Серебро и тайны (ЛП)

— Погоди.
Я замерла, оглянулась и приподняла брови. Келлам сел на корточки на камне, сжимал ладонью нить связи, другой — край камня. Его глаза ярко сияли, отражали свет заклинания.
— Фэррин, я… знаю, сейчас не лучшее время, но… Я хотел сказать тебе… извиниться за… Я хотел…
Сердце гремело в моем горле, как ком. Я быстро тряхнула головой и строго нахмурилась.
— Ты прав, маг Леокан. Сейчас не лучшее время.
Мне не нужно было сейчас еще и ворошить прошлое, отвлекаться на его жалкие извинения. Это было не важно. Это перестало быть важным годы назад. Я была отчасти убеждена, что это и не будет больше важным, по крайней мере, не сильно.
Я выпрямилась, глубоко вдохнула. Мое физическое тело в камере тоже вдохнуло, пальцы сжали посох. Я ощутила, как нить заклинания дрожала на конце посоха, пронизывала мой дух, и я помолилась, чтобы связь выстояла.
Я переступила границу золотого леса.
— Ах, ты вернулась.
Я вскрикнула и развернулась. Инопутье пропало, лес окружил меня. Высокая мускулистая фигура с длинными темно-зелеными волосами, ниспадающими на голые плечи, вышла из-за дерева и улыбнулась мне.
— С возвращением, смертная дева, — сказал Игендорн. — Я уже думал, что ты сдалась.
15
Келлам
— Что происходит? Ты позеленел по краям, красавчик!
Я нахмурился. Было сложно сохранять транс, необходимый, чтобы почти все сознание было в Инопутье, еще и поддерживать заклинание связи с разумом Фэррин. Делать это, пока узловатый палец тыкал в мое плечо, было почти невозможно.
Я скривился, приоткрыл глаз и посмотрел в сбивающие с толку глаза матушки Уллы.
— Это он. Этот фейри… Игендорн. Он там с ней.
— Да? А ты что ожидал? — Улла скрестила руки и посасывала зуб. — Это его сон.
Я закрыл глаз, скрипнул зубами и сосредоточился на другом измерении. Я ощущал связь, искал Фэррин. Я не видел сон, в котором она стояла, как и не слышал, что она говорила, или что говорили ей. Но я ощущал это в ее голове с ясностью, от которой было не по себе. Я ощутил, как она покраснела от вида лорда фейри. Ощутил ее шок, ее страх… и ее восхищение. Игендорн был очень красивым. Красивым и сильным…
— Не переживай.
Я охнул и открыл глаз от голоса ведьмы округа. Матушка Улла усмехнулась и рассмеялась.
— Нужно лучше скрывать мысли, если не хочешь, чтобы их легко читали с твоего лица, парень. Я знаю ревность, когда вижу ее. Но не переживай! Наша Фэррин не полная дурочка. Она не поведется на фейри, который похитил ее и угрожал ее жизни. Она может быть ленивой и беззаботной, но даже она не так глупа, — старушка склонилась ближе и ущипнула меня за щеку. — Не говори, что я так говорила. Я не хочу, чтобы она задрала нос!
Я отодвинулся от пальцев ведьмы и зажмурился, направил сознание по связи. Я почти видел золотой лес и сильное создание перед Фэррин. Я ощущал, как ее сердце забилось быстрее.
— Спокойно, Фэррин, — прошептал я по нити заклинания. — Спокойно.
16
Фэррин
— Что ты тут делаешь?
Слова сорвались с губ, я не успела их остановить. Они звенели громко в золотом воздухе, звучали ужасно смертными и глупыми. Румянец подступил к моим щекам в реальном теле, и его явно было видно на мне тут.
Лорд фейри улыбнулся. Улыбка потрясала не только красотой, но и тем ужасом, который вызывала. Или не ужасом… может, неправильно было так описывать чувство, пронзившее мою спину. Может, это чувство нельзя было описать словом. Не было неприятно. Но пугало.
— Это мой сон, да? — сказал он низким голосом. — Ты так удивлена?
— Нет, но я… — я притихла. Я хотела спросить, почему он был не в облике ребенка, какой я видела уже два раза. Что-то, наверное, инстинкт ведьмы, говорило, что это плохая идея. Я не знала, почему, но подозревала, что он не знал о том облике. Не стоило говорить, что я видела его в юном уязвимом состоянии. И я могла использовать это знание позже.
