Побег невозможен. Сорваться с цепи (СИ)

Райдел несколько мгновений нахмурено смотрел на Базиля, но у того как всегда было каменное безразличное лицо. Так ничего и не сказав, Райдел кивнул ему и врач подхватив свою сумку вышел, лишь в дверях напомнил, что Нэссу сегодня надо отдохнуть и бросил многозначительный взгляд на Райдела.
— Мне пора, — взглянув на часы, сказал Райдел, — ты парень, не расклеивайся мне тут.
  
— Не буду, — пообещал Нэсс, Райдел нагнулся к нему, коснувшись губами его щеки и вышел.
Нэсс облегчено повалился на подушку, зарылся носом под одеяло и незаметно для себя задремал.
Его разбудило тихое покашливание, продрав глаза, он удивленно увидел стоявшего рядом с кроватью Базиля, сел вопросительно смотря на него. Врач снова кашлянув сел на край кровати.
— Нам надо поговорить, — сказал Базиль, — Райдел уже уехал и я хотел бы, чтобы этот разговор остался между нами. Я пытался объяснить ему, но к сожалению он уперся.
— Что... — Нэсс запнулся. Базиль выглядел напряженным, и это само по себе заставляло волноваться и ожидать худших новостей.
— Насколько я осведомлен, ты теперь довольно свободно передвигаешься по городу?
— Мэт... — протянул Нэсс, кашлянув, ему все больше и больше не нравилось, куда идет этот разговор. — Пожалуйста, не тяните.
— Да. Извини. Тебе стоит обратиться к специалисту. То, что происходит с тобой это уже не моя сфера. Вчера, эта внезапная лихорадка и тот недавний провал в памяти...
— Думаете, что я теряю рассудок? — спросил Нэсс и собственный голос показался ему неестественно спокойным, подтянув к себе колени, он обхватил их руками.
— Не знаю, — честно признался Базиль, — но эти два инцидента это не нормально. Хоть Райдел и отмахивается от этого, думаю, ты сможешь принять всю серьезность моих опасений. — Нэсс медленно кивнул, лишь глядя на встревоженного Базиля заставляло уже считать себе смертельно больным ну или в данном случае сумасшедшим.
— Я понимаю, — тихо произнес Нэсс, — и в то же время нет. Чем мне поможет этот специалист? Посадит на лекарства? Уж лучше так.
— Это необязательно будут лекарства. По крайней мере, в начале. Вы пообщаетесь, и вполне может быть, что уже только от этого тебе станет легче. — Базиль вздохнул и Нэсс удивленно вскинул брови, походило на то, что он сдерживает... что? Горечь? Грусть? Из-за того что происходит с Нэссом? Он тихо продолжил сдавленным голосом. — Все те тайны, которые тебе приходится запирать в себе... лишь возможность поделится с кем-то, облегчит груз на твоих плечах.
Нэсс не сдержал слез. Он спрятал лицо, уткнувшись лбом в скрещенные руки.
— Думаете, я смогу... — Нэсс тихо всхлипнул, — смогу хоть кому-нибудь рассказать о том, что происходило здесь... довериться настолько... и даже если смогу, как я могу быть уверенным, что этот человек не выдаст меня...
— Профессия обязывает психологов молчать. Я понимаю твои сомнения, но ты обязан попытаться. Для себя, Нэсс. Подумай об этом. Я поищу подходящего человека и сообщу тебе. А пока тебе стоит отдохнуть. Если не сможешь заснуть, я принесу тебе снотворное.
— Принесите, — тихо попросил Нэсс, — не могу думать обо всем этом сейчас... не могу и не хочу.
Базиль молча ушел. Нэсс все так же сидел, уткнувшись головой в скрещенные руки. Поговорить с кем-то обо всем казалось идиотской идеей. Чем это поможет? И как вообще он сможет говорить даже об обыденном дне рядом с Райделом. Как объяснить свои чувства? Это казалось нереальным и невозможным. И как удержать себя на краю пропасти говоря об этом? Эта мысль заставила его вспомнить слова Магдана. Танцы над пропастью. Если Паниньо прав... хотя почему, если... проблемы возникнут рано или поздно, и его люди, так же как и он будут под мишенью. Он обругал себя. О чем он думал, подставляя их так? А теперь уже поздно что-то менять, если он пойдет на дно то и они, скорее всего, последуют за ним. Как ни странно, но понимание этого не заставило его расшатанное сознание запаниковать, а даже наоборот дышать стало легче. Если не для себя, то, по крайней мере, для них он должен со всем справиться и если его убьют, то он будет знать что делал все что мог.
