Луна над заливом
— Молодец, — похвалил звонивший. — Значит, так: ты даешь нам адрес — ну, того места, где вы сейчас. И все. Остальное не твоя забота. Тебя мы не тронем, как я и обещал.
— Хорошо, — сказала Татьяна деревянным голосом, — записывайте адрес.
Глава 12
Татьяна шла по вечернему Бродвею, слегка покачивая бедрами, обтянутыми узкой кожаной юбкой — ее новый имидж требовал особой походки, и она, как ни странно, испытывала некоторое, чисто женское, тщеславное удовольствие, ловя на себе заинтересованные взгляды встречных мужчин.
Она любила Манхэттен, любила бывать здесь одна или с Ники.
Ники, Ники… Татьяна запретила себе думать о нем. Окидывая взглядом знакомые здания, очень старые, стоящие так близко друг к другу, что между окнами верхних этажей были перекинуты металлические мостики, она машинально продолжала движение, отмечая, как заправская шпионка, встречных людей: вот явный наркоман со слезящимися глазами, в неопрятной куртке; вот тихий шизик на должности: хороший костюм, кожаный кейс, дорогая обувь, а сам идет, ничего не видя вокруг, размахивает руками, горячо говорит сам с собой. Вот две девушки в черных свитерках и джинсах, все в пирсинге, все в тяжелых перстнях — это готы, ничего особенного, пропускаем их… так, парень в коричневой шелковой рубахе, провожает взглядом… а, ерунда, бродвейский ловелас… До гостиницы осталось всего ничего.
Татьяна внезапно почувствовала пьянящую легкость. Ярко освещенный Бродвей всегда будил в ней особое, почти праздничное, настроение, и, несмотря на необычность и даже опасность ее сегодняшней миссии, легкое возбуждение чуть кружило Татьянину голову и делало походку летящей, а глаза — сияющими.
Возле «Американы» она замедлила шаг, взяла из сумочки сигареты и остановилась прикурить у входа, исподтишка оглядываясь вокруг.
«Как в шпионском фильме, — подумала она, не переставая ощущать происходящее каким-то не взаправдашним, точно игрой в сыщики — разбойники. — Мата Хари ты задрипанная… Вон тот, лысый, у витрины — он кто? Один из этих или случайный прохожий?.. И где Георгий?»
Георгий должен был следовать за ней от метро, он сам настоял на этом, Татьяна не хотела, ей это казалось безрассудным. Гораздо разумней было бы ему подождать ее в скверике возле Публичной библиотеки или в каком-нибудь кафе. Ну, что особенного в том, чтобы войти в отель, где работает подруга, и выйти обратно с небольшим кожаным дипломатом?.. Она даже не привлечет ничьего внимания. А если и привлечет, то кто ее узнает в таком виде?
Татьяна машинально поправила гладко причесанные черные волосы, бросила недокуренную сигарету в урну с песком у входа. Лысый на тротуаре пристально посмотрел в ее сторону. Татьяна насторожилась, глянула через плечо. Он окидывал ее откровенно оценивающим взглядом, совершенно не скрываясь, и она слегка напряглась. Что это может значить? Просто мужской интерес? Возможно, он принял ее за проститутку и теперь прикидывает, сколько она стоит. А может быть…
Лысый скользнул взглядом куда-то в сторону, и, как ни мимолетен был этот взгляд, Татьяна успела поймать направление и, посмотрев туда, увидела высокого костлявого парня в черной майке, убирающего в карман джинсов что-то, что только что разглядывал. Фотографию?.. Значит, это они… Только без паники! — приказала она себе. Понятно, что они пасутся возле гостиницы, но вот вопрос — удалось ли им ее узнать?
Вряд ли, — подумала Татьяна. Они ждут сорокалетнюю шатенку, а здесь, перед входом в гостиницу, стоит молоденькая брюнетка от силы двадцати пяти лет. И все-таки надо торопиться.
Татьяна улыбнулась швейцару и сказала ему несколько слов. Самые обычные фразы — привет, мне нужно на интервью, куда пройти… Швейцар кивнул, не меняя выражения лица, мазнул взглядом по ее ногам, указал кивком головы направление, и Татьяна прошла в вестибюль, где ее уже ждала Ирина.
— Добрый вечер, — сказала Татьяна по-английски, предупреждая тем самым подругу, чтобы она, не дай Бог, не назвала ее по имени.
Ирина в первую минуту не узнала ее, смотрела, не понимая, потом у нее в глазах появилось выражение восторга и запрыгали веселые чертики.
