Медвежья услуга (СИ)

- Уберите пока в карман и подержите вот здесь волосы, ветка застряла. Боюсь, если так дерну, вся конструкция сломается, - Дмитрий говорил так убедительно, что я сунула телефон в карман куртки, подумав, что тут же отдам, как только расправимся с недоразумением. Подняла руки вверх, удерживая пряди на месте, и почувствовала, как Дмитрий аккуратно избавил меня от веточки.
- Там ничего сложного, переделаю, если растрепалось...
Тут входная дверь открылась и в щель высунулась женщина средних лет с прической-каре:
- Вы, случайно, не художница?
О, Дмитрий угадал насчет пары минут!
- Да! Здравствуйте! - я сделала шаг в сторону, смущаясь, что нас застали в такой ситуации, быстро забрала кейс с переднего сиденья, куда сунула, пока мы расправлялись с веткой и посмотрела на Дмитрия.
- Бегите, Злата! Не буду мешать!
- Спасибо, что подвезли! - кивнула, и быстро взбежала по ступенькам вверх.
Женщина была легко одета, поэтому старалась держаться внутри помещения, оставляя дверь едва приоткрытой. Она так внимательно проводила взглядом Дмитрия, что я удивилась, как он не споткнулся. Знакомство с самого начала не задалось, и это нужно срочно исправлять!
Вроде бы, Федор говорил, что здесь главный мужчина... Насколько это женщина имеет на него влияние? Скажет ли о том, что художницу подвезли на дорогущей машине и ввернет что-нибудь "отсебятины", чтобы мне здесь работа медом не казалась? Уж больно мне ее взгляд не нравится: подозрительный, придирчивый и внимательный.
- Здравствуйте. Я - Злата. Буду расписывать стены в вашем фитнес-центре! - бодро произнесла я, растягивая губы в приветливой улыбке.
У женщины была внешность и образ секретаря: брюки со стрелками, строгая блузка, даже очки на носу были угловато-острыми, как и взгляд из-под них. Спину она держала ровно, подбородок гордо, оттого ее ответ так резанул слух контрастом:
- И вам не хворать!
И женщина замолчала, повела носом, будто принюхивалась, а я растеряно сунула руку в карман и наткнулась на телефон Дмитрия.
- Простите, я сейчас вернусь! - я рванула на себя входную дверь, сама не своя от странного приема, и выбежала на крыльцо, надеясь, что мужчина еще не уехал.
Не рассчитала, наступила на единственную наледь на краю ступени и почувствовала, что лечу вниз. Но не успела испугаться, как оказалась в чьих-то крепкий объятиях. Настолько сильных, что было тяжело дышать.
Я не видела ничего, кроме темного пальто, поэтому приложила руки к единственной твердой поверхности - груди мужчины, и оттолкнулась, чтобы вдохнуть воздух.
Легкие заполнил приятный аромат, который хотелось разобрать на мелкие составляющие и запомнить... Но тут я подняла глаза вверх и встретилась глазами с мужчиной с портрета:
- Это ты? - вырвалось у меня, и я прикусила язык. Значит, этот "гендиректор" все-таки был реальный! Не медведь, конечно, но вполне себе настоящий, из плоти и крови, а не из эфемерной мечты.
Взвизгнули тормозами шины, мы с "гендиректором" одновременно повернули головы к дороге, на которой остановился черный Майбах Дмитрия. Тот опустил пассажирское стекло и крикнул:
- Любимая, я забыл у тебя свой телефон!
- Ай! - мои ребра чуть не сломались от сжатия. Я даже не смогла сказать: Какая, к черту, "любимая"?
"Гендиректор" с каждой секундой сильнее давил на позвоночник, даже не замечая этого: все внимание мужчины было сосредоточено на Дмитрии. Верхняя губа угрожающе поднялась, демонстрируя верхний ряд зубов, а глаза блеснули обещанием смерти. Мне стало не то что не по себе - жутко страшно! Прямо на моих глазах лицо мужчины стало превращаться в настоящую медвежью морду, а пальто под моими руками трещало по швам. Я чувствовала, как увеличивается в объеме грудная клетка мужчины, что горела огнем даже через ткань под моими пальцами. Я уже несмотря на руки понимала, что скоро буду раздавлена настоящими лапами. Мне тогда не привиделось! Меня не одурманили! Этот мужчина - настоящий медведь, а не плод моей опьяненной чем-то фантазии!
 
