Пограничник (СИ)

Самый лучший, самый благодарный elektorat, сеньоры, то есть те, кто тебя кормит и одевает, подчиняясь твоим законам, это люди, у которых что-то есть. Не баснословно богатые купцы, у которых родина там, где живёт их семья, а именно такие вот уверенные середнячки. Они будут горой за тебя — ибо ты даёшь им жить нормально и всё перечисленное иметь. Эти люди с радостью возьмут оружие и пойдут воевать — защищать свой дом, мастерскую и семью. Они — опора любого умного графа и короля. Или барона. Вы должны сделать людей такими, и тогда сами избежите всех проблем с неповиновением и «голосованием ногами» недовольных.
— Кормить, blyad’, надо чаще, они и не улетят! — выдал я вердикт и понял, что хватит. Не осознают — их проблемы. — А кто не поймёт и будет жить по-старому, качая при этом свои права — попрошу на выход из графства, невзирая на заслуги и регалии. Жизнь дороже чужих понтов.
Снова взгляды в столешницу. Переваривают. И тут красивую точку поставил Вермунд:
— Сеньоры, Рикардо, раз мы не поехали смотреть на новые сталеплавильни, а не пойти ли нам не опробовать арбалеты? Мастера много сил на них потратили. Будет самое то. А на домницы завтра посмотрим.
— Заодно выберем, какие будут лучше для полевого боя для легиона, — продолжил идею Вольдемар. И я мысленно согласился, что принял правильное решение, назначив наставника ректором будущей академии, а на данном этапе — человеком, который будет мне делать из крестьяно-уголовнической толпы боевое спаянное братство пикинеров.
— Да-да! — подорвался Серёга Рамос. — Мы все, всё графство, уже столько наслышаны про эти арбалеты! — Конечно, пойдёмте.
— А в терму сходить? — скривился Алонсо. И тут ему не угодишь. — С дороги?
— К чёрту! Успеем! — принял за всех троих решение громила Рохас. — Я за арбалеты! А потом и помыться с красивыми девочками… Рикардо, у тебя же остались те замечательные сеньориты?..
* * *
— Соломон, твою за ногу! И ты только сейчас говоришь, что в замке представитель графа Мурсия? Прибывший обсудить вопросы военного сотрудничества?
Мы стояли посреди учебного стрельбища — поля, где тренируются замковые лучники, а с недавних пор и люди, испытывающие арбалеты. Это как правило мастеровые, исследующие ТТХ своих образцов. Сейчас тут всё было заточено под них.
Соломон опустил голову, что-то мямля.
— Астрид, а ты куда смотрела? — повернулся я к сестрёнке.
Сестрёнка не захотела на экскурсию в мастерские: «Чего я там не видела, я этими вот руками там всё поднимала», дулась за то, что устроил ночью и утром. Но на стрельбище побежала — за пять минут в охотничий костюм переоделась. Рекорд.
— Ричи, встречу с сеньором готовили. Но ты два с половиной месяца не был в замке, у тебя слишком много внеочередных дел, — развела руками она. — Потом бы переговорили — он всё равно в замке.
— Сеньор… Ваше сиятельство, — подал голос сам представитель. — Прошу, не сердитесь на своих людей. Дело в том, что вам неправильно представили информацию.
Я опал, решил не вызверяться и пока послушать. Сеньор воспрял и продолжил:
— Во-первых, я не представляю графа Мурсию. Я знаю, что вы с его сиятельством ведёте важные переговоры, но к ним не имею никакого отношения. Я — представитель бурга Мурсия, мы являемся королевским вассалом, и граф мало влияет на нашу политику.
А во-вторых, я прибыл инкогнито, так сказать осмотреться на месте. Потому и я не настаивал на немедленной встрече.
— Осматриваетесь, значит, — усмехнулся я. Кивок. — Ладно, убедили. Но, Соломон, чтобы больше такого не было! — погрозил я старому мастеру пальцем, на что тот кивнул, снисходительно улыбаясь. — Отойдём, сеньор?
Мы с северянином встали поодаль от общей группы. Подошли к одному из столов, которые вытаскивали «на воздух» слуги. Поскольку не собирались сегодня посещать стрельбище, готово ничего не было, и слуги лихорадочно приводили это место в надлежащий графской инспекции вид, но пока было мало что принесено.
