Побег невозможен. Сорваться с цепи (СИ)
Разговор потихоньку возобновился, настроение за столом улучшилось. Принесли основное блюдо, что окончательно развеяло неприятный эпизод. Нэсс сидел молча, пил, ел. В разговор не было никакого желания вмешиваться.
За время ужина часто упоминался «Вергнир». Это была школа-интернат, принадлежавшая «Айрату». Райдел, Рик и Гард были выпускниками этой школы. Все, кого брали туда, были сиротами, их отбирали из других приютов в Монтэро, иногда Фурана. В этой школе их готовили к жизни в рядах «Айрата». Официально, конечно, это была обычная школа-интернат – «Айрат» умел скрывать свои учреждения. Нэсс не понимал толком, как тогда Райдел стал главой семьи, он-то думал, что это место передается по семейной линии. Но спрашивать не стал, хоть на языке и вертелась тысяча вопросов.
Когда наконец они наговорились и начали прощаться, была уже поздняя ночь, Нэсс чуть ли не облегченно вздохнул, хоть послушать, о чем они говорят, и было интересно, но в какой-то момент ему просто захотелось завалиться спать.
— Что ж, спасибо за гостеприимство, — сказал Итоми, — до встречи завтра, Нэсс.
Нэсс молча кивнул. Рик ушел вместе с Итоми, а Райдел, обняв Нэсса за плечи, повел его наверх.
— Не сердись на него, — уже в комнате сказал Райдел.
— Он мне неприятен, — отворачиваясь, произнес Нэсс.
— Поверь мне, он не хотел задеть тебя.
— Я не хочу говорить об этом.
— Дай ему еще один шанс. Уверяю, ты не разочаруешься.
Нэсс пожал плечами. Райдел развернул его к себе лицом, притянул, нежно поцеловал. Старик напомнил ему о том, с кем он целуется и с кем получает удовольствие, Нэссу пришлось заталкивать свои бунтующие мысли обратно туда, откуда они выползли. Заодно с внезапно обретенными возможностями они создавали настоящую бурю в душе. Хотелось попытать удачу вновь, но Нэсс знал всеми жилками своего тела, что никогда не соберет достаточно решимости. Не после всего того, что узнал. Из этой клетки был только один выход, и он давно утратил свою привлекательность.
56 марта, 3 день недели.
Утром за ним заехал Канда.
— Где вчера пропадал? — спросил он, как только Нэсс сел в машину.
— Проспал, — пробормотал Нэсс, не зная как отмазаться от вопросов Канды. Нэсс надеялся, что тот сам сообразит, что говорить с ним об этом не может. Хотя у него чесался язык разболтать все, рассказать на каких встречах присутствовал, что слышал, а тем более рассказать, что случилось вчера и позавчера. Но он молчал – если Райдел узнает, что он трепался о делах «Айрата»... нет, о том, что случится тогда, Нэсс старался не думать – слишком страшно.
— Я звонил тебе и Рику. Он что, тоже проспал?
— Не знаю, может быть...
— Все секретничаешь...
Нэсс посмотрел на Канду. Неужели он не понимает? Понятно, что хочется узнать, любопытно и так далее, но все же...
— Много выпил и проспал, какие секреты, — раздраженно произнес Нэсс, надеясь, что Канда уймется и не станет дальше допытываться.
— А, — Канда махнул рукой, — ну тебя, — он помолчал секунду, потом добавил. — Мы на неделе всем классом собираемся в кино. Ты как? Думаешь, сможешь пойти?
— Не знаю... — протянул Нэсс, облегченно вздохнув оттого, что Канда перестал задавать вопросы. — Хочется пойти... сто лет уже в кино не был.
— Думаешь, не отпустит?
Нэсс ничего не ответил. Кто его знает. Хотя ввиду недавних обстоятельств, скорее, да, чем нет. Но должен ли Нэсс теперь спрашивать разрешения, как и раньше? Может, просто сообщить и посмотреть на реакцию?
— Когда это?
— В конце недели сразу после занятий. Кино будет с шести вечера где-то до девяти.
— Пока не знаю, завтра договоримся.
— Окей.
Телефон звякнул, Нэсс взглянул на экран, сообщение от Рика: «Сегодня в Суране дел никаких не намечается, попросишь Канду подвезти тебя в офис». Нэсс отправил ответ.
— Отвезешь меня сегодня в офис, ладно?
— Да, конечно, а что с Риком?
— Ничего.
— Почему, вообще, он тебя забирал в последние недели?
— Ты сегодня в роли Ману?
