Дайкин. Идущий на свет (СИ)

Прозвучало несколько кровожадно и я заработал заинтересованный взгляд от Мануша и полный ужаса — от Димитра.
— Конечно есть. Второй стеллаж справа от камина. Третья сверху полка, четвертая книга, «Хроники приграничного конфликта с Малоганом 357 года от ухода Великого».
Я кивнул и с разворота всадил Димитру кинжал в солнечное сплетение, перебив нервный узел. Глава гильдии убийц умер мгновенно, не успев даже удивиться.
— Теперь с тобой. — я развернулся обратно к Марку. Надо признать, мой поступок не произвел на него особого впечатления. Он безучастно оглядел тело своего ненавистного бывшего босса:
— Я пойду с вами. Здесь мне больше нечего делать.
Но у меня было свое мнение на этот счет. Пружинный клинок вошел ему между пятым и шестым ребром, метя в сердце. Не ожидавший такого свинства Марк вскрикнул, прижал руку к ране и попытался отпрянуть. Я не дал ему этого сделать, схватил, сильнее прижав его руку:
— Я не достал до сердца. Ни один жизненно важный узел тоже не задет. Ты, главное, рану сильнее прижимай. Удар мастерский, поэтому все решат, что ты просто очень живучий и очень везучий сукин сын. Если не дурак — знаешь, что делать дальше. Гильдии нужен новый глава.
И, кивнув цыгану, направился к стеллажам…
  
Глава 26
 
— До сих пор не знаю, правильно ли мы поступили. Теперь вся гильдия сядет нам на хвост — проворчал Мануш.
Мы выбрались с кладбища и теперь направлялись к трактиру, все это время храня молчание. И вот цыган, наконец, решил его нарушить.
— Не сядет. А если сядет, то без особого рвения и без крупной награды. Марк понимает, что многим нам обязан, это раз. Во-вторых, он не идиот, чтобы пытаться нас устранить. Мы знаем, как на самом деле все было. Он, конечно, может попытаться нас убрать до того момента, как мы начнем трепаться. А вдруг не получится? Нет, с этой стороны угрозы ждать не стоит.
В данный момент меня занимали куда более мрачные мысли, чем возможная месть гильдии убийц. Клоака… Долбаный неизвестный ученик долбаного Брэга, определенно, был шутником.
Мрачные катакомбы, раскинувшиеся под Горинфом, обладали весьма дурной славой, ежегодно забирая жизни нескольких десятков отважных дураков и безрассудных мальчишек. По слухам, там обитало непонятное зло. А вот какое именно — клыкастое, когтистое или сотворенное магией — никто не знает. Опираться же на слухи из серии «сам я там не бывал, но вот у моего шурина есть друг, который по молодости туда сунулся и смог вернуться живым» не особо хочется. Не тогда, когда на карту поставлены жизнь и здоровье. Однако, идти туда все равно придется. Проклятый дневник, судя по всему, лежит именно там. Для этой авантюры мне нужна более-менее приличная карта. Не может же быть такого, что за все время существования города никто не пытался составить схему многочисленных подземных коридоров и закоулков. А еще очень бы не помешала информация, что меня там ждет. И если насчет первого я знал, куда обратиться — маги, как никак, тоже заинтересованы в этом дневнике, то с информацией проблема стояла в полный рост. Хотя погодите-ка…
— Мануш, давай-ка сделаем крюк через центральную площадь.
— Думаешь, сможешь узнать у Ферги хоть что-то полезное?
— Никаких других вариантов я все равно не вижу.
— Ну тогда иди, а я займусь снаряжением. Для общения с блаженными достаточно и одного человека.
С этими словами цыган затопал дальше, в сторону трактира, я же свернул на боковую улочку, которая выведет меня на улицу Тюльпанов. А там и до площади недалеко.
Уже практически стемнело и я боялся, что Ферги ушел ночевать в церковь. Слава Великому, он сидел на нижней ступеньке, тихонько раскачивая из сторону в сторону седую голову и бормоча под нос какую-то бессмыслицу.
— Быыыыстрые…. Но и я лоооовкий…. Тени не тронули тень…. Так много рассказали, но главного не показали… Очень голодны… Давно никто не заходил….
Услышав его бред, я на миг засомневался в правильности своего визита. Но не идти же обратно. Хотя бы попытаюсь.
 
