Китано (СИ)

_________
* Википедия говорит, что микродвижения лицевых мышц есть.
** «Только две вещи бесконечны — Вселенная и человеческая глупость, хотя насчёт Вселенной я не уверен». Альберт Эйнштейн.
*** Остап Бендер, потомок турецких янычар и главный советский трикстер, троллил советскую власть, выступая на митингах с предложением ударить автопробегом по бездорожью.
  
Глава 18. Кунг-фу
   
— Простуда?
— Да, — кивает Икуко, поймавшая меня на выходе из школы. — Уже третий день.
— Ёп…онский городовой!
Новый эпизод манги подкрался незаметно. Я только-только более-менее наладил отношения с пришедшим в себя Ширатаки. Он вроде как уже уволился из своего комитета по избиению трудных подростков и сейчас переосмысливает свои жизненные цели. Ну, я надеюсь, что переосмысливает. Я дал ему достаточно толстых намёков о том, что он проиграл из-за недооценки противника, и в следующий раз я просто уступлю ему победу, если она ему так нужна. По крайней мере, его дочь, посещая тренировки нашего клуба и избивающего там всех подряд, не говорила, что он планирует неожиданно напасть на меня для восстановления своего пошатнувшегося ЧСВ.
И да, Рёко на последней тренировке не была, что негативно сказалось на здоровье заменившего её в паре с Икуно, Куроды.
— Рёко всегда отличалась крепким здоровьем, — продолжала описывать её лучшие стороны, ближайшая подруга.
А я думал, соглашаться на встречу с Коисо Хэйдзо или повременить? Использовать на нём приём астральной руки, так я решил назвать своё касание отложенной боли, я не хотел. В отличие от Ширатаки, Коисо был нормальный мужик, просто, как и большинство здешних японцев, оценивал людей исключительно по их внешнему виду и раз приняв какое-то решение, верил, что оно является истинной в последней инстанции. Иначе говоря, тупой, упрямый, но честный.
— Обычно она быстро выздоравливает, но сейчас может разболеться и пропустить целую неделю.
— Это долго.
Долго. Для обычного японского школьника пропустить школу по болезни хотя бы на один день, уже что-то недопустимое, а целую неделю… тут уже более подходит слово, которым Черчилль назвал свой план ядерной бомбардировки мирных городов СССР: «Немыслимое».
Надо соглашаться. Лучше встретиться в предсказуемых каноничных условиях, чем потом нарваться на какую-нибудь неожиданность. Что-нибудь немыслимое, с чьей помощью канон попытается натянуться на японский глобус.
Отношение к этим круглым предметам, самая большая национальная черта, которой японцы похожи на американцев. И тем и другим можно продавать глобусы, на которых нет ничего, кроме их стран. Хотя американцы, по крайней мере, знают, что на свете есть другие страны, которые завидуют их свободе и демократии, а японцы внешним миром вообще не интересуются. Есть благословенная богом Солнца Япония и этого достаточно.
— Почему бы нам не проведать её?
— Да, хорошая идея. Пойдём.
Раз приняв решение, нужно быстро притворять его в жизнь. Пока не набежало попутчиков. Да и Бусидо этому учит.
Такехиса, к счастью, занят. Приняв на себя обязанности вице-президента клуба, он неожиданно оказался ответственным за всю бюрократическую волокиту. Было забавно смотреть, как искренне считающий себя хулиганом парень разбирается в отчётах о клубной деятельности, членских бланках или как там называются эти бумажки, которые заполняют при вступлении в клуб? Кроме этого, он общался со всеми интересующимися, но пока не решающимися вступить в клуб так называемыми обычными учениками. Короче говоря, времени провожать меня как раньше у моего заместителя не было.
Последнее время я стал думать, что нужно ему помочь, введя дополнительную должность пиар-менеджера, который освободил бы Такехису от работы с людьми. Но никаких кандидатов, кроме Куроды, не было. А я пока сомневался, не ударит ли такая власть ему в голову и не отчебучит ли он что-нибудь, что приведёт к войне на уничтожение с другими бойцовскими клубами, то и дело открывающимися в других школах нашего города?