— Ладно-ладно, намек понял. Затыкаюсь.
Канда, казалось, обиделся. «Ну и черт с ним. Задолбал со своими расспросами. Ему же Рик не двузначно намекнул, что это не его дело и болтать об этом никто с ним не будет. Тогда чего он обижается?»
Прибыв в Кэснорд, они сразу направились к спортзалу – это утро начиналось с тренировки. В последние месяцы из-за того, что Нэсс все время проводил в офисе, у него почти не оставалось времени на занятия, Нэсс не жаловался, но Райдел с легкой руки Рика об этом не забыл. Три тренировки в школе сдвинулись на утро, как оказалось, Райдел, так сказать, купил для Нэсса новое расписание с помощью новых тренажеров, которые приобрел для школы. Две другие тренировки он проводил в спортзале офисного здания «Асан» и еще две – на выходных уже в особняке. Рик не отставал от него и пристально следил за тем, чтобы он выполнял все его инструкции, как по виду тренировок, так и в принятии того гадкого пойла из витаминов и белков.
Друзья Канды, как и сам Канда, поначалу недоумевали, отчего Нэсс тренируется отдельно от всего остального класса и почему не принимает участия в играх после тренировок, Нэсс недолго думая просто сказал, что предпочитает тренировки, нежели игры, хотя на самом деле ежедневные занятия казались ему перебором. Но спорить было бесполезно, что с Райделом, что с Риком.
Переодевшись, Нэсс, как обычно, направился к тренажерам, но сегодня отчего-то было много желающих воспользоваться ими, и ему приходилось дожидаться, когда некоторые из них освободятся. Из-за этого к душевым он пришел с опозданием. Быстро приняв душ, вернулся к своему шкафчику, натянул белье и штаны. Он как раз натягивал и завязывал ботинки, когда сзади раздался голос Ману.
— Ни фига себе татушка! — воскликнул Ману, Нэсс подскочил, как ужаленный, обернулся, в раздевалку вслед за Ману ввалились Канда и Род. Троица явно только выскочила из душа – струйки воды все еще стекали на пол. Ману уперся взглядом в грудь Нэсса, и его лицо вытянулось еще больше, хотя, казалось, такое невозможно. — О! Еще одна. Вот даешь! Ты из-за них, что ли, прятался? А кто такая Дель? — спросил он, подмигнув.
Нэсс ощутил, как ему становится жарко, хоть он и не видел себя, но был уверен, что щеки покраснели, если не все лицо. Схватив футболку, быстро натянул ее, надеясь, что Канда с приятелями не станут приставать с вопросами. Но Ману со своим длинным языком не затыкался. Канда стоял тихо, не задавая вопросов, но и не прерывая Ману, его пристальный и задумчивый взгляд показался Нэссу неприятным. Он не мог не догадаться, сокращение от чьего имени обозначено у него на груди. Нэсс был уверен, что у того в голове начинают складываться воедино разрозненные детали.
— Нэсс? — позвал Ману. — Эй, Нэсс! Ну чего ты молчишь? Что означает буква «А»? И почему ты прячешь эти тату?
Нэсс молча отвернулся к своему шкафчику, доставая остальные вещи. Он знал, что сказать что-то надо, объяснить хоть как-то эти татуировки. Он обругал себя за беспечность.
— Мне не нравится обсуждать эти тату, — тихо произнес он, так и не придумав ничего толкового. — Чтобы избежать обсуждений, я прячусь. Сделайте одолжение, не поднимайте больше эту тему.
Толком он не знал, что заставило настырного Ману замолкнуть: его слова или надрывающийся голос. Нэсс глубоко вдохнул, стараясь успокоиться, не думал, что от простого упоминания этих татуировок ему станет так погано. Да, он видел себя каждое утро в зеркале, но старался не слишком рассматривать ни одну, ни вторую татуировку – обе навевали слишком плохие воспоминания.
Никто с ним раньше не заговаривал о них, а воспоминания, казалось, специально поджидали удобного момента, чтобы захлестнуть его бурей чувств, стыда, отчаяния и боли, казалось, все, что он испытал тогда, происходит вновь. Он не заметил, когда на глаза навернулись слезы, он обругал себя – трое парней все еще стояли за его спиной. «И почему я вызываю такой интерес, почему они просто не оставят меня в покое, черт их возьми, разве я похож на клоуна?» — Нэсс все же сумел сдержать слезы, собрав свои вещи, он быстро вышел из раздевалки, надеясь, что сумел скрыть внезапно намокшие глаза. Канда окликнул его, но он не остановился.