А маму позвать? (СИ)

- А ну замолчи! Заткнись, тварь мелкая! Ненавижу детей!
Анжи уже не держала себя в руках. Если еще сегодня утром она хотела убедить Державина, что станет для его дочки лучшей мамой на свете, сможет подружиться с ней, то сейчас она хотела треснуть эту девчонку чем-нибудь тяжелым.
Мила забежала за спину Державина, словно ища у него защиту и запищала:
- Папа! Папочка! Ты слышишь? Она меня обозвала! Меня никто еще не обзывал, даже ты себе такого не позволяешь! Можно я пну ее сильно?
- Можно, доченька. Я ее тоже сам сейчас пну.
Анжи заверещала, как пожарная сирена.
- Анжи, даю тридцать секунд убраться отсюда и больше не появляться в моей жизни. Иначе я за себя не отвечаю. А за дочку порву тебя, как Тузик грелку. Отсчет пошел, тридцать, двадцать девять, двадцать восемь…
- Папа, а дай я втащу ей, руки чешутся, - Милка сделала шаг вперед, размяла кулаки и сделала обманное движение, словно хотела ударить Анжи.
- Да пошли вы все!
Анжи развернулась и ринулась на выход.
- Я всем подругам рассказу, какая ты сволочь, Державин, - слышался ее голос из коридора и громкий стук каблуков.
Пока она ехала в лифте, ругалась вслух.
- Ну тварь эта Милка, гадина мелкая.
- Это точно, - подтвердил мужик, который ехал с ней в лифте. - Если что, она и ударить может.
- Заткнись, тебя не спрашиваю, - рявкнула на него Анжи.
Когда открылись дверцы лифта, она вылетела из него и помчалась в гостиницу собирать свои вещи. Желание вернуться обратно к папочке под крылышко и потребовать, чтобы он больше никогда не дружил с этими Державиными. А еще надо было успеть, пока находившийся в запасе жених Валентино не успел снюхатся с ее заклятой подругой Карой, которая вот уже целую неделю облизывалась на парня. Хоть он не такой богатый, как Державин, но моложе и красив, как бог.
***
- И снова спасибо тебе, - сказал Андрей, когда крики Анжи стихли где-то в глубине шахты лифа.
- Да что мне, сами справились. Вы молодец, на ходу фишку срубили.
- Мы команда, дочь!
- Команда, папа!
 Глава 6 
Все люди ждут весну за которой обязательно приходит лето. Кажется, что разрешатся все проблемы, настанет сплошной отпуск, всегда будет ярко светить солнце, радостно щебетать птички за окном, красивые девушки в мини будут ублажать твой требовательный вкус. Но как бы не так.
С марта начались проблемы, причем такие, что у Андрея появилась четкая уверенность, что кто-то очень сильно гадит фирме. Три тендера перехвачены конкурентами, причем предложенные ими заказчику условия один в один с небольшими поправками, явно сливал кто-то из своих. Ну и другие «мелочи», которые совсем не мелочи. Державин напряг службу безопасности, заставил поставить везде, где только можно камеры наблюдения, с которых ведется запись на сервер и остается там навсегда. Сам тоже пытался выявить крысу, присматривался с людям, но пока вычислить предателя не получалось. Все излучали верность и преданность делу и фиорме.
- Андрей Евгеньевич, разрешите вопрос? - спросила Мила, когда утром положила на стол шефа папку с почтой и исполненными документами.
- М?
- Вопрос, говорю, - получив кивок, Мила продолжала. - Мне кажется или на самом деле у нас скоро жопа получится, причем полная?
- Не кажется, ой как не кажется, - тяжело вздохнул шеф. - Как поняла?
- А чего тут понять, - Мила пожала плечами. - До этого года наша фирма еще ни одного тендера не проигрывала, были хорошие гос.заказы. А с февраля уже три тендера мимо, пару поставщиков отказались, причем не последние.
- Умная ты, Мила, - снова вздохнул Державин.
- Может, чем смогу помочь?
- Помочь? - он внимательно разглядывал серьезное лицо девушки. - Да как ты можешь помочь?
- Женщина может многое, если захочет. Могу быть вашими глазами и ушами. Иногда при женщинах болтают, думая, что мы существа с двумя ушами и одной извилиной, которая только о брюликах и мужиках думает.
