Киллер (СИ)

— Ты ответишь за свой базар! — направляет на меня пушку метр с кепкой в прыжке, провоцируя остальных схватиться за оружие. Цепная реакция в действии.
— Я детей не обижаю, — лениво отмахиваюсь от его угроз, переводя взгляд на движение у входа в дом.
— Джими, разве так приветствуют дорогих гостей?
Звучание женского голоса привлекло внимание всех присутствующих. У входа в дом, сложив руки на груди и укоризненно изогнув бровь стояла Лола. Кровь предков, коренных американцев, даровала ей необыкновенную, запоминающуюся внешность: длинные чёрные волосы, густой копной окаймляющие аккуратное личико в форме сердечка, глаза цвета горячего шоколада с экзотическим разрезом, пухлые губы и тонкий, изящный стан. Покахонтас, одним словом. А прямое родство с Бэном и твёрдая рука со взрывным характером, наделили уважением к ней каждого отброса. Она прожигала требовательным взглядом мне висок, заставляя сжимать рукоять ствола сильнее.
— Что с твоим зрением, Лола? Это же какой-то левый белый придурок, — возмутился Джими, эмоционально размахивая стволом.
— Это ты придурок. А этот парень — морской котик, и он надерет твой волосатый зад, да так быстро, что ты даже не моргнёшь. Так ведь, Глеб?
Она поймала мой взгляд и расправила плечи, с вызовом вздёргивая подбородок. Едва заметно кивнул, обреченно принимая действительность. Разумеется, я думал о том, что мы столкнёмся, но все же надеялся, что удача наконец мне улыбнётся.
Лола подождала меня у входа и толкнула дверь, впуская вовнутрь. Ребята с недовольными лицами сопроводили мое «триумфальное шествие» и запрыгнули обратно в тачки. Не поздоровится тому, до кого они докопаются. А это случится пренепременно, ибо тестостерон, после стычки, жалит пятки, просясь на волю.
Дом Большого Бэна за эти несколько лет не изменился. Разве что стали больше дыры в тонких стенах от пуль и мордобоя. В остальном, тот же аромат кубинских сигар, алкоголя, разномастный смех и громкий говор людей, что заполонили его. Воздух сотрясала громкая музыка и Лола плыла под неё, сопровождая меня к брату. В столовой десять мужиков перекидывались в карты на столе с зелёным полем, затягивались дымом сигарет, выпивали, кто-то нюхал кокс. Рядом сновали полуголые женщины с расширенными зрачками и потерянными улыбками на устах, освежая в моей памяти причины, по которым я не стал задерживаться здесь слишком долго.
Большой Бэн ласково нашёптывал что-то блондинке на своих коленях, покачивая в одной руке стакан с джином. Увидев меня, хмыкнул, поставил его на стол и отправил девушку погулять, предварительно шлёпнув, по едва прикрытому заду. Сузил глаза цветом точь-в-точь, как у его сестры, ухмыляясь на одну сторону. Шрам рассекал правую щеку, как напоминание о гонениях, коим он был подвержен будучи ребёнком, а седина, разбавляющая смоль волос — о нелёгкой бандитской судьбе.
В следующую секунду он взял ствол со стола, щёлкнул затворном и направил на меня:
— Я же предупреждал: ещё раз явишься и схлопочешь пулю в лоб.
Бросил свой пистолет на зелёное полотно, поднимая руки вверх. Если он не поможет мне, то и жить будет не за чем. Лола настороженно подобралась, кладя ладонь брату на плечо в успокоительном жесте.
— Я пришёл просить помощи.
Звук выстрела зазвенел в окнах, а пуля со свистом полетела мимо, больно жаля краешек уха, из которого тут же выступила капля крови.
— Дважды я не промахнусь, Чёрный. Проваливай.
  
3.11
 
От резкого хлопка никто не дрогнул. Только Лола прикрыла глаза, беззвучно шевеля губами у брата за спиной. Бэн выжидательно глядел мне в глаза, твёрдо держа пистолет, дуло которого выстрелит снова. В этом сомнения не было, как и в том, что вторая доза свинца погрязнет в моем теле. Он шутить не любит. Ребята за столом напряглись. Я мельком уловил несколько встревоженных знакомых лиц, остальных же я прежде не видел. Новенькие.
— Прости, Бэн, но сам я не уйду, — покачал головой, не прерывая зрительного контакта с главой, в надежде, что он вспомнит все мои заслуги.
 
