Злые звезды (СИ)
Отвлеченные от плохих мыслей Сушко с Вестфаленом следили за рассказом как бы не больше солдат.
— Тут три варианта. Вымогать деньги самим, продать захваченных профессиональным киднепперам или воспользоваться чьим-то посредничеством. Обычно выбирают два последних варианта, для готовности заплатить большой выкуп любому умному человеку нужны гарантии.
— Я понял, сэр. — кивнул Басич.
— Военнослужащих обычно выкупают из специальных фондов Военных Ведомств, — продолжил я. — Как в Мантикоре не знаю, в любом случае это неважно. Все что нас должно интересовать, это выживание. Если для этих конкретных пиратов живой товар не в приоритете, то мы и все вокруг нас, возможно кроме самых богатых пассажиров, в любой момент могут улететь в космос. Просто из-за так сложившихся звезд и отсутствия сигнала бедствия.
— Есть у кого-то мысли? — буркнул Сушко. — У меня пустота. Даже если не отправят подышать вакуумом, приятного мало.
— Сидим, ждем. — пожал плечами я.— Война на борту еще не завершена. Придётся пользоваться моментом, если представится.
— Обидно будет его пропустить. — меланхолично добавил Вестфален.
Все вокруг закивали. Даже я. Сразу же после того, как сбросил сервисным ботам через инкомы-ретрансляторы пакет заряженных специализированными вирусами сообщений «заказа блюд». Дальше от меня требовалось поставить в медблок программу по впрыску мне боевой химии, погасить свой инком и разгоняя восприятие тупо ждать. Нужные архивы на ретрансляторы уже были загружены.
* * *Страшнее взлома тактической сети связи, для толкового боевого подразделения, пожалуй, только взятие его в расположении без штанов, в смысле доспехов и оружия. К таксети при штурме корабля привязано фактически все.
Взломать систему связи военных стандартов не то, чтобы совсем невозможно, но дело это весьма трудное, даже для искинов. Самые простой, и в основной массе случаев единственный способ проникнуть в неё, это захватить какое-нибудь включенное в сеть устройство связи. Меры противодействия тут отрабатывались веками, но уязвимость как таковая относилась к разряду вечных.
«Мобилизуя» в качестве боевых сервисные боты захватываемого корабля, штурмующие в сеть тактической связи их так или иначе пускали. Очевидные дырки при этом конечно же закрывались. Я собирался воспользоваться неочевидной. К исполнению ворох принятых ботами официантами заказов конечно же принят не мог, но мне это и не требовалось. Мне достаточно было и того, что «червивые» сообщения сохранились в памяти устройства.
Взламываемый бот «умер» где-то через две-три минуты, еще парочку заняло скачивание, установка на «Абд» и включение в работу дополнительных банков данных. Ну а дальше пошла чистая лотерея, увидит ли заражение сетевой фаерволл, а если немного не повезет и увидит, то, как скоро. Точкой невозврата для скрытого заражения всей электроники в системе тактической связи уровня роты я оценивал минут десять. При не обнаружении атаки до этого времени включенные в систему устройства уже не могло спасти ничего. Своевременное обнаружение заражения могло спасти оборудование части включенных в сеть абонентов, но саму систему связи гасило без вариантов
Несмотря на то, что фактически все модификации «Стирателя» по шкале вредоносности программного оборудования не выходили из среднего уровня, он был одной из самых мерзопакостных в плане проникновения на устройства из всех придуманных человечеством вредоносных программ. До перехода в активный режим, код этой гадости фаерволлы даже на повышенном уровне безопасности видели очень плохо. Вирус создали по одной из программ борьбы с искинами. В борьбе с враждебным компьютерным разумом «Стирателю» блеснуть не удалось, однако в войнах мясных мешков он взял свое сторицей. Оставляя, в зависимости от настроек нетронутой или малоповрежденной 70–95% информации в базах данных, — откуда ее, конечно же, можно было извлечь, вирус убивал всю электронную «высшую нервную деятельность» вплоть до средневысокого уровня. Начисто. Да и зазевавшегося низкоуровневого искина, не понявшего с чем имеет дело, сто процентов что мог затереть без особых проблем. Я про такие случаи не знал, но не стал бы спорить, если бы мне сказали, что они были.