И я закрыла рот, покачала головой и начала снова:
— Я поняла, что ты держался далеко от своего демона.
— Я не боюсь демонов.
Это было не совсем ложью. Фейри не врали, не могли врать. Но это не было и правдой. Не было полной правдой.
 
Я не успела разобраться, фейри сделал три шага, пересек расстояние между нами, встал передо мной, позволяя вблизи увидеть его голую грудь. Сердце колотилось, я пыталась попятиться, но врезалась плечом в дерево.
— Я впечатлен, котенок, — он поднял большую ладонь и осторожно коснулся длинным когтем под моим подбородком, накренил мою голову, чтобы мне пришлось посмотреть в его золотые глаза.
Я сглотнула, но не дала себе моргнуть или вздрогнуть.
— Впечатлен? Чем? Я еще ничего не сделала.
Уголок его рта приподнялся в жуткой улыбке.
— Маги-фейри, каких я сюда брал, не выживали даже в одной встрече с тем монстром. Ты уже дважды сделала это.
Его глаза были глубокими, золотыми. Интригующими. Как сам сон, который заманивал меня в опасные тени, они манили меня забрести глубже. Затеряться. Было бы легко уйти в те глубины и не понять, что я сделала, пока не будет поздно.
И почему он так на меня смотрел? С любопытством. Неужели он видел во мне что-то опасно интригующее, как я в нем? Неужели…
Не глупи!
Я услышала не голос. Это была не мысль, а… дрожь. Она гудела на нити связи, натянутой, как тетива, грозящей порваться.
Не глупи! Он опасен! Он играет с тобой! Не ведись на его уловки, Фэррин!
Келлам, зараза.
Но он был прав. Все знали, что фейри нельзя доверять. Они бросали морок на смертных быстрее, чем те замечали. И я уже была уязвима, не добавляя фейри власть надо мной.
Я зарычала и отдернула голову от пальца с когтем.
— Не командуй мной.
Игендорн медленно убрал руку, согнул пальцы. Другой уголок его рта приподнялся, бровь поползла вверх на гладком лбу.
— Нет, у меня в мыслях нечто крупнее, если ты преуспеешь.
С этими словами он отошел на несколько шагов. Моя сдавленная грудь вдруг расслабилась, легкие смогли вдохнуть. Я прижалась к дереву, а потом выпрямилась и уперлась посохом в землю.
— Так ты будешь помогать, или ты просто решил мешать мне?
— А я мешаю?
— Нет! — выдавила я слишком быстро, чтобы этому можно было верить. Я покрутила посох в руке, пытаясь игнорировать гул от нити связи, и яростно посмотрела на фейри. — Но я вижу, что ты пытаешься сделать. Это не помогает! Если хочешь, чтобы я занялась работой и что-нибудь сделала с твоим гадким демоном, лучше оставь меня одну.
Фейри медленно кивнул, прижал подбородок к груди, прядь волос упала на его лоб и повисла шелковистым завитком между его сияющими глазами.
— Хорошо, котенок, — его голос был низким и гулким, словно урчание кота. — Охоться на свою мышку.
Он поклонился, изящно взмахнул рукой… и исчез.
Я смотрела в пустоту, где был фейри. Но, конечно, он не исчез полностью, да? Этот лес — он, было страшно даже размышлять о таком. Я прошла в его подсознание, и, согласно некоторым теориям магии сна, эта часть разума была правдивее сознания. Тут было меньше барьеров.
Поежившись, я огляделась, пытаясь ощутить фейри. Лес казался пустым, но это ничего не означало. Нить связи снова загудела. Присутствие Келлама шептало в моем разуме, не голос, не картинка, но ощущение, которому не было названия. Он пытался сказать что-то о фейри, и что нужно сосредоточиться…
— Ты можешь угомониться? — зарычала я, потянула за нить посохом. — Я знаю, что делаю, — я надеялась на это. — Будь готов дать мне то заклинание, слышишь, маг Леокан?
Это работало. Я ощущала, что он нервничал, но давление его присутствия отступило. Хмыкнув, я огляделась в лесу, взгляд скользил от дерева к дереву, искал серебро среди золота. Я ничего не заметила сразу, пожала плечами, выбрала направление и пошла. Через пару шагов золотое спокойствие стало влиять на мой разум, заманивая меня гулом энергии и приглушая страх до уровня небольшой тревоги.