Хотя… если, например, объединить все клубы в городскую Ассоциацию бойцовых клубов, то тогда ей точно нужен будет пиар-менеджер. Ведь если не с кем будет воевать, то назначение Куроды будет вполне безопасным? Почему у меня такое чувство, что я только что поднял флаг грядущих проблем? Да нет, пока ни о какой ассоциации и речи не идёт. Так, мысль на уровне бреда. Вот если мне бросят вызов, то тогда… всё будет гораздо проще. А пока нужно разобраться с текущими проблемами.
«Койсо Кобудзюцу» гласила надпись на больших пафосных воротах без дверей, зато с крышей, в традиционном японском стиле. Сразу ощущалось веяние древних традиций. И такой потенциал пропадает! По всём додзё лишь одна ученица, сама Рёко. А ведь Хэйдзо мог тренировать тут минимум полсотни учеников с потенциалом создания клана Койсо.
Он же предпочитал отращивать усы и воспитывать дочь. А то, что результатом этого воспитания выросла уничтожительница поголовья хулиганов нашего славного, построенного вокруг старой крепости, а значит, с самого основания, пропитанного воинственностью, тоталитаризмом и наплевательским отношением к чужому здоровью, городка Хекикю.
Иероглифы его названия, кстати, означают «Ясное небо». Это значит, что с любой точки города видно это самое небо. Очень поэтично. С практической точки зрения это означает отсутствие в городе многоэтажных домов, закрывающих этот чудесный вид.
А говорят ещё, что Япония перенаселена. Но что-то не видно желающих переехать из мегаполисов в нашу глушь и любоваться ясными небесами, вместо того чтобы делать карьеру и спать в машинах или в гробах, которые в столице считают гостиничными номерами для менеджеров нижнего звена.
Хм? — Рёко вынула изо рта градусник и, мельком взглянув, отложила в сторону. Кто-то звонил в дверь додзё.
«Кто бы это мог быть? — ненадолго задумалась она. — Можно притвориться, что никого дома нет, но если это по поводу оплаты счетов, то лучше открыть».
«Ну ладно, — подходя к двери, она окончательно определилась с планом действий. — Если это какой-нибудь продавец, то я просто ударю его в лицо».
— Икуко?
— Хе-хе, а это я.
— О, ты пришла навестить меня! Спасибо! Проходи.
— На самом деле, я пришла не одна…
— Привет, Рёко. — По правилам я должен был употребить суффикс «тян», но я привык обходиться без них. Исключение делаю только для «сан» — для уважительного обращения к старшим и учителям. Ну и иногда для «кун», но только по приколу.
— Китано… кун…
— Да, я тоже пришёл навестить тебя.
— Хорошо… а то мне было так скучно… заходите!
Садимся втроём на пол. Мы же японцы или где? Рёко принесла стаканы с… чем-то, что принято пить у спортсменов в жарких странах.
Икуко молчит, предоставляя право говорить мне.
— Прости Китано-кун, — как хозяйка, начинает Рёко, — это не лучшее место для посиделок.
— Наоборот, это додзё просто прекрасно, — оглядываю высокие потолки, пол с циновками и стены, вдоль которых стоят деревянные макивары и свисают груши с песком. Ничего лишнего.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Икуко. — Тебе не надо соблюдать постельный режим?
— Нет, в начале дня я себя чувствую нормально, только к вечеру становится тяжеловато… Мне совсем нечего делать в первой половине дня, так что я рада, что вы пришли.
— Эй, Рёко, — с улицы звучит голос, видимо, её отца.
— Извините, — она вскакивает, — Это отец, он вернулся из магазина. Просто посидите тут минутку. — И выбегает в другую дверь, ведущую в примыкающий к додзё, дом.
— Икуко, — поворачиваюсь к, видимо, уже нашей общей, подруге. — Сейчас сюда войдёт отец Рёко и, скорее всего, захочет провести со мной спарринг. Проследи, пожалуйста, чтобы Рёко ему не мешала, хорошо?
Удивлённо кивает, а я встаю и выхожу в центр додзё. По канону Коисо напал на Китано, как только его увидел. А потом слёг от удара своей дочки, пяткой в челюсть, которого он не смог предвидеть. Но отложенная проблема остаётся проблемой, и он не раз потом пытался найти и поколотить Китано. Ради безопасности Рёко, естественно. Но мне такой сюжет не нужен.