Дайкин. Идущий на свет (СИ)

— А можно эти воспоминания сделать…менее реалистичными? — я никак не мог отдышаться. В горле першило от несуществующей здесь гари.
Натан прислал мне виноватое покачивание головой. Значит, нельзя. Что же, придется каждый раз переживать чужие воспоминания как свои.
— Итак, подведем итог из того, что я увидел. Вампира можно убить, если снести ему голову. Так?
Мысль-кивок. Уже что-то.
— А что за щит вы призывали в драке? Весьма полезное умение. жаль, что я не умею ничего подобного.
В ответ мой безмолвный собеседник страшно оживился и прислал мне настойчивое предложение попробовать.
— Как я тебе попробую? Вы же наверняка этому учились, а у меня магов в воспитателях не ходило.
Снова предложение попробовать, перемешанное с легким нетерпением и раздражением. А затем — мысль моем перстне. Он хочет сказать, что именно эта безделушка помогала им призывать столь полезное подспорье в бою?
— Давай. — нетерпеливо произнес Натан тем же голосом, которым говорил в воспоминании, едва ли не впервые обратившись ко мне словами.
Если бы я понимал, что делать…. Натан тут же отозвался. «Представь». Ну ладно, попробую.
Выставив вперед руку с перстнем, я честно попытался представить, как из него материализуется дымчатый щит, способный отбивать темную магию. Ничего. чувствуя себя идиотом, я опустил руку и тут же получил волну негодования и требование «Еще!». Ладно, у меня есть еще пара часов до того, как стемнеет. Продолжим маяться ерундой.
Выставив вперед руку, снова попытался вызвать щит усилием воли. Несколько секунд ничего не происходило, я собрался уже бросить это неблагодарное занятие, и тут возле сжатого кулака появилась легкое марево в воздухе. Это было настолько неожиданно, что я тряхнул рукой, прогоняя наваждение. В голове сверкнула полная радости мысль Натана и требовательное «Еще!». В очередной раз вытянув руку, я сконцентрировался на щите. И он отозвался на мое усилие! Едва заметная рябь стала стремительно разрастаться и через пару мгновений приняла форму большого круглого щита. Он был похож на щит из воспоминания. такой же полупрозрачный, я видел сквозь него противоположную стену. И в то же время другой. Более густой и насыщенный. В темноте щита клубилось что-то вроде тумана или тени…
Проверяя внезапную догадку, я позвал Натана. Никакого ответа. Тогда я попробовал убрать щит и тот втянулся обратно в перстень.
— Натан?
Вычищающий отозвался сразу же, излучая крайнюю степень одобрения окружающим миров в частности и собой в особенности.
— Ты усиливаешь щит?
Утвердительный довольный кивок.
— И он сможет отразить магическую атаку?
Еще кивок. И сразу мысль-картинка летящей стрелы.
— Вот как? На него еще и стрелы принимать можно? А справишься?
— Так! — парень был сама уверенность.
Еще час я провозился со вновь приобретенным умением, стараясь довести его если не до автоматизма, то хотя бы научиться вызывать щит максимально быстро. Когда стемнело, у меня вполне сносно получалось вызывать защиту быстро, не тратя на это несколько секунд. Будем надеяться, что это умение станет для кое-кого неприятным сюрпризом. Пора было выдвигаться.
  
Глава 35
 
Летиция сидела в малой гостиной и пыталась сделать вид, что занята важными мыслями. На самом деле в голове вертелась всякая бессвязная чушь. Магистр заперся в подвале и не показывал оттуда носа уже несколько часов. Де Ферноза был занят сбором донесений, распределением караулов и еще Великий знает чем. Наследница рода ди Умбиро не уставала возносить хвалы всем высшим силам за то, что в ее жизни есть этот человек. Но его обратной стороной была гипертрофированная опека. Если маркиз не был занят чем-либо, то считал своим священным долгом лично охранять принцессу. При этом глава Королевской гвардии, казалось, совершенно не подозревал о том, что Летиции может понадобиться личное время. Поэтому сейчас принцесса откровенно наслаждалась ничегонеделанием. Раньше в ней всегда кипела жажда деятельности. Магическая практика, изучение истории, верховая езда, поездки по королевству, даже танцы и фехтование — вот далеко не полный список занятий, наполнявших ее жизнь.
 
