Развод. Точка. Нет (СИ)

Удивительно, но он на аппетит не жаловался и успевал не только разговаривать с детьми, но и есть. Правда, специально для мужа я приготовила овсянку, сваренную на воде без соли и сахара.
Бр-р, как это можно есть, я не понимала. Но по тому, как радостно уплетал кашу муж, казалось, блюдо ему нравилось.
— Что там делать? — недоумевая, спросил Стёпа. — На снег смотреть?
— И на снег смотреть, и воздухом чистым дышать, а ещё нам нужно найти крупную еловую шишку.
— Ааа! Мы будем делать новогодние игрушки! — с восторгом воскликнула Оля, отодвинув недоеденный омлет. — Спасибо, Лер Санна, я наелась.
— Если хотите сделать игрушки, пожалуйста. Но наша задача — найти такую еловую шишку, чтобы завтра из неё выросла ёлочка! — довольно улыбнулся Кир.
Муж удивил меня снова: откуда у него такое — на некоторое время почувствовать себя пацаном и понять, какого чуда ждут дети. Будто прочитав мои мысли, шепнул мне в ухо: «Это мои детские фантазии».
— Такого не может быть, чтобы за сутки из шишки выросла ёлка. — Оля с недоумением посматривала то на меня, то на Кира.
Стёпа неожиданно поддержал его, потрепав свой чуб:
— А вот и может. Если Дед Мороз приносит подарки под Новый год, и никто не удивляется, почему тогда ёлка не может вырасти? Ночь-то волшебная!
Парень удивил настолько, что я непроизвольно открыла рот: до того момента он во всём соглашался с Олей. К примеру, вчера я спросила, чем фаршировать блины: творогом с изюмом, ветчиной с сыром или просто мясным пережаренным с луком фаршем? Стёпа молчал, посматривая на подругу, и, дождавшись ответа Оли: «С творогом», тут же кивнул и повторил: «Ага, с творогом и изюмом. Это очень вкусно. Мама так готовила».
Тем же вечером Кир спросил у детей, какие мультики они будут смотреть? За обоих снова ответила Оля: «Остров сокровищ».
— Стёпа, ты, как маленький, веришь в Деда Мороза. Его не существует — все это знают, — ласково глядя на друга, проговорила Оля. — Кстати Острова сокровищ тоже никогда не существовало. — На последнюю фразу мальчик не обратил внимания, а то, что было сказано раньше, не принял.
— А вот и есть. — Стёпа смешно оттопырил губу, намереваясь заплакать. — Я всегда с мамой писал письма Деду Морозу, и он выполнял мои желания.
— Вот что… — Мысль пришла мгновенно: — А давайте тоже напишем письма с пожеланиями. Хорошо? — Я внимательно взглянула на детей: парень радостно закивал, а его подруга недоумённо пожала плечами. — Вот и проверим, исполнятся ли они.
Вдруг подумалось: что такого было в детстве Оли, что она повзрослела раньше времени? Только ли смерть близких? Взгляд тревожный, умный и не по-детски серьёзный. Я даже не слышала, как она смеётся.
Мы тут же разложили стол в гостиной и написали письма Деду Морозу, а потом отправили их в морозильную камеру холодильника, как в почтовый ящик сто лет назад, так предложил Стёпа, сказав, что дома с мамой они всегда поступали подобным образом.
Я подмигнула мужу и тихонько шепнула: «Сам будешь исполнять наши желания».
Он засмеялся и кивнул:
— Знаешь, Лера, всегда в детстве мечтал стать волшебником. Все пацаны — врачами, лётчиками и полицейскими, а я — волшебником.
Позже, побродив по лесу, мы нашли пару больших еловых шишек и дома посадили их в горшок, купив для этих целей грунт. Дети до вечера бегали к подоконнику, посматривая, не проклюнулись ли росточки ёлок.
Не дождавшись чуда, легли спать — режим прежде всего, а мы с Киром на кухне достали их письма Деду Морозу и решили прочесть, так ведь делают все родители, чтобы исполнить мечту детей, когда не знают, о чём они грёзят.
Стёпа писал: «Хочу, чтобы Лер Санна почаще брала меня и Олю к себе домой, а Он сводил на работу, там интересно, там служебные собаки, их можно дрессировать. А ещё хочу увидеть, что делают в 'ФЭС».
— Странное желание, — еле слышно проговорил муж.