Тревога вернулась на место щелчком, как будто передвинули переключатель, он приподнялся, схватившись за голову. Только что это снова повторилось. В голове были не его мысли. Вот уже сейчас лишь мысль о том, что его могут убить вызывают бурю в душе. И на днях, этот план подловить Яхира, все это не он... тогда кто? Вот именно. Бред психопата. Он выдумывает того чего нет на самом деле. Все это его мысли и его поступки не стоит об этом даже задумываться, а тем более сомневаться в этом.
Но мысли были не послушны, подкидывая все новые и новые случаи, когда ему казалось что это не его слова или его действия. Чего стоила одна лишь пытка троицы Кондоров. А суд? Ведь взяв в руки гильотинку и только развернувшись к двум айратцам, он понял, что собирается сделать, публично казнить их, но сознание совершило что-то невообразимое и вместо того, чтобы убежать ему захотелось улыбаться. Он помнил это чувство спокойное и холодное, радости он не испытывал но удовлетворение и безмятежность присутствовали. Ему показалось, что он никогда даже не знал, что это значит быть безмятежным и совершенно спокойным. Тогда какого черта его трясет, от каких-то дурацких слов?
Ему до чертиков надоело копаться в себе, и он уже начал мысленно ругать Базиля, который вроде обещал снотворное, когда дверь открылась, а через мгновение в проеме спальни показался и врач. Теперь стало ясно, почему он задерживался. Он принес ему полный поднос еды. Куда уж без этого. Все так и стремятся накормить его, когда ему становиться плохо, будто бы это в ту же секунду исправит положение.
Базиль поставил поднос с едой рядом с ним, на его лице вновь было обычное каменное безразличное выражение. На тумбочку рядом с ним он выложил две таблетки.
— Только после еды, — сказал он, — с этим проспишь до вечера. Ночью если не сможешь заснуть примешь вторую. Райделу я скажу, что ты нервничал, а тебе надо было хорошенько отдохнуть.
Нэсс кивнул. Пусть будет так. Все равно будет спрашивать, а может и не будет, если его отвлечь. Запах еды все же привлек его, желудок заурчал, напоминая, что и психам надо кушать. Базиль мгновение стоял над ним, наблюдая, как он поглощает еду, а затем также молча ушел. Нэсс смотрел ему в спину и никак не мог понять, почему этот человек проявляет такую заботу о нем. Или он не исключение? И другие... те, кто были до него, получали от Базиля столько заботы, сколько Райдел позволял ему проявить. Хотелось узнать и в то же время не хотелось. Мало какие тайны хранит сам Базиль. Некоторые вещи лучше не знать.
Поев, он отставил поднос на пол, сходил по нужде, вернувшись, пристально оглядел таблетку, прекрасно зная, что это не прот, но по-другому он просто не мог, закинул таблетку в рот и запил водой. Забравшись под одеяло, и устроившись поудобней, ожидал, когда подействует снотворное. Протяжно зевнул, прикрыл глаза и отключился.
Еще не открыв глаз, почувствовал его руку, гладящую его по щеке, улыбнулся.
— Дель, — тихо шепнул он, приоткрыв еще сонные глаза, подняв руку, погладил его по щеке, обхватил за шею, притягивая к себе. Райдел нежно поцеловал его, взяв его за плечи поднял и прижал к себе.
— Как ты себя чувствуешь? — отрываясь от него и гладя его по волосам, спросил Райдел.
— Нормально, — произнес Нэсс, отвернувшись, зевнул и тихо рассмеялся, — только еще в сон клонит.
— Базиль сказал, ты нервничал...
— Не то чтобы. Просто не мог заснуть... ты ведь знаешь, как плохо я сплю, когда тебя нет рядом.
  
— И наконец-то признаешься в этом... — криво улыбнулся Райдел, его руки скользнули по спине Нэсса поглаживая, замерли на ягодицах, сжали.
— Райдел... — тихо шепнул Нэсс.
— М-м-м... — отозвался он, касаясь губами его шеи.
— Может... может, не будем сегодня... я...
— Ш-ш-ш... — оторвавшись от него и коснувшись его губ, издал Райдел, — не надо объяснять. Может, поужинаешь?