — усмехнулся в трубку и пообещал сегодня приехать.
Я провела занятие и поднялась к себе, велела администратору проводить ко мне некого Германа Савицкого, если тот появится. Через десять минут, на которые опаздывал господин с предложением, в дверь постучали. Мужчина вошел так, что понятно сразу: начальство не опаздывает, оно задерживается! Высокий, достаточно статный, с животиком, но в общем-то подтянутый, хотя возрасту соответствовал — лет шестьдесят или около того.
Мой гость надменно осмотрелся и остановил взгляд на мне. Играл в гляделки с минуту, странно хмурясь, даже дышать начал надрывно, с хрипом.
— Вам плохо? — я стремительно обошла стол, помочь хотела.
— Такое лицо не забудешь… — услышала шепот, потом он громче спросил: — Нелли Романова, кем тебе приходится?
— Это моя мама. Что с вами?
— Ничего, — он выпрямился и отошел. — Все нормально, — затем ушел. Просто взял и исчез!
Я была в замешательстве. Что это было? Кто такой? Зачем приходил? Маловероятно, что этот Савицкий инвестировать в мое дело собирался — маржа не высокая. Мне хватало, но это не тот бизнес, который сделает реально богатым человеком, поэтому крупным инвесторам я неинтересна.
Домой приехала поздно. Специально, естественно. Не хотела с Небесным встречаться. Что он был, поняла по роскошному букету мелкой ромашки. Красивый, — про себя отметила и против воли прижала их к груди.
— А это что? — достала продолговатый футляр с эмблемой «Картье». На подложке лежал браслет: интересное переплетение желтого, белого и розового золота. Модный и современный. Не пафосный кич, что дарил до этого, вероятно ориентируясь на вкусы женщин из своего общества: богато, шикарно, побольше камней и блеска.
 
Я захлопнула футляр, раздраженная, что Дима продолжал мерить меня привычной меркой — деньгами. Задарить, пыль в глаза пустить, своими возможностями двери открыть и любые дыры залатать. Никакого прогресса. Такие не меняются!
В спальне обнаружила пакет, черный, без опознавательных знаков, внутри — украшения, которые вернула Небесному утром. Махнула рукой и бросила коробку с браслетом туда же. Пусть будут: камни, золото — долгосрочная инвестиция.
Вышла из комнаты, хотела маму расспросить про мужчину, который сегодня заходил, но у нее поднялось давление, легла уже.
Утром поцеловала еще спящего сына и отвела дочку в сад. Поехала по делам: у нас отчетный концерт в конце месяца, хотела лично посмотреть площадку для проведения: было три хороших варианта, но мне нужен лучший.
Около одиннадцати позвонила мама, попросила срочно приехать домой, уверила, что с Кирюшей все нормально, но дело срочное. Я приехала, взволнованно влетела в квартиру. У мамы участились скачки сахара, я переживала. Завтра же займусь поиском няни! Не нужно ей одной тянуть мою ребятню!
— Аленушка… — проговорила, поднимаясь со стула. Мужчина, сидевший напротив, повернулся. Что Савицкий забыл у нас дома?
  
Глава 36
 
Алена 
— Вы? — удивилась, бросив короткий взгляд на мать. — Что вы здесь делаете? Мам? — произнесла вопрошающе.
— Алена… — она казалась растерянной и очень взволнованной. — Познакомься, это… это твой отец! — выдохнула одним махом.
— Что? — обронила едва слышно. Что она сейчас сказала?!
— Здравствуй, дочь. — Савицкий не стал раскидывать руки, чтобы прижалась к отцовской груди, но выглядел довольным.
— У меня нет отца, — инстинктивно покачала головой. Его не было двадцать шесть лет, так с чего сейчас объявился?!
— Понимаю, — смиренно признал свой косяк, — но я не знал, что ты родилась. Уверен был, что Нелли, — бросил взгляд на маму, — аборт сделала.
— Я бы никогда не сделала аборт только потому, что моя дочь не сын! — выпалила мама с неожиданным для нее запалом. — Это тебе не нужна была девочка! Ну и скатертью дорога!
В спальне заплакал Кирюша — разбудили.
— Я могу увидеть внука? — спросил Савицкий.
— Нет! — мы с мамой ответили одновременно. Я взглядом попросила ее пойти к Кириллу, сама осталась разбираться с «отцом». — Зачем сейчас пришли?
— Хочу исправить свою ошибку. Я богатый человек, Алена. Хочу признать тебя и мальчика. Ха! — весело усмехнулся. — Хоть кто-то в нашей семье умеет пацанов рожать! Не то что Ирка!
Я только фыркнула ошеломленно. Он с какой шовинистской пальмы слез? Что за поразительная вера, что я сейчас кипятком описаюсь от его предложения?! И кто вообще такая эта Ирка?
— Вы ведь не знали о нашем предполагаемом родстве. Вам что-то другое нужно было? — я хотела докопаться до истины, видеть картину целиком.
— Да, — вмиг стал серьезным. — Кто ж знал, что у судьбы такое забавное чувство юмора, — проговорил задумчиво. — Отец твоего сына Дмитрий Небесный?
Я кивнула, подтверждая его правоту. Чувствовала, что это важно.
— Дима женат на моей дочери Ирине. Твоей сестре.
— Что… — ошеломленно выдохнула. Не верю, что жизнь могла быть так жестока! Неужели мне мало доставалось? За что меня наказывать вот так… — Этого не может быть… — прошептала скорее про себя. Очень тихо, но Савицкий все равно услышал.
— Честно скажу, ехал отвадить тебя от своего зятя. Денег предложить. Ирка хоть и никакущая, но дочь, — рассуждал практично, будто бы не о людях говорил, не о родных уж точно! — Один взгляд на тебя и все изменилось. Правильно Дима развестись решил: между вами двумя выбор очевиден. Я уж молчу, что ты наследника ему родила. И мне. Дождался! — широко улыбнулся.