Вторгаясь в Подземелья 1 (СИ)

Я переключился на бандитов.
— Они здесь, — прошептал разведчик у двери.
— Тихо. Готовьте луки. Как откроют — превращаем в ежей.
— Есть, босс.
— Они уже устали. Одной ногой в могиле. Мы поможем поставить вторую.
На самом деле рыцари полностью восстановились. Но говорить бандитам правду? Они в ярости разобьют Сердце, и привет.
Дверь заскрипела…
Босс дал сигнал. Стрелы полетели в проём.
  
Послышались глухие удары о броню. Одна стрела прошла через щель в забрале.
ОП подскочили. Мгновенная смерть.
— Рью! Чёрт! Убили!
— Блядь! Только одного!
— Босс!
— Не подставляйте сочленения! Наша броня…
Босс рубанул говорящего.
— Гхе… Дынеблюй, сука ссаная!
— НЕ СМЕЙ ТАК МЕНЯ НАЗЫВАТЬ!
— КХАА!
Взбешённый босс обрушил шквал ударов. Рыцарь пошатнулся. Меч вошёл в незащищённое место.
Ещё ОП. Ещё трупешник.
Дынеблюй? Что за прозвище?
— Ты блевал дыней на принцессу, ублюдок!
— Как ты посмел убить Рью и Эйджина, Блевотина⁈
— Дыня была гнилая! Это не моя вина! ГДЕ МОЁ ЗОЛОТО⁈
— Мало того, что тебя вырвало — ты убил повара! Обвинил в подставе! При принцессе!
— Заткнись! Он завидовал! Принцесса любила меня! Я бы был на троне!
А, спасибо за экспозицию. История ещё тупее, чем я думал. Из-за блевотины дыней лишиться всего. Шекспир просто отдыхает.
Дынеблюй дрался как берсерк. Убил того рыцаря, ранил других. Но это был его предел.
Команда рыцарей загнала его в угол. Меч пронзил живот.
— Чёрт… После всего… Однако…
Дынеблюй рухнул на колени.
Рыцарь схватил его за волосы.
— Где остальные, Дынеблюй?
— Тц… Все здесь… были… Я лишь делал как говорили…
Это были последние слова умирающего.
Все бандиты превратились в ОП. Финал.
— За ним кто-то стоял? И где женщины? Он сказал «все здесь»…
— Не понимаю. О, это Сердце Подземелья!
— Вау, впервые вижу!
— Мелковатое что-то это подземелье. Всего один этаж.
Рыцарь направил меч на Сердце.
— Может, его уничтожить?
  