— Привет, Ферги. Как дела?
Совсем еще не старый, крепкий мужчина поднял на меня взгляд серых глаз, в которых плескалось безумство. Такой взгляд бывает у человека в миг, когда он осознает неминуемость своей скорой смерти. А ведь когда-то это был один из самых жизнерадостных людей, что я знал. Несмотря на то, что он дайкин. Был дайкином…
Внезапно его зрачки расширились, практически на всю ширину глаз, а лицо исказилось. Но тут же на его лицо вернулось нормальное выражение, если, конечно, так можно сказать о сумасшедшем.
— Дерек… А я уж подумал, что это тени за мной пришли. В прошлый раз отпустили, не тронули, а теперь вернулись.
При общении с сумасшедшими главное это задавать правильные вопросы. Одна беда — для каждого они разные…
— Ферги, ты можешь мне помочь? Что мне надо сделать, чтобы меня не тронули тени?
— Они сожрут тебя как глупую курицу! Только отмеченные печатью тени могут там находиться! Только поэтому Ферги жив!
Яснее не стало. Какие-то магические штучки? Может, благословение? А сумасшедший продолжал:
— Ферги не тронули, но предупредили, чтобы не приходил. Я не достоин попасть в Храм Вычищающих, ибо я лишь тень, но не он! Больше я не могу туда идти, они забрали мою печать.
Я поморщился. Ясно, что время потрачено зря. Придется уговорить господ магов, чтобы выделили сопровождение. Впрочем, еще на один вопрос у меня терпения хватит.
— Ферги, это тени забрали твою печать?
Он немало удивился:
— Тени? Нееет! Теням не нужна печать, им надо, чтобы она была у тебя. Я не справился, и мою печать забрали, Ферги больше не нужен…
И тут меня осенило. Вот идиот! Дайкинов всегда шестеро, не больше и не меньше. Каждый из нас может завести одного ученика. И когда учитель посчитает, что ученик готов — передает ему дела, а сам уходит на покой. Так было у меня и Юзефа. Я прекрасно помню тот день, когда мы пришли в гильдию и мой учитель несколько торжественно снял со своего пальца широкую печатку и протянул мне. Перстень дайкина. На лицевой стороне изображен двуликий человек, половина лица белая, вторая — черная. Именно тогда дайкин Юзеф ушел на покой, ему на смену пришел дайкин Дерек.
У Ферги тоже был такой. И в гильдии наверняка его забрали, когда дайкин тронулся рассудком.
Я никогда не носил его на пальце, считая ничего не значащей безделушкой. До сегодняшнего дня. Расстегнув ворот рубахи, я снял с шеи цепочку с перстнем и показал сумасшедшему:
— Ферги, ты об этой печати?
Бывший дайкин схватил мою ладонь и завороженно уставился на качающийся у него перед глазами, словно маятник, перстень.
— О да! Ты сможешь прийти к теням, они тебя не тронут! Но в храм все равно не зайдешь, мы тени по духу, но не по крови…
После этого его глаза закатились, а разум улетел в такие далекие дали, что ни на какие вопросы я добиться ответа так и не смог.
Пора было нанести визит магам. Если честно, очень подмывало плюнуть на все и разбить кристалл прямо сейчас, а дальше уж по ситуации. Но разумом я понимал, что это почти наверняка билет в один конец. Очень сомневаюсь, что колдун явится на зов сам, наверняка пришлет кого-то из своих миньонов. Еще одна встреча с драным вампиром может закончиться не так удачно, как предыдущая. Именно поэтому я и пытаюсь найти дневник. Вполне возможно, там найдется информация, как противостоять подобным тварям на равных. Воевали же как-то Вычищающие с ними раньше. И судя по итогам войны — успешно воевали.
Добраться до особняка Алвина оказалось весьма сложной задачей. На улицах было полно усиленных патрулей, которые ревностно осматривали каждого прохожего. Меня остановили трижды. От допроса с пристрастием спасла только бумага, которую мне вручил магистр. Я еще искренне не понимал, зачем мне какая-то писулька, будь она хоть трижды с подписью Магистра Псов, но Алвин был непреклонен. И вот поди ж ты, пригодилась, да еще как.
 
Поэтому можно представить мое неудовольствие, когда слуга сообщил мне, что господ Алвина и Адриана нет в особняке, они отбыли в Летнюю резиденцию два часа назад. На мой вопрос, какого Проклятого они там забыли, слуга степенно пожал плечами и ответил, что это ему неведомо. И вообще, рассказал он мне об этом только потому, что Магистр приказал.