Прошлую жизнь. Летиции казалось, что за несколько последних дней она постарела как минимум лет на пятнадцать. Нападение на дворец, смерть родителей, бегство, угроза гражданской войны за трон… С особым содроганием она вспоминала ту тварь, что явилась в королевские покои и от которого они лишь чудом спаслись. Чудовищно сильный, исполненный злобы и жестокости. Самый сильный страх рождается от осознания собственной беспомощности. Летиция знала, что если встреча повторится, ей будет нечего противопоставить вампиру. Говорят, что пять веков назад, во время войны Проклятого и Великого, Вычищающие тьму успешно справлялись с подобными созданиями. И если человек, которого магистр Алвин представил как Вычищающего, хотя бы наполовину силен, как воины из прошлого, то стоит держать этого Дерека поближе к себе.
Вежливое покашливание заставило ее вздрогнуть. Погрузившись в собственные мысли, она не услышала, как в комнату вошел человек. Только два человека имели право пройти мимо охранников. Это либо де Ферноза, либо…
— Доброго дня, герцог ди Медино. — Принцесса степенно поклонилась. Она не была королевой, а значит, находилась на одном уровне со старым герцогом, но была гораздо моложе. Можно, конечно, поиграть в наследницу, но не с этим человеком. Не после того, как он поддержал ее на совете.
— Здравствуй, девочка моя. Прости, что напугал. Я стоял тут несколько минут, ожидая, что ты меня заметишь. Потом решил, что с моих старых костей хватит. — Старик лукаво улыбнулся. — Разрешишь присесть?
— Да, конечно! — Летиция поспешно сделала приглашающий жест в сторону кресла напротив, коря себя за то, что не догадалась сделать этого сразу. — Чем обязана визиту?
Старик с видимым облегчением уселся в глубокое кресло.
— Хотел поговорить с тобой насчет того, как мы поведем себя дальше. Подозреваю, что какого-то вменяемого плана действий у тебя нет. Твой капитан, хоть и имеет вращающийся стержень в заднице, что весьма полезно для занимаемой им должности, в политике и стратегии явно не силен.
Принцесса покраснела и призналась:
— До этого момента я не очень задумывалась о дальнейших действиях.
— Так я и думал. Молодости свойственна легкомысленность. Прости меня за то, что я говорю столь прямо, но с возрастом к людям приходит некоторая доля прагматизма и цинизма, что не может не сказаться на манерах.
— Я нисколько не обижаюсь. — Летиция улыбнулась. — Человек, обижающийся на правду, не может считать себя умным.
Ди Медино взглянул на нее с интересом и ненадолго замолчал. Затем, как будто выныривая из воспоминаний, продолжил:
— Я уже стар и мой век подходит к концу. К сожалению, мой единственный сын родился с даром. Или с проклятием, тут с какой стороны посмотреть. Не знаю, поэтому ли, Катерина, моя супруга, отдала Великому душу во время родов. Когда у него случайно стало получаться то, что не положено делать обычным людям, стало ясно, что у сына есть магические задатки. Пришлось приглашать магов для его обучения, потому что неконтролируемый дар опасен для окружающих.
Герцог протянул руки к стоявшему между креслами низкому столику, налил в стакан воды из хрустального графина. Сделав два скупых глотка и вытерев рот тыльной стороной ладони, ди Медино продолжил:
— Едва достигнув пятнадцатилетия, Тримел, ничего не желая слушать, стартанул сюда, в Горинф, поступать в Академию. Когда он положил руки на Определяющий шар, тот выдал ему угольно-черный цвет. Недомаг. Тот, из кого в войну делали охотников на нежить, а теперь — почти бесполезный балласт, которому не суждено стать нормальным магом. Честно признаюсь, я вздохнул тогда с облегчением. Решил, что Тримел бросит это занятие и займет место возле меня, а со временем и вместо меня…. Напрасно. Всю жизнь упрямый как баран, он и в этот раз решил доказать неизвестно кому, что сможет чего-то достичь, не имея к этому ни малейших предпосылок. Но чуда не произошло. Там, где другие преуспевали с легкостью, он застревал. В итоге, не доучившись, сын вернулся домой, злой на весь свет. В первую очередь на себя. А через пару месяцев он исчез. Потом выяснилось, что он ушел за Радужных Воинов, в ледяную пустыню. Стражам он сказал, что отправляется по моему поручению. Наследнику герцогства отказать не посмели…