Однако пара столов с образцами уже стояла, на них были разложены отдельные детали самых совершенных в этом мире машин смертоубийства. Перемешанные, как я и думал. Мы не стали ждать мастеров-сопроводителей и сами, вдвоём, начали собирать по одному экземпляру каждый, самостоятельно находя на столе комплектующие. Оказалось не так сложно, чуть сложнее лего, за пару минут оба справились, хотя в конструкции были предусмотрены хитрые пазы, втулки и шипы, чтобы детали могли стать только лишь в предназначенное место и никуда более. Эти втулки и шипы на самом деле и помогли определить, что к тому или иному ложу подходит не та, а вот эта детали, и не перепутать. Теперь натяжение тетивы… Круто, чо! Мне понравилось. У сеньора арбалет получился с лебёдкой, у меня с рычагом, кажется, в какой-то книжке его называли «краникен». Но тут — просто «рычаг», как подсказывала память Ричи, без преподвыподвертов.
 
— Значит вы не от графа, — начал беседу я, вскидывая агрегат, пытаясь прицелиться. Мишень была в пятидесяти метрах, за ней почти на одной линии, но чуть в стороне, ещё одна, метрах в семидесяти, и последняя метрах в ста. Логично, сто метров — примерно на столько били арбалеты и в нашем мире.
— Нет, ваше сиятельство, — покачал оружейник головой, встал ногой в стремя и закрутил лебёдку, натягивая тетиву. — Я представляю гильдию оружейников бурга Мурсия. Только бурга.
— Разведчик гильдии, — более точно сформулировал его миссию я. — Сеньор, я очень устал от сложных переговоров с различными представителями совершенно разных бургов и цехов. И готов отдать заказ просто тому, кто отнесётся ко мне по-человечески, даже в убыток себе. Предлагаю сейчас оставить славословие, не юлить и не терять время на торг и дифирамбы, и тем более попытку поиметь меня, выкрутив руки. Удивите меня — я ваш. Нет — досвидос. Буду работать с вами на общих основаниях.
Тяжёлый вздох. Сеньор не ожидал от мальчишки (меня), что с ним будет сложно. Ибо уже в дороге сюда узнал о Картагене. Ну и о неудачных переговорах с их гильдией пикоделов перед пожаром — у производственников свои связи друг с другом по всей стране.
— Граф, каюсь, уже в пути я узнал последние слухи о том, что вы хотите не простые пики, а двенадцатишаговые. Я ехал с предложением на стандартные, семи с половиной шаговые. И мне дали право озвучить за них цену в сто ассов. Но если они будут двенадцатишаговыми…
Сеньор удивил. Серьёзно. Нормальная цена, не ломят. Именно такую я и хотел получить от карфагенцев, маму их в задницу, чтоб им икалось долго и сурово.
— В чём сложности? — поддел я. Также зацепил ногой стремя и начал натягивать тетиву рычагом-краникеном. Тетива напряглась, рога — стальные, жёсткие, усилия пришлось приложить мощные, наваливаясь на рычаг всей массой, а она у меня так себе. Сеньору с лебёдкой было проще, но по закону рычага, чем меньше требуемая сила, тем дольше крутить. А в бою это лишнее время на перезарядку.
— Заготовки. У нас нет такого количества нужных заготовок, — покачал он головой. — А ведь их сначала надо высушить. Они примерно год лежат, сохнут. — Сеньор издал тяжёлый вздох.
— Только это?
— В общем, да. Будет незначительное удорожание, так как древесины идёт больше. Но древесина ничто в сравнении со стоимостью наконечника.
— Её надо отшлифовать, — заметил я. — Это усилия.
— Мурсия — маленький город. И стоит на одноименной речке, — просветил он меня. Не то, что я не знал, но не знать географию дальних регионов в этом мире простительно. Особенно где ни разу не бывал, и где нет твоих торговых интересов. — И речка эта достаточно быстрая для установки колёс. Вы, сеньор граф, ставите у себя огромные махины с железными валами, потому, что ваши реки спокойные, медленные. А у нас Мурсия быстрая, и даже маленькое колесо более эффективно, чем это ваше огромное. — Он кивнул в сторону реки, противоположную от нас от замка, где пыхтели мастерские Марины, Анабель, мастера Соломона, несколько мастерских по арбалетам Тихона, одна — в которой пара его подчинённых занимались шестернями, другая — арбалетами, третья — валами и прочей вспомогалкой, четвёртая — пробовали ковать образцы для снаряжения будущего легиона. И рядом с почти каждой из них, где это требовалось, плавало аж шесть платформ с колёсами. Правда пока колёса были из дерева, как и валы, но что их уже столько, и мужики строят одновременно ещё две… В общем, как попаданцу и прогрессору, мне было чем гордиться.