- Не хотелось бы тебя втягивать в это.
  
- Вы не верите или не доверяете?
- Беспокоюсь. Сама же знаешь, где крутятся большие интересы есть большие опасности.
- Догадываюсь, книги детективные читаю, телевизор смотрю, криминальные новости слушаю.
- Умная ты, Милашка, - кивнул головой шеф. - Ну если тебе не страшно, не откажусь от твоей помощи, а то я еще не очень хорошо всех знаю. Вроде улыбается мне человек, а что у него в душе не ведаю.
- Я постараюсь.
***
В мае снова появилась возможность получить новый контракт. Группа ответственных, в которую вошли все замы, начальники профильных отделов, специалисты, просчитывали все возможности, вносили поправки, дополнения, предложения. Казалось, что все заинтересованы в положительном результате, ничто не может помешать получить этот контракт.
Вот недаром говорят, что пятница тринадцатое — ведьмин день. У Милы все валилось из рук, несколько документов пришлось переделывать, мысль не шла. Она решила оставить «творческие» дела, чтобы не натворить больше ошибок, занялась чисто механической работой — наведением порядка на рабочем месте. Надо было еще подготовить зал переговоров, где после обеда планировалось проведение переговоров с представителями заказчика. На Миле, как на самом ответственном сотруднике лежала обязанность разложить бумагу, ручки, проверить работу компьютерной и видеотехники.
Она уже собралась выходить из кабинета, как в приемную вошла женщина лет тридцати, но ухоженная, благоухающая дорогим парфюмом. Ничего не спрашивая у Милы, она прошла к двери кабинета шефа и … Ага, попытка не удалась, сим-сим не открыл дверь.
- Вы к кому? - с милой улыбкой спросила Мила.
- К начальнику твоему, - ответила дама с высока, глядя на девушку, словно на грязь под ногами.
- Он сейчас занят и просил никого не пускать, - не отпуская с лица улыбку, сказала Мила.
- Меня пустит. Скажите, что пришла Елена Вересова.
Мила нажала клавишу селектора:
- Андрей Евгеньевич, к Вам Елена Вересова, - сухим тоном произнесла Мила.
Через пару секунд промедления они услышали ответ:
- Пусти, пусть зайдет.
Милана нажала тайную кнопку и Вересова широко открыла дверь, вошла в кабинет Державина.
- Здравствуй, любимый…, - успела услышать Мила до того, как за ней закрылась дверь.
- Любимый? - сама себя спросила девушка. - Еще одна? Что-то я мало знаю о своем шефе.
«Спасать надо?» - отправила она ему сообщение. Мало ли, понадобится ее помощь в спасении жизни и здоровья дорогого и драгоценного шефа.
«Нет», - был коротким ответ.
Мила пожала плечами. Нет так нет. Она решила заняться переговорным залом, так как ее рабочее место уже сверкало идеальной чистотой. Мила вспомнила, что в приемной и переговорке закончилась бумага, мелкая канцелярия, зашла к завхозу, взяла пару пачек бумаги, пару коробок со скрепками и кнопками, пошла в переговорку. Мысль о посетительнице не давала покоя. Судя по возрасту, они могли быть знакомы в школе или институте. Дядя Генрих ничего не рассказывал о личной жизни своего любимого племянника, да и она сама ничего не пыталась выяснить о нем во всемирной паутине. Пробел. Вот сейчас вернется в кабинет и пороется там в поисках заинтересовавшей ее информации о «детстве и юности» шефа.
В переговорке она положила бумагу на стол, зачем-то решила посмотреть кнопки. И тринадцатое пятница снова сыграла свою роль. Коробка с кнопками порвалась и они весело запрыгали по полу. Мила тяжело вздохнула и нагнулась, собирая их. Парочка кнопок закатилась под стол, она полезла, чтобы достать их. Хорошо, что она маленькая, удобно поместилась под столом.
Неожиданно открылась дверь, раздались шаги. По голосу мужчины, который разговаривал напряженным голосом по телефону она узнала финансового директора Федора Петровича. Судя по всему, он зашел в переговорку, чтобы никто не услышал его разговор, даже прошел к столу, под которым сидела Мила, чтобы из-за двери не было слышно его голоса.