В общем, благодаря возможности настройки нижнего порога ущерба, для космоса, где всегда все может выйти из-под контроля, эта мерзость была оптимальной. «Мертвые» корабли, где благодаря заражению поделиями высшей степени опасности безнадежно умерли вообще все компьютерные системы, вплоть до самых примитивных я, увы, несколько раз видел. К счастью для экипажей, в большинстве случаев люди гибли сравнительно быстро — в самых тяжелых случаях отказывали даже базовые «мозги» скафандров. Мне такого было не нужно. Неплохие шансы на выживание я получал уже по отключении у высоких воюющих сторон мелких дронов, завязанных на них систем разведки и наблюдения и тактических компьютеров. Боевых киберов в том числе.
Когда вокруг потух свет, и только через несколько очень долгих секунд зажглось аварийное освещение, свои молитвы я чуть было не озвучил
* * *План был хорош. Особенно для такой ситуации. Но я немного недоучел количество специалистов в толпе, которые смогут понять, что они видят. Нет, не по аварийному освещению, а по замершим в свете ботам.
— На выход! — скомандовал Сушко, глядя как мускулистая бабенка с короткими платиновыми волосами выворачивает винтовку из манипулятора ближайшего к нам «Абда». — Уходим к спасательным капсулам!
Как план «Б» меня это устраивало. Однако план «А» был в том, чтобы помочь убить всех нападавших и спокойно дождаться помощи. Для такого плана у меня были некоторые основания: аварийные системы корабля, включая связи, по протоколам безопасности должны были быть изолированы от основной рабочей сети; экипаж и служба безопасности лайнера никуда не делись; ну а выживание в спасательных капсулах было такой же лотереей, как и очутиться в шлюпке посреди океана, на Старой Земле в эпоху паруса. Особенно если пираты справятся со «Стирателем» и корабль из системы угонят, а в капсуле кто-то из самых «умных» пассажиров не догадается подключиться к системе управления через зараженный инком. Ну или их просто перехватят пираты.
— Аварийные рундуки, коммандер, — прикидывая варианты как потеряться подсказал Сушко я, изо всех сил стараясь не частить. Под химией на это был нужен навык, который требовалось регулярно поддерживать. По уму, легкий аварийный скафандр никому из нас бы не помешал. На лайнере шел бой.
— Некогда! — отрезал лейтенант-коммандер. — Бегом к капсулам, без промедления! Они скоро опомнятся!
Видя группу военных, которые знают, что делают, к нам начали присоединяться люди. Меня оттеснили немного в сторону, я охотно это позволил, толпа с совершенно ненужным в такой ситуации криком вынесла меня через вход, я глянул на право… и что было сил ломанулся назад, удачно проскочив у косяка. На углу стояли две металлические фигуры с направленными в нашу сторону штурмовыми винтовками в руках. Захватчики переключились в «аварийный» режим. «Базовый» функционал сколько-нибудь современных и совершенных боевых скафов убить вредоносными программами сложно. Через секунду пираты открыли огонь.
Назад я не оглядывался, знал, что там увижу.Отбирать винтовку у кого-то из трех заимевших их везунчиков было не вариантом, каждого из них окружала группа поддержки. В итоге я подобрал удачно попавшийся на пути офицерский кортик, клинок изделия действительно оказался монокристаллическим, содрал с покойного хозяина ножны и перепрыгнув барную стойку, нырнул в технические помещения. Дверь туда уже была открыта, умным я тут был не один.
А вот умным и вооруженным хоть чем-то стоящим — увы. Поскольку на заднем выходе из подсобок, за еще одной открытой дверью обнаружились; слева потухший стоя спиной ко мне гусеничный штурмовой бот, какая-то из свежих модификаций мантикорских «Буцефалов» и два покойника; а справа, где-то метрах в трех два пирата с еще двумя трупами у ног и четырьмя за ними. Двое из последних были виденными в зале подростками.