— Ничего странного. Что-то материальное просить, нет смысла, ибо могут отнять большие, а эти его желания… понимаешь, они для души. Кстати, что такое «ФЭС»?
— Федеральная экспертная служба, — засмеялся Кир.
  
— Да? Что-то я о такой не слышала.
— Не слышала потому, что не смотришь криминальные фильмы. Такая служба существует в сериале «След».
Я покачала головой:
— Как же ты будешь выполнять его желание?
Кир пожал плечами и по привычке потеребил свой чуб.
— Отведу к нашим криминалистам, там полно разной компьютерной техники.
— Знаешь, у вас столько общего со Стёпкой, иногда кажется, он твой настоящий сын.
Муж развёл руками:
— Так это прекрасно, не придётся доказывать, что он — мой ребёнок. — Пока с детьми об усыновлении и удочерении не разговаривали, ибо решили сделать это сразу в первые минуты нового года. — Читай, что пишет Оля.
Девочка просила у Деда Мороза, если он действительно существует, чтобы дядя Кирилл и Валерия Александровна были здоровы, и они со Стёпой тоже не болели, и все люди тоже были счастливы. Видимо, мама, дедушка с бабушкой так поздравляли с праздником, потому Оля по привычке написала, как её учили. А ещё она попросила интересную книгу о собаках.
— Они по-прежнему мечтают о собаке, даже аквариумные рыбки не помогли. Я-то думала, они крутятся возле них, кормят, значит, успокоились. Оказывается, нет. Может, эта мечта их сблизила? — У меня от жалости к детям навернулись слёзы. — Знаешь, Стёпа признался, что до смерти мамы, у них жил пёс Шарик, а потом, когда пацана забирали в больницу, собаку передали тёте Варе — подруге матери. А где пёс сейчас, неизвестно.
— Так, может, завтрашнее утро стоит начать с поисков тёти Вари? — вслух подумал Кир? — Чем чёрт не шутит, может, собака у неё? Думаю, надо встретиться с женщиной и всё объяснить, а потом на время, пока Стёпка у нас, забрать пса.
— Да, это было бы замечательно, — согласилась я, расстилая постель. — Подписались на исполнение желаний, надо выполнять. И времени у нас мало — послезавтра Новый год.
Неожиданно зазвонил мобильник, Кир посмотрел на экран, кивнул и вышел из комнаты. Он всегда так делал, не допускал рабочих разговоров в присутствии посторонних, отвечая на мои претензии о ненужной скрытности одним: «Меньше знаешь, крепче спишь. Это служебная информация».
Я быстро подлетела к своему смартфону и взглянула на экран: звонила Ленка Огурцова. Давно её не было. Вот ведь неймётся. Время около одиннадцати, а она без зазрения совести звонит.
Не зная для чего, пошла следом за мужем и услышала, как осторожно закрылась в туалете дверь. Я, пропустив часть разговора, приставила телефон к уху и начала слушать.
— Хотела тебя поздравить с наступающим Новым годом.
— Так он же ещё только послезавтра.
— И послезавтра позвоню.
— Не надо, этого достаточно. У меня только-только наладились отношения с женой. Не мешай.
— А мне как быть?
— Лена, я тебе ничего не обещал, если помнишь наш последний разговор.
— Не обещал, но я всё равно люблю тебя. И ты…
Я недослушала разговор, рванула дверь на себя — будто какая-то сила заставила это сделать — и застыла. Меня распирало изнутри, рвало просто на сотни кусков: как он посмел, ведь поверила ему, пожалела ещё, посочувствовала. Дура. Однако, вспомнив уроки, полученные в вузе, улыбнулась и, овладев собой, проговорила ласково, нараспев:
— Ми-илы-ый… Я тебя заждалась, вот… приготовила постель для нашей ночи любви.
Наверняка эта бл… благородная девушка слышала последнюю фразу.
Кир опустил телефон и спешно отключил его.
— Что ты тут делаешь?
— А ты?
— Разговариваю по делу. Завтра придётся на несколько часов подменить другого человека — непредвиденные обстоятельства.
— По делу, говоришь, разговаривал? — Ну и гад, снова врёт. Слышала, что у него за дела. — Прям классика жанра: беседа двух влюблённых о делах наших скорбных, исключительно производственных. Это у Ленки Огурцовой непредвиденные обстоятельства? Так?
— Ну что ты снова придумала? — Кир хотел прикоснуться, сделал для этого шаг, но так и замер, обжёгшись о мой взгляд.