От участи быть раздавленной меня спас мужчина, в котором я узнала второго амбала по вызову. Он чудом умудрился разжать лапы полу-медведя, который лишь мазнул по нему разъяренным взглядом, и вернулся к прежнему объекту - Дмитрию. Но спаситель и не думал меня оттаскивать от медведя, так и оставил рядом, и я с осторожностью начала пятиться подальше...
- Р-р-р! - рычание в мою сторону мигом опустило сердце в пятки. Полу-медведь будто приказывал мне оставаться на месте и не рыпаться. Его тело все исходило волнами силы, будто он еле сдерживался, чтобы полностью не обернуться.
Я бы закричала, что есть мочи, если бы не была так напугана. Во мне работал режим строжайшего распределения энергии с целью спасения, а мозг лихорадочно прокручивал варианты. Поэтому, когда вдруг дверь Майбаха распахнулась, а Дмитрий крикнул:
- Злата! Садись!
Я не медлила ни секунды.
Нагнулась под летящей, чтобы меня перехватить, медвежьей лапой и буквально запрыгнула с разбегу в машину. Машина взревела и мгновенно стартанула с места, и я на ходу захлопнула дверь, жадно хватая ртом воздух.
Посмотрела в зеркало заднего вида и увидела, как медведь несется следом.
- Не переживай. Его максимальная скорость - шестьдесят километров в час, тогда как моя лошадка дает до ста за пять секунд, — Дмитрий, к моему шоку, просто расплывался в довольной улыбке, хитро поглядывая в зеркала, тогда как я не могла прийти в себя от потрясения.
Святые кочерыжки, куда я влипла?!
 ГЛАВА 22 
 
Я не знаю, благодаря какой силе воли, но я смог остановиться у первого перекрестка. Звериная сущность требовала растерзать, свалить на лопатки, поглотить соперника, но в то же время выла от ограничений тела: я не мог догнать машину, как бы ни старался. Лапы оставляли кровавые следы на терке-асфальте, в глазах все смешалось, но это пустяки, по сравнению с тем, как меня дернули за нос и крупно подставили перед парой-человечкой. Вот это невероятно бесило!
Этот сучонок все продумал, дьявол его побери! Надавил на инстинкты, как на клавиши, сыграл отменно, мастерски испортил встречу со Златой. Найду - зарою живьем!
Организм работал в режиме нон-стоп, кровь бурлила от ярости, но впервые я, находясь полностью в зверином обличье, мог мыслить по-человечески трезво, а не идти на поводу у желаний зверя. Что для разгара зимы просто невероятно!
Возможно, зверь сам понимал, что поодиночке пару не вернуть. Потерять пару значило обречь себя на жалкое существование блеклой моли до конца жизни. Поэтому, несмотря на красный цвет ярости, что застилал глаза, медведь признавал, что без человеческого сознания провал слишком близок. Я даже чувствовал терпкий вкус вины за инстинктивный оборот, будто зверь извинялся, что вышел из-под контроля.
Игнорируя вопли прохожих, что разбегались в стороны, освобождая дорогу, я отошел в ближайший глухой переулок и перевоплотился в человека. Снова и снова прокручивал в голове момент, когда юркая Злата проскочила под лапой... Черт побери это зимнее время и тягучесть мышц в период спячки! Черт побери медвежью реакцию!
А этот подонок точно знал, что делает и когда!
Так глубоко я еще никого не ненавидел. Так сильно еще не желал вырвать нахальную глотку!
- Влад? Ты здесь? - голос Ромы прорвался сквозь пелену ярости.
Я стоял абсолютно голый в глухом переулке, не чувствуя холода. Мне казалось, что все тело просто объято огнем, который сжигает дотла смолу спячки в мышцах, раскрывает весь потенциал тела. Чувствовал, что остановись сейчас передо мной машина того придурка, я бы сломал ее пополам без особых усилий. Зверь внутри трансформировался, трансформировался и я. Грудная клетка расширялась, канаты мышц становились туже, больше, крепче. Я размял раздавшуюся шею и посмотрел вниз, переступил на белоснежное покрывало и заметил, что мой ранний след значительно меньше моего последнего следа.