Пограничник (СИ)

— Прости, Рикардо, — а это к нам подсел Весёлый Тит. Да-да, он и без меня, оказывается, имеет такое погоняло — Весёлый. Тот самый десятник, что перешучивался со мной всю дорогу и при каждом удобном случае просил афоризмы «за баб». — Прости, твоё сиятельство, но неможно делить шкуру неубитого кабана. Примета плохая.
— Тит, я на десятилетия планирую, — улыбнулся я в ответ. — Да, это совершенно точно, в этом году Феррейрос останется независимым. И в следующем. А может и ещё через год. Но дядюшка никуда не спешит, как и я. Я же всего лишь намечаю себе цель, к которой буду стремиться, а раз так — вода и камень точит, я её достигну.
— Ну, коли с этой стороны… — Тит почесал жидкую бородёнку.
— Племяш, давай к делу? — нахмурился виконт. — Я не собираюсь никуда ехать. Мне нравится Атараиско.
— Подальше от начальства, поближе к халявной кормушке? — иронично усмехнулся я. Дядюшка покраснел, но промолчал, не стал связываться. — Тебе придётся это сделать, твоя милость. Я уже всё сказал, Лимес должен стать крепостью. Должен! — высокопарно повторил это слово. — А значит, станет. Или будет уничтожен. И мне не нужен там человек, не разделяющий мои взгляды на систему обороны.
— Твоя оборона — туфта! — вспылил виконт. — Не могут башмачные крестьяне строем пик задержать степняков! Их разнесут к чёртовой матери первым же ударом!
— Сеньоры, можно подробности? — Это встрял Тит, выполняя функцию громоотвода, ради которой и сел. Отвлекая наше внимание друг с друга, чтобы окончательно не вспылили и не перессорились. — Мы, простые воины, — окинул рукой вокруг, — тоже хотим послушать. Граф столько интересного рассказал про Леонида, рекса Спарты, — это он дядюшке. — Очень всем интересно как это сейчас сделать, когда у рыцарей стремена. — А это уже мне.
— Легко. — Я усмехнулся. — Мне нужна сотня помощников из воинов, желательно сводный отряд, чтобы критически не ослаблять ни одного барона, а ещё все будущие легионеры, кого за эти дни добудем, неделя на тренировки и сотни три-четыре пик. А лучше пять. Пока хотя бы палки. Без наконечников, чтоб обозначить — это будут пока просто учения.
Дядюшка фыркнул. «А ключ от квартиры где деньги лежат тебе не нужен?» — как-то так его выражение лица читалось. Но я не сдавался — я только начал.
— Тит, предлагаю такую тактику борьбы на Лимесе. — Вздохнул и перешёл к серьёзному — к послезнанию. — Пехота выстраивается в баталии — это ощетинившиеся пиками строи пехоты. За которыми прячется конница. Конница наносит молниеносные удары и отходит за линию пик, потому, что линия пик малыми отрядами неприступна.
— А крупными отрядами? — продолжал скептически кривиться дядюшка.
— А от крупных у нас есть фронтиры. И иные укрепления. Надо создать систему оповещения, и настроить в ключевых точках мощные укрепления, пусть даже из земли и палок. Куда могут сбежаться при подходе крупных сил люди со всей округи. Где смогут дождаться подкрепления с этой стороны Кривого Ручья. Но насколько я знаю, орки в основном ходят группами максимум по сто человек. А с такими предлагаемая мной тактика как раз и должна справиться — на них и рассчитана.
— То есть! — с интересом подался виконт вперёд. — Если ты докажешь, что пики могут остановить отряд степняков в сотню рыл, закрыв конницу, дав той перегруппироваться… Покажешь это примером… Я беру свои слова обратно, прилюдно признаю твою правоту, возвращаюсь и строю крепость под названием «Лимесссия»?
— Да. И несмотря на предвзятость, делаешь это честно, — пронзил я его взглядом. Он должен поверить, что я серьёзно, я договороспособен. И что не самодур какой-то, а адекват, отдающий отчёт в своих действиях.
— Извольте кашу, сеньоры. — Это мой детинушка, притащил две деревянные миски. Одну сунул мне, одну виконту. Весёлому чуть позже принесли бойцы его десятка. На шустрого лакея или удалого официанта он не походил от слова «совсем», эдакий переваливающийся с ноги на ногу неуклюжий медведь, но все относились к нему с пониманием — детинушка проявил себя в боях с хорошей стороны, а воины это ценят выше всех остальных качеств.
 
— Хорошо, даю слово, не буду придираться, не буду предвзят! — с хитрой улыбкой воскликнул виконт. — Но, племяш, ты должен на самом деле постараться, чтобы доказать эффективность своих умозаключений. Пока что это глубокая теория.
