Нерушимое доверие (СИ)

Когда открывается дверь в детскую, я не успеваю ни испугаться, ни разозлиться на такую несправедливость судьбы. Тут же резко распахиваются дверцы шкафа, и я…
Оказываюсь в объятиях Глеба.
— Успел, — шумно выдыхает мужчина куда-то мне в волосы, крепко прижимая к себе.
А я плачу… от счастья и облегчения, поэтому не могу вымолвить ни слова.
Я не верила, что Глеб поможет. Казалось, ему на руку все бедствия, которые происходят со мной. Но он здесь, не размыкает рук и что-то шепчет, пытаясь успокоить.
  
Мы стоим так долго, неприлично долго и отлипаем друг от друга, когда на первом этаже раздаются другие мужские голоса.
Один я узнаю сразу — наш управляющий все-таки снизошел до меня и даже встал с теплой кровати в такой час. Удивительно.
Глеб отходит от меня на пару метров, дает вытереть слезы и окончательно прийти в себя.
Я хлопаю по щекам, чтобы окончательно затушить истерику, заправляю волосы за уши и выхожу из комнаты Яны. В доме все еще темно, и на первом же выключателе понимаю, что у нас в принципе нет электричества.
Вот почему не сработала сигнализация.
— Нина Леонидовна, вы в порядке? — обеспокоенно спрашивает Максим Викторович, когда я показываюсь вместе с Глебом на первом этаже.
Здесь был ураган. Разгромлена не только гостиная, но и часть кухни. Думаю, если бы не Глеб, взломщик стер в порошок все комнаты на нижнем этаже.
— Она не в порядке, — за меня чеканит Глеб с яростью в голосе и берет меня за руку. Крепко.
Впервые вижу его таким — без насмешки в глазах, без бесящей улыбки, как будто его веселит все вокруг. Сейчас он злой, и управляющий с охранниками это предельно ясно чувствуют.
— Глеб Владимирович… — пытается придумать отмазку Максим. Он тоже не похож на себя. Без классического костюма и зализанной укладки. Его и вправду подняли с постели.
— Максим Викторович, как так получилось, что в поселке оказался посторонний человек?
— Мы все проверим, — продолжает тушеваться наш управляющий. Ему не нравится, что его отчитывают. Особенно передо мной и двумя амбалами-охранниками. Те, кстати, только делают вид, что работают. Ходят по первому этажу, топчут мелкие осколки и озираются по сторонам. Что они пытаются найти?
— Нет, вы не просто все проверите. Завтра окна должны стоять на месте, клининг всего дома и отчет мне на почту с расследованием, кто и когда проник в поселок. Кто его пропустил и где еще шлялся этот взломщик, — Глеб продолжает припечатывать Максима.
— Все будет, — послушно отвечает ему мужчина.
— Идем, Нина.
Глеб не спрашивает. Он просто тянет меня к выходу, как-то в этой темноте находит мое пальто в коридоре и выводит на улицу.
Морозно, завтра точно пойдет снег. Однако на холоде мы долго не стоим, у входа нас ждет серебристый седан, куда меня аккуратно сажает Глеб.
— Переночуешь сегодня у меня, — заявляет мужчина и увозит подальше от всего этого ужаса.
— Хорошо, — не спорю. А смысл?
* * *
Странно, но мы не уезжаем из поселка. Глеб уверенно ведет машину по Северной поляне, сворачивая то с одной улицы, то с другой. Я приблизительно начинаю понимать, куда мы едем.
И когда седан мужчины останавливается перед кованным забором лесного участка, мои догадки полностью подтверждаются.
Большинство домов в Северной поляне построено плотно друг к другу. Наш забор плавно перетекает в соседский, и так практически у всех жителей этого района.
Но есть здесь одна улица, которую мы в шутку называем «элитной», где дома расположены среди леса, обособленно от остальных.
Я видела ее в буклете, когда мы только покупали свой участок. Сосновый лес, много пространства, и дома стоят дальше друг от друга. Думаю, у жителей этой улицы создается впечатление, что они одни в лесу и кругом никого. И в этом есть что-то привлекательное.
— Приехали, — Глеб первый нарушает тишину салона.
— Куда? — удивленно спрашиваю.
Не скажу, что знаю всех людей, живущих здесь, но брата Игоря точно бы заметила.
— Ко мне домой, — вот так просто отвечает мужчина.
Вопросов много, но сил практически не осталось. Выхожу из машины и плетусь за Глебом к дому.
— Поднимайся на второй этаж, первая дверь слева, — на место еще недавней ярости приходит его обычный деловой тон, — Там твоя комната, и есть душ. Мне нужно сделать пару звонков.
Глеб уходит, оставляя меня одну в незнакомом доме, и тут же из соседней комнаты раздается строгий голос начальника. Не помню, чтобы Игорь так разговаривал с кем-то по работе. Но что я вообще знаю о Глебе?
Поднимаюсь на второй этаж, удивительно быстро нахожу гостевую комнату, скидываю пальто куда-то на пол и валюсь на кровать.
Так работает наша психика. Она аккумулирует все силы организма в момент серьезной опасности, а когда все закончилось, приходит безразличие ко всему и чудовищная усталость.
Поэтому последнее, что помню, как кто-то выключает свет и накрывает меня пледом.
  
