Китано (СИ)

Ну ладно, накачав куклу велосипедным насосом и одев её в свою старую одежду, примотал скотчем к её голове булькающую грелку и парик. А потом принялся декстерить из неё полиэтиленовый кокон, из которого не вылупится никакая бабочка. Разве что Мёртвая голова, но у меня тут Бойцовский клуб, а не Молчание ягнят.
Когда появились члены моего клуба, я уже заканчивал. Они, понятно, охренели, так что мне не составило труда провести с ними маленький сеанс нейролингвистического программирования на верность Бойцовскому клубу. Теперь, вот идём по субботнему парку, в котором нет ни одного обычного прохожего. Я впереди, ненадолго включаю аурное зрение, просвечиваю окрестности и выбираю первую жертву. Начинать, лучше всего с маленькой группы или… да, одиночка будет ещё лучше. Сворачиваю по направлению к нему.
  
— Китано-сан, — не вытерпливает Курода, — а что такое магия Вуду?
— Это… как бы тебе попроще объяснить… учитывая твою полную историческую безграмотность, придётся начать с начала. Видишь ли, все проблемы нашего мира происходят из двух источников. От любви человечества к чаю и кофе.
Даже спиной чувствую, как офанорели мои спутники, но зато от них стало меньше фонить страхом. Особенно от троицы Куроды. У них на троих была только одна мысль. Что они идут в парк с непредсказуемым маньяком с топором.
— Вуду, как мировое явление, возникло из-за пристрастия западных варваров к кофе. Оно пользовалось большим спросом в Европе. Вот их олигархи и подумали, зачем покупать кофейные зёрна, когда можно самим их выращивать? Захватили несколько колоний с подходящим климатом, навезли туда чернокожих рабов и начали богатеть. Рабов, естественно, брали в Африке, меняя их у местных царьков на порох и пули. А вместе с невольниками по миру распространилось и учение африканских колдунов — Вуду. Для рабов оно оказалось чуть ли не единственным способом сохранить свою культурную идентичность, так что неудивительно, что вскоре деревенская магия выросла до размеров целой религии. С ней пытались бороться христиане, но так как времена инквизиции давно прошли, у них ничего не вышло. Кстати, о рабстве. Наши любимые Соединённые штаты образовались из-за любви к чаю. Слышали эту историю?
Оглядываюсь. Нет. Явно не слышали.
— Ну, там всё было просто. Англичане не давали американцам закупаться чаем в стране его произрастания. В Индии. Их корабли сначала везли чай на свой остров, а оттуда, со всевозможными наценками и налогами, он отправлялся в Америку. Это никому, кроме англичан не нравилось, и в конце концов, американцы подняли мятеж, перебили англичан и создали свои Соединённые штаты.
— А потом, получив прямой доступ к своему любимому чаю, американцы построили свободную страну с блэкджеком и шлюхами. Назвали всё получившееся демократией и стали нести её всем направо и налево. Например сейчас, правительство США финансирует большую часть всех освободительных движений по всему миру. А чтобы объяснить своим избирателям, зачем они это делают, сняли Звёздные войны, объединив понятие «борьба за свободу» с понятиями «повстанцы» и «борьба за демократию». Но есть мнение, что скоро они переобуются и все борцы за свободу превратятся в террористов. Вот такие вот проблемы от чрезмерной любви к чаю. Правда потом американцев подсадили на кофе и антидепрессанты… О, вот и наш первый клиент!
Не знаю, что он тут делал в одиночестве… неужели среди этой публики тоже распространена мода на недеяние? Ну, когда сидишь на корточках втроём, то вроде как занят пацанскими делами, а когда сидишь в полном одиночестве, то познаёшь Дзен? А почему бы просто не спросить?
— Привет отшельникам!
Хулиган вскочил и уставился на странную компанию. Прежде всего внимание привлёк улыбающийся маньяк с топором. И будто этого было мало, сзади него оказались двое, тащившие завёрнутое в плёнку тело, блондин с лопатой и верзила с большой сумкой. Почему-то последняя не вызвала ассоциаций с пикником на природе, максимум с поминками на могиле. Причём, не обязательно, что на одной.