— Я докажу, дядюшка. Честно-честно! — поднял я руку. — И давить на тебя не буду, только примером.
— Я, Тит Весёлый, десятник графской стражи, в том свидетельствую! — наш третий собеседник приложил кулак к сердцу. — Оба сиих воина обязуются быть непредвзятыми, и бог в том свидетель, а я — десница и уста его!
Фигасе, тут и так можно? Ричи не знал.
— Принято. — Я заметно повеселел. — И раз так, дядюшка, слушай, что для показательных выступлений нужно.
— Да ты с ума сошёл! Племяш, МЫ! ОСАЖДАЕМ! ЭТОТ ГОРОД! Мы воюем с ним, твою мать!
Виконт поставил недоеденную кашу и расхаживал вокруг костра, гася эмоции ходьбой. Окружающие нас воины, вслушивающиеся в разговор, тоже так прифигели и молчали. Граф у них, конечно, безумец, все знали, но не такой же оторва? А я чо, я ничо! Я предложил КУПИТЬ у Феррейроса полтыщи пик, точнее только палок для них, а также взять в аренду сотню-две арбалетов, с возвратом (ибо покупать не хочу — мои мастера уже испытывают прототипы своих массовых изделий, теперь я почту регулярно получаю — благодаря мною же созданной курьерской службе).
— И что? — Я уминал овсянку за обе щёки. Чуть пересолено, но терпимо. — Ну, осаждаем. Но у нас мелкий пограничный конфликт, а не священная война на полное истребление. Завтра подпишем мир и будем жить бок о бок друг с другом. Зачем ссориться? Это инвестиция, которая сближает. При любых раскладах они в большем плюсе, чем мы, и тем более в плюсе по сравнению, как если откажутся от сделки. Откажутся — идиоты. А они купцы, для них деньги — святое.
— Но я… Ты подставляешь меня, отправляя на эти переговоры! — Ага, вот что его так корёжит.
— Дядюшка, так ведь мне не дадут. И моим баронам тоже — они МОИ бароны! — воскликнул я. — А ты — третейская сторона, командующий войсками Лимессии, то есть солянкой всего по сути королевства. А про то, как ты клал с прибором на моего отца — всё королевство знает, и сомневаюсь, что они считают, что я для тебя больший авторитет, чем папочка. Твоя честь незапятнанна, и под неё, под гарантию своей чести, купишь у них не только эти палки-пики, а самого чёрта купишь. Надо только набраться наглости и поехать к ним в гости, и всё-всё рассказать. Кстати, в плане инсайда, чтоб расположить к себе, расскажи мои планы на людей с шахт и их крестьян. Они увидят, что ты «за них» и поплывут.
— Да-а-а-а-а… — Дядюшка вздохнул, заложил руки за спину и снова зашагал возле костра. Выглянула Ингрид, подошла, присела, уставив на нас удивлённые глазёнки, но, видя напряжение, не стала ни о чём спрашивать.
— Граф, аренда арбалетов в осаждаемом нами же городе… — Это покачал головой Тит. — Ты выдумщик, граф. Но, блин, мне кажется, получится. Его милости оружие дадут. Правда, три цены сдерут…
— Хлеба предложим вместо денег, — предложил я. — Либо на выбор, деньги или хлеб по рыночной цене с погашением после осады. Да, дядюшка, скажи, что пусть готовятся к экономической войне. Осаду я сниму, но голодом морить буду в меру возможностей. Зерно им понадобится.
— Выдумщик ты, племяш… — Дядюшка покачал головой, присел. — Ладно, чёрт с тобой, Рикардо, я согласен! Съезжу сегодня в Феррейрос, поговорю. Никто так не делает, но вы вообще делаете всё, как никто не делает. Раз уж начали — давай доделывать.
Подтекст: «Рикардо, ты фартовый, понадеюсь на твою полководческую удачу». В этом суеверном мире сии материи очень актуальны. Тут верят в бога, в Христа (как пророка), в Юпитера, Марса, Вулкана, Тора, Вотана, Одина (два последних это одно и то же лицо, но немного разные характеристики ликов), Локи, Юнону, ангелов, Сатану, а ещё тут куча святых, в том числе святой Георгий, покровитель воинов, который сам больше похож на мифологического бога, притянутого христианами за уши в свой пантеон в виде столпа небесного воинства. Короче, тут дремучий лес в верованиях, даром мы полторы тысячи лет христиане. И фартовый военачальник — фигура, за которую надо держаться в самом что ни на есть мистическом смысле — такому благоволят высшие силы, пофиг какие именно. Хоть по одной, хоть всем скопом — главное благоволят. А будешь с ним — и тебе перепадёт.