Следующая пуля досталась орущему приемнику, который со звуком зажёванной пластины, погрузил присутствующих в вязкую тишину.
— Оставьте нас.
Короткий приказ рассек воздух, жалящей розгой хлестанув каждого. Тут же ожили игроки в карты и засобиралась, с противным скрежетом отодвигаясь на деревянных стульях. Через минуту мы остались втроём.
— Ты тоже, Лола, — безапелляционно скомандовал через плечо сестре, по-прежнему держа меня на мушке, не оставляя ей шансов на возражения. Она замялась, с испугом глядя на меня. Я стоял неподвижно, выжидательно. В любой другой ситуации мне бы было плевать, нафаршируют ли меня свинцом или нет, но сейчас моя смерть гарантировала тот же исход и Нике. Поэтому мне хотелось сгладить все острые углы и выжить.
Лола погладила брата по спине и, кинув на меня взгляд мокрых глаз, выскользнула за дверь.
Как только в коридоре стихли ее шаги, Бэн выпустил всю обойму ствола, непрерывно обстреливая меня со всех сторон. Пули со свистом пролетали мимо, дробя в щепки стену за моей спиной. Я едва удержал уголки губ, дернувшиеся в улыбке. Не убил, уже что-то. Когда курок стал глухо щёлкать, Бэн швырнул пистолет в сторону и бросился на меня с кулаками.
Первый удар рассек воздух в опасной близости от моего носа, но отточенную реакцию не пропьёшь. Я увернулся, отступая от разъяренного Бэна назад. Выпады и серия Джеб-Джеб не наносили ему серьёзного урона, но держали великана на безопасном расстоянии от меня. Не зря его прозвали Большой Бэн. Гора бугрящихся мышц, рост, природная сила и выносливость смешались в одном флаконе, образуя смертельно опасную смесь.
На мой Джеб Бэн отвечает своим коронным Кроссом, с размаху впечатывая громадный кулак в мою челюсть. Раздался треск костей то ли его пальцев, то ли моей скулы. А может все вместе.
— Я отпустил тебя, чтобы ты никогда не возвращался. Сделал исключение, рискуя всей группировкой!
Ловко уворачиваюсь от хука, ещё одного попадания молота мое лицо может не выдержать.
— Ты же знаешь, что я никогда бы не сдал вас копам!
Он звереет и безидейно размахивает кулаками.
— А Лола? Опять станешь пудрить ей мозги?!
Ну сестру-то зачем сюда приплёл? Разбежался и повалил Бэна на пол, зажимая широкую шею локтем:
— Я не пудрил ей мозги, Бэн. Между нами ничего не было и не могло быть. Она об этом знает. А сейчас, прошу помочь мне найти девушку, ради которой я готов на все.
Несколько мгновений мы прожигали друг друга взглядами, тяжело и порывисто дыша. Когда лицо Бэна покрылось багрянцем, я отпустил его, плюхаясь на пол, рядом с распластавшимся телом, и взъерошил волосы пятерней.
— На все, говоришь? — растирая ладонью шею, Бэн поднялся в положение сидя и свесил руки на коленях.
Я утвердительно кивнул, зная, что сейчас будет озвучена цена. Некоторое время он размышлял, подсчитывая выгоду, которую возможно извлечь из сложившейся ситуации, а затем встал и деловито заговорил:
— Два года беспрекословной службы. Скажу убить — убьешь, скажу банк ограбить — ограбишь, скажу устроить резню — и ты ее устроишь. Без вопросов и пререканий. Тебе не будет дозволено то, что было дозволено до этого. Рабочий материал, которым я попользуюсь и выкину за пределы Штатов. И если ты вернёшься, пеняй на себя, парень.
Я был наслышан, что в криминальных кругах назревает раздел власти. Бэн, очевидно, решил поучаствовать в нем, иначе к чем ему новички и я, давно отошедший от дел. Набирает боеспособную команду.
Слишком долго размышлять над его предложением не собирался. Мне нужно спасти ее. И за это я готов заплатить любую цену.
— По рукам, Большой Бэн.
Глаза главы вспыхнули адовым пламенем, навевая мысли о том, что я заключил сделку с дьяволом. Но хуже уже не будет, мои руки и без его грязных дел по локоть в крови. Бэн поправил смятую в драке майку и жестом пригласил меня за стол переговоров: