Хранители мечей (СИ)

***
Закончив мысленное общение, Элестайл ещё раз вынул меч Воздуха из ножен. Да, заполучить его не составило труда. Как только Розовский посулил бывшей жене Ростислава проблемы с законом, та без лишних раздумий вернула украденный артефакт. Теперь они летели назад в Муромцево. Ну, вернее, Розовский летел, а Элестайл выступал в роли пассажира.
«Что случилось? С кем ты разговаривал?» — вдруг услышал он у себя в голове голос Розовского.
Хорошо, что на спине дракона его крепко держала магия – от таких сюрпризов и свалиться недолго!
«Ты что, подслушивал?!» — возмутился Элестайл. До сих пор он не подозревал и о том, что дракон способен заговорить с ним, пребывая в звериной ипостаси.
«Нет. Но, что у тебя был мысленный контакт, почувствовал. Мы же с тобой сейчас связаны почти воедино».
«А говорить со мной ты тоже можешь только сейчас?» — полюбопытствовал вампир.
«Нет, не только. Общаться мысленно мы умеем не хуже вас».
Интересно, только драконы Соктавы или сородичи Инри тоже?
«На мой-то вопрос ответ будет?» — напомнил Розовский.
«Ничего не случилось. Просто с Сэйнорры вернулась наша экспедиция. Теперь они тоже направляются в Муромцево».
«Зачем?» — Розовский заметно напрягся – это Элестайл почувствовал даже не только на мысленном уровне.
«А ты имеешь что-то против?» — язвительно осведомился король.
«Нет, если они не собираются мстить за Илзи».
Только ли по этой причине он испугался или же всё-таки замышлял какую-то подлость, но прибытие в Муромцево ещё трёх десятков драконов ставит крест на его планах? Розовский невероятно силён, однако против тридцати чистокровных сородичей ему никак не устоять.
«Этого я как раз гарантировать тебе не могу, — честно ответил Элестайл. — Но обещаю, что постараюсь отговорить их трогать тебя».
Розовский замолчал, похоже, углубившись в размышления о своих не слишком радужных перспективах.
Пока Элестайл ничего не сказал о нём своим. Разговор с Лонгаронелем вообще был недолгим. Тот доложил, что на Сэйнорре всё очень плохо и что нашли они лишь навершие меча Света, а след Илзи и, соответственно, самого меча, судя по всему, ведёт на Землю. О мече Воздуха не отыскалось вовсе никаких сведений. В ответ Элестайл сообщил, что для них есть сюрприз.
«Неужели вы нашли меч?» — с надеждой вскричал Лонгаронель.
«Даже мечи. И меч Света, и меч Воздуха. Правда, оба без наверший».
О том, что они нашли и самого Илзи, Элестайл пока умолчал. Под сюрпризом он, в большей степени, подразумевал именно это.
Прилетев в усадьбу, Розовский направился прямиком в Вороновские апартаменты. Время было неприлично раннее, но он всё же решительно постучал в дверь.
Открыл её Илзи.
— Андрей? — удивился он спросонок. — В чём дело? Проблемы с...
— Нет, меч Воздуха у Элестайла, — перебил его Розовский, не желая затягивать разговор. — Илзи, я хотел извиниться за то, что сделал двадцать лет назад.
— Что это с тобой? — опешил тот. — Ты ж говорил, что не собираешься оправдываться.
— Я и не оправдываюсь – просто прошу прощения.
— Почему тебе вдруг приспичило сделать это в пять утра?
— А я тебе честно отвечу – сюда летят твои. Не хочу, чтобы они прибили меня за всё, что с тобой случилось. Но извиняюсь я совершенно искренне. Конечно, следовало сделать это раньше... Только отвык я как-то от таких взаимоотношений. В Полярной Звезде если и извиняются, то только из страха. Хотя я сейчас, конечно, тоже трушу. Умирать совсем не хочется. Чёрт, теперь ты вряд ли поверишь... но о том, чтобы попросить у тебя прощения, я действительно думал давно. Однако не так-то это просто – признать себя подонком.
Илзи его уже практически не слышал. Новость о том, он вот-вот увидится с братом, сыном, родителями завладела всеми его мыслями, всем его существом. Его вдруг охватило сильнейшее волнение. Такое, какого он вообще не мог за собой припомнить.
Розовский истолковал его молчание по-своему:
— Значит, не простишь?
Илзи посмотрел на него так, будто лишь сейчас вспомнил о его существовании:
 
— Ладно, чёрт с тобой, прощу. За то, что спас парней – рискуя собой, хотя мог попросту смыться. Их жизни стоят двадцати лет моего беспамятства.
— Вот не поверишь, смыться мысли в голову вообще не приходило. Может быть, просто до последнего надеялся, что справлюсь. И ведь справился. Я потом смотрел дорожные сводки – ничего особо страшного та фура не натворила. Так, на остаточной скорости задела по касательной встречную фуру, немного подрали друг друга. Всё-таки я её остановил! Нет, нас-то она бы достала. Но удар был бы уже не слишком сильным – защиты выдержали бы, ну, в крайнем случае, пострадала бы наша машина.
— Как говорится, твою бы силу да в мирных целях, — усмехнулся у него за спиной Элестайл. — Но триста лет шантажа, наверное, из кого угодно сделают зверя.
Розовский резко развернулся и бросил на него зло-затравленный взгляд. Удар явно пришёлся ниже пояса.
— Откуда ты знаешь?
Глава 32
— Просто мы сложили два плюс два, — ответил король. — Кто-то ведь должен был тебя обратить. Наверное, семейка твоей жены?
Розовский закрыл глаза, прислоняясь спиной к закрытой створке двойной двери:
— Да. Поначалу, оказавшись запертым здесь, на Земле, я попытался прибиться к людским магам – ведь, не зная о существовании драконов, они принимали меня за одного из себе подобных. Однако с людьми как-то сразу не заладилось – очень скоро они стали бояться меня, поскольку я был сильнее любого из них.
А потом судьба столкнула меня с Никитой Роговым, Инкиным отцом. Мы почти ровесники, он лишь немногим старше. Рогов казался так добр, заботлив, участлив... Одним словом, друг, которого так не хватало одинокому путнику на чужбине. Кто ж знал, что я интересую его исключительно как оружие, которому нет равных. Сейчас-то я бы, конечно, разглядел фальшь за каждым его словом. Но тогда был слишком наивен.
Рогов, вроде бы ненавязчиво, но неотступно, склонял меня к обращению. И попутно всё время пытался выяснить, откуда взялись мои столь крутые познания. Сколько мог, я уходил от его расспросов, хотя и не видел за ними ничего кроме простого любопытства. Видно, тогда во мне ещё работал инстинкт самосохранения. Но когда вопрос об обращении встал вплотную... «Не знаю, что из этого выйдет», — сказал я Рогову. Никто никогда этого не делал. Хотя чисто теоретически препон вроде бы не было. Причин моих сомнений Рогов, конечно, не понял. И тогда какой-то чёрт дёрнул меня рассказать ему, кто я и откуда.
Уговаривать меня обратиться Рогов принялся с утроенным усердием. И уговорил-таки.
В те времена я ещё не был одиноким волком – скорее, наоборот. Он привёл меня в клан. Сочинил для меня родословную, подлинность которой невозможно было опровергнуть – то есть выходило, что я отнюдь не вновь обращённый, а вампир уже в каком-то там поколении.
Однако присоединению к клану я радовался недолго. Внутриклановая вражда явилась для меня неприятным новшеством. Ещё больше доставали бесконечные межклановые разборки. Однажды я сказал Рогову, что с меня хватит – я в этом больше не участвую. Тут-то он и показал зубы впервые, намекнув, чтодраконуздесь не жить. Если только станет известно, кто я – дожидаться, пока я нанесу первый удар, не станут, на меня откроют всеобщую охоту и убьют при первой же возможности.
Я понимал, что Рогов прав. Сила, которой нечего противопоставить, всегда пугает. А от причины страха неизменно стараются избавиться. И никому не будет дела до того, что я пришёл сюда вовсе не за тем, чтобы сеять разрушения. Может – значит, рано или позднозахочет, а потому следует избавиться от него вовремя. Как говорится, от греха подальше.
А ещё я чётко понял, что Рогов лично возглавит травлю и уж постарается, чтобы я не ушёл от расправы.
Благодаря своей магической силе я постепенно набирал вес в клане. Но Рогов крепко держал меня за горло. В принципе, он же и поспособствовал тому, чтобы в конце концов я стал главой клана.