Глава 12
 
Утро после
 
НИНА
Утро в чужом доме. Мне бы скорее встать и убежать на свой участок, чтобы оценить ущерб при дневном свете, но я позволяю себе еще час лежать в кровати и пялиться в потолок.
Я устала.
Устала от неопределенности и от чьей-то намеренной травли. Устала бояться и ждать худшего.
А еще устала от чувства собственной никчемности. Самое ужасное, что когда-то я сама выбрала такой путь — стать «хранительницей домашнего очага» и во всем полагаться на Игоря.
И что в итоге? Лежу в кровати в доме Глеба и не понимаю, как действовать дальше. Как возвращаться в свой дом и восстанавливать разрушенное.
Ночью Глеб в приказном тоне заставил управляющего все починить и прибрать, но более чем уверена, Максим Викторович позже пришлет мне такой внушительный счет за свои услуги, что проще самой прибить доски на место разбитых окон. Чтобы не задувало так сильно внутрь.
Смешно и глупо.
С тяжелым вздохом встаю с кровати и иду в ванную. Горячий душ немного успокаивает, и даже отражение в зеркале выглядит сносно.
Затягиваю волосы в тугой хвост, надеваю свой светло-серый спортивный костюм и спускаюсь вниз.
К Глебу у меня миллион вопросов, и я намерена выяснить все прямо сейчас. К счастью, мужчина находится быстро. Он с кем-то оживленно спорит по телефону.
— Нет, сегодня мы не сможем увидеться. Нет, Регина, я же сказал, что не приеду.
Подслушивать плохо? Я так не думаю. Когда на кону благополучие твоей семьи, подслушивать очень даже полезно. Не спешу показываться Глебу на глаза и прячусь за лестницей.
— Послушай меня, — выговаривает жестко мужчина, — Я не выношу, когда такие женщины, как ты, начинают диктовать мне свои условия. Хочешь, чтобы любимого Игоря перевели под домашний арест? Сиди тихо и не лезь к Нине. Я нисколько не удивлюсь, если узнаю, что это ты устроила сегодня ночью погром в ее доме.
Я, кстати, тоже нисколько не удивлюсь этому. Если это не брат Юли, то точно Регина.
К сожалению, я не слышу, что ему отвечает женщина. Да и сам Глеб замолкает, как будто их разговор уже завершен.
— Долго еще будешь подслушивать? — неожиданно раздается из гостиной.
И как только догадался?
— Жалко, что я так мало услышала, — выхожу из своего укрытия и всем видом показываю, что он меня нисколько не смутил.
— Завтрак на столе, кофеваркой пользоваться умеешь, — Глеб тут же переводит тему, — иди на кухню, мне нужно сделать еще пару звонков по работе, и тебя они никак не касаются.
— Нет, — вырывается у меня, — Ты сейчас пойдешь со мной на кухню и объяснишься.
— Знаешь, в образе тигрицы ты мне больше нравишься — вдруг игриво поддевает меня мужчина. Но я не реагирую. Провокация в духе Глеба. И мне понадобилось всего пара встреч, чтобы понять все его приемчики.
  
— Знаешь, в образе клоуна ты мне совсем не нравишься, — передразниваю и немного поднимаю себе настроение.
Пока идем на кухню, я успеваю осмотреться. Дом у Глеба впечатляет. Меньше нашего, но за счет большего количества панорамных окон, натурального дерева и камня в интерьере, здесь как будто дышится легче.