— Добрый вечер, — сказал она чопорно. — Вы на интервью? Проходите сюда, пожалуйста.
Татьяна прошла вслед за ней в небольшую комнатку, и тщательно прикрыла за собой дверь.
— Ну, Танька, ты даешь!.. — выдохнула Ирина, всплеснув руками и с нескрываемым восхищением оглядывая подругу. — Я бы тебя ни за что не узнала, если бы просто встретила на улице. Ты похожа на блядь, но не слишком дешевую.
— И на том спасибо, — усмехнулась Татьяна. — Давай, Ириш, скорее, я боюсь, что меня все-таки засекли у гостиницы…
Ирина достала из кармана ключ.
— Вот. Это на третьем этаже, по коридору направо. Номер написан на ключе. Постарайся ни с кем не столкнуться. Но если тебя увидит горничная, или коридорный, или… ну, кто угодно — веди себя естественно, скажи «хай», как ни в чем не бывало, поняла? Но на меня не ссылайся ни в коем случае, если спросят!.. А то я с работы вылечу! Скажешь, что ты — подруга жильца, он захворал и попросил тебя привезти его вещи. Ключ дал и все такое… Это, конечно, тоже против правил, но все-таки не грабеж… Хорошо? Тань? Я на тебя надеюсь?
— Конечно… — Татьяна сунула ключ в сумочку. — Слушай, а как-нибудь с черного хода здесь выйти нельзя? Что-то меня беспокоят эти, у дверей.
Ирина нерешительно покусала нижнюю губу.
— Ты можешь, конечно, воспользоваться другим выходом… Только что это даст? Думаешь, они дураки? Один на одном выходе, второй — на другом… Есть еще выход через кухню, на задворки. Но что им мешает и там кого-нибудь поставить? А на главном входе все-таки народ кругом. Да и вообще, я думаю, они тебя не узнали. Ты себя в зеркало видела? Даже я тебя не узнала… Слушай, Тань! — Ирина вдруг нахмурилась. — Ты этих, на входе, хорошо разглядела? Может, это полиция? Тебя же полиция ищет, забыла?
Татьяна зябко поежилась, опять вспомнив Ники.
— Не знаю я, Ир, — ответила она тихо, — полиция — не полиция… Одеты были в штатское, а там… кто их разберет? В общем, мне лучше поторопиться.
— Ну, давай! — Ирина кивнула ободряюще. — Ни пуха, ни пера, Тань.
— К черту!
Татьяна вышла из комнаты и пошла к лифтам. Возле лифта стояли несколько человек, и она решила, что лучше будет подняться по лестнице. Независимой походкой пересекла холл, открыла дверь и пошла по ступенькам вверх.
Лестничные пролеты здесь были узкие, шаги в них звучали гулко, как в тоннеле, и Татьяне отчего-то стало не по себе. Странно, — подумала он, бодрясь изо всех сил. — Вроде, клаустрофобией никогда не страдала…
Но пустые стены все равно наводили на нее уныние, и она ускорила шаги. Дверь, выходящая в коридор третьего этажа, была уже у нее перед глазами, когда внезапно на ее плечо сзади легла большая рука, и вкрадчивый голос произнес по-русски:
— Куда так спешим, красавица?
За долю секунды, пока Татьяна оборачивалась к нему лицом, в ее мозгу пронеслось сразу несколько мыслей: они узнали ее… нет, они не узнали ее, это просто способ проверки всех женщин, идущих на третий этаж… они не узнали, и это не проверка, просто страж заскучал и пытается развлекаться доступным ему способом…
Все три варианта были возможны, но в последних двух она могла попытаться…
Татьяна вывернулась из-под горячей ладони и быстро-быстро заговорила по-английски, размахивая руками, как итальянка, всей мимикой выражая возмущение и протест.
Это сработало. Скорее всего, сторож не настолько хорошо владел английским, чтобы уловить нюансы, тем более, что Татьяна, у себя в фирме общаясь с итальянцами, научилась имитировать их акцент. Парень выпустил ее плечо, сказал «сорри», улыбаясь извиняющейся улыбкой, и отступил в сторону.
В коридоре никого не было. Татьяна вздохнула с облегчением. Теперь оставалось только быстро дойти до двери и успеть открыть ее, пока никто не появился. Очень неприятно будет, если придется объясняться, когда ее застигнут ковыряющей ключом в замочной скважине… Да еще этот, с лестницы, может заглянуть — просто на всякий случай проверить, куда она пошла. И увидит ее перед интересующим их номером.