Последняя мысль почти привела в движение ноги, но попытку к побегу пресекли в самом зародыше.
— Побежишь, — показал на него топором маньяк, — плохо кончишь.
Это было сказано таким спокойным и уверенным голосом, которому хотелось верить. Если сказал, что будет плохо, то так оно и будет.
Я ему нисколько не угрожал. Просто предостерёг по доброте душевной. Все убегающие от Китано гопники, согласно канону, спотыкались о корни и теряли сознание от бессердечной суки, гравитации.
— У меня к тебе один вопрос. Что ты тут делаешь?
— Ни…чего.
— Я это заметил. В этом парке все этим занимаются. Но большинство в компании. А ты занимаешься этим ничем в одиночестве. Почему?
Что-то моему собеседнику совсем поплохело. Но он фонтанировал таким количеством ужаса, который я давно не ощущал. Надо остановиться. Хотя… он всё равно уже не способен к драке, тогда… протягиваю к нему одно астральное щупальце и начинаю поглощение энергии страха напрямую.
— Не… не…
— Слушай, у меня мало времени. Что ты не-не?
— Я… ничего… не видел…
Разговор стремительно терял смысл, так что, мысленно махнув на жертву первого в городе, а может и во всей Японии, пранка, я двинулся дальше. Но мой собеседник, видимо неправильно понял, когда я пошёл на него с топором и вспыхнув последним всплеском энергии, лесной гопник свалился в обморок.
— Вот это вот, — я показал топором на бесчувственное тело, — и есть первое проявление магии вуду. Её клиенты видят атрибутику смерти в нестандартной ситуации и впадают в сумеречное состояние сознания. Ну это вот всё: ночь темна и полна ужасов...
— Какое состояние, Китано-сан? — удивляется Такехиса. — Он же просто отрубился от страха.
— С древности люди инстинктивно обходят стороной то, что их пугает. И он больше никогда не пойдёт сюда гулять. Такое вот Вуду. А теперь, пойдём искать компанию побольше. Это будет интереснее.
Такехиса выглядит задумчивым, зато Курода явно повеселел. Он понял, что находится на стороне тех, кого бояться и это ему очень понравилось. Даже собственный страх куда-то исчез. На самом деле всё просто. Ты либо боишься, либо бояться тебя. Таков древний паттерн человеческого сознания.
Со следующей компанией мы поступили умнее.
— Привет, лесным братьям! — приветствовал троих, в лучших традициях гопничества, куривших на корточках.
Три наглые морды повернулись в мою сторону. Их снисходительные взгляды скрестились на моём лице, улыбке и топоре. После чего прозвучал тройной вопль, и они сорвались в побег. Я их даже не успел предупредить об опасности быстрых перемещений без чёткого плана и проверенного маршрута отступления. В результате они влетели в ожидающих их тройку Куроды. Такехису я попросил не вмешиваться и контролировать ситуацию. Но мои исполнившиеся смелости неудачники справились. Поставленный удар, плюс скорость налетающей на него жертвы и ко всему прочему, неготовность беглецов к защите. В результате три бесчувственных тела и Курода, лопающийся от гордости.
Хорошо. А то я ему сильно задолжал, лишив, пусть несчастной, но всё же первой любви.
Парни подхватывают свою поклажу и идём дальше.
Таким образом, двигаясь ломанными зигзагами, от одной гоп-компании к другой мы обошли весь парк. Когда нам встречались компании из трёх хулиганов, с ними разбиралась тройка Куроды. После того как они отказывались поговорить со мной о погоде и своей любви к паркам. Когда встречались четвёрки или пятёрки, подключался Такехиса.
Если бы я не использовал технику засад, а парни не тащили бы с собой бутафорский труп, то всё равно, мало кто-то с нами захотел бы драться. Видимо, моё лицо не располагает к агрессии. Кроме того, увидев меня с топором, а потом, убегая, встретив похоронную команду с телом и лопатой, гопники снабжали меня таким количеством энергии, которое до этого я получал только показав бензопилу банде Кодзимы. Но там это было один раз, а тут шесть больших компаний по четыре-пять хулиганов и девять мелких по двое-трое.