Глава 12
 
Этот рыцарь только что заявил, что собирается уничтожить Сердце Подземелья. Я забыл, как дышать. Кровь в жилах превратилась в ледяную кашу, а сердце — ну, моё человеческое, не подземельное — решило устроить забастовку.
Отлично, Нобу. Прожил целых полмесяца в фэнтезийном мире и сдохнешь от тупого рыцаря с комплексом героя. Браво.
Рыцарь на экране медленно занёс свой меч. Время словно замедлилось, как в дешёвом боевике. Только вот режиссёр забыл добавить героическую музыку и замедленное «Нееееет!» главного героя.
И тут меч начал опускаться.
— Го-об!!! — раздался боевой клич, от которого я чуть не подпрыгнул.
— Гобляш⁈ — воскликнула Аика таким тоном, будто её любимый хомячок решил стать камикадзе.
Наш зелёный товарищ ринулся наружу из покоев Хранителя с такой скоростью, что мы с Аикой даже среагировать не успели. Похоже, сработал инстинкт монстра Подземелья — защищать Сердце любой ценой. Даже если эта цена — твоя собственная зелёная задница.
— Чего⁈ Угх, вот ведь!.. — выругался рыцарь, явно не ожидавший такого поворота.
— Го-об… кх-х… — последний героический хрип Гобляша прозвучал почти поэтично.
Через систему наблюдения мы наблюдали сцену, достойную трагедии Шекспира: Гобляш выпрыгнул прямо из Сердца и бросился под меч. Его маленькое зелёное тельце было аккуратно разрублено надвое. Физика в этом мире работала предсказуемо — гоблин испустил дух, не успев даже удивиться.
— Чёрт возьми, этот гоблин выскочил в самый неподходящий момент… — пробурчал рыцарь, словно Гобляш испортил ему идеальное селфи. — Продолжим…
— Эй, ты чего творишь⁈ — главный рыцарь схватил своего подчинённого за руку. — Это вне нашей юрисдикции!
О, бюрократия! Моя любимая защита от идиотов с мечами!
— Низкоуровневые Подземелья типа этого контролируются Гильдией искателей приключений. Сам погляди, только гоблин вылез. Я слышал, что это Подземелье одно из наименее опасных.
— Упс, и то верно… — рыцарь опустил меч с видом школьника, которого поймали за списыванием. — Прошу прощения.
После слов капитана рыцарь быстро спрятал свою железяку. Профессионализм, блин.
— … Эхх, а ведь после уничтожения Сердца я мог бы стать Чемпионом… — протянул он с таким разочарованием, будто упустил распродажу в любимом магазине.
— Хоть я и понимаю твоё желание, — начал капитан тоном уставшего учителя, — но покорение этого Подземелья уже завершено. Кроме того, если бы кого-то могли признать Чемпионом за уничтожение бандитов в Подземелье, где даже Босса не было, то в имперской столице было бы не протолкнуться от Чемпионов.
— Тц… ну да, всего один гоблин вылез, когда я заявил об уничтожении Сердца. Наверное, оно совсем слабенькое…
— Дошло наконец, идиот? — капитан явно терял терпение. — Я урежу твою долю по возвращении.
— Э-э-э⁈ Но это!.. — рыцарь взвыл как побитый щенок.
— Тебе не кажется, что с этим подземельем, где даже Босса не было, вместо Чемпионского титула ты бы получил нечто диаметрально противоположное? — капитан развернулся к полной программе воспитательной беседы. — Даже если принять этого Дынеблюя за босса, представляешь, какой титул ты получишь? [Чемпион, покоривший Обычную Пещеру и сразивший Дынеблюя]? Тебя бы потом величали не иначе как [Гроза Дынеблюев] или [Величайший Покоритель Самой Обычной Пещеры].
Ха! [Гроза Дынеблюев] — звучит как название провального аниме.
— Нда, звучит ужасно… — рыцарь сник окончательно. — Э-эх, Рью, Эйджин, Томас… Не думал, что мы потеряем троих на таком простом задании, как истребление бандитов.
— Дынеблюй был грозным противником… — философски заметил другой рыцарь.
Настроение постепенно сместилось от «мы герои» к «мы выжившие». Драматично, но предсказуемо.
Только сейчас я вспомнил о необходимости дышать и судорожно глотнул воздух. Лёгкие отозвались благодарным жжением. Я думал, что умру. Это был первый раз после прихода в этот мир, когда я подошёл так близко к краю пропасти. Чуть не обделался от страха — и это не метафора, чёрт возьми. Ещё немного, и пришлось бы призывать новые штаны из ОП-каталога.
Впрочем, несмотря на почти-смерть, я сделал себе важную мысленную заметку: существуют Чемпионы, которые разрушают Сердца Подземелий ради титулов. Отличная мотивация. Прямо как достижения в играх, только с реальной смертью в финале.
— У-ва-а… Г-гобляш… — Аика всхлипывала, опустившись на пол с видом осиротевшего котёнка.
Если подумать, Гобляш действительно был нашим товарищем. Мы провели вместе целых полмесяца, делили кров и хлеб. Столько общих воспоминаний… хотя, если честно, все они почему-то исключительно о совместном поедании выпечки. Что ж, хуже эпитафий я встречал.
Интересно, чем они с Аикой занимались, пока я дрых?
— Ты не мог оставить хотя бы мою порцию [Булки с бобовой пастой]… — пробормотала она сквозь слёзы.
Серьёзно? Вот твоя скорбь по павшему товарищу?
Видимо, их отношения с гоблином развивались исключительно на кулинарной почве. Трогательно, блин.
— Гобляш… полностью выплатил свой долг, — я попытался придать голосу торжественности. — Если бы он не пожертвовал собой, мы все были бы уже мертвы.
— Н-но… моя [Булка с бобовой пастой]… — упорствовала Аика в своей гастрономической скорби.
Ладно, я понял. Ты наверняка хотела сказать что-то вроде «Не смей умирать и оставлять меня одну, дурак», но твой желудок перевёл это на свой язык.
Я заказал корзину из шести сладких булок и протянул её Аике. Горе нужно заедать, это научный факт.
— На, взбодрись.
— Ох, с-серьёзно⁈ — её глаза загорелись быстрее, чем лампочка при коротком замыкании. — Я взбодрилась, я взбодрилась! Я супер-взбодрилась!
  
Аика буквально засветилась от счастья. Клянусь, я почти увидел радужную ауру вокруг неё. И тут меня осенило — это же та самая девчонка, которая без зазрения совести отправляла на убой целые отряды гоблинов. Вот тебе и скорбь. Пять секунд — новый рекорд.