Акт 1 - Испытательный (СИ)

Я задумался. Использовать магию в каком-либо теле я не мог, для этого мне приходилось превращаться в самого себя, но как тогда остаться незамеченным? Сделать это быстро и просто уйти? Но кто-то все равно может заметить. Что же делать? Думай…. Думай… Думай… Эх, надо было взять какое-нибудь яблоко что ли, можно было бы тогда подманить его, но такая возможность отпадает ввиду отсутствия необходимого. Ладно, была, не была!
Я превратился в себя и, выскочив из-за угла, захватил его дубину магией, вырвал из рук и отбросил так далеко, как смог. Я недооценил Джима, несмотря на внушительный размер, он бросился на меня с неплохой скоростью. Но я успел захватить его магией и ударить о землю, что было непросто из-за его веса. Пока он был на земле, я подскочил к голове и настолько быстро, насколько мог, стал наводить на него чары сна, затуманивающие сознание и вводящие тело в аналогичное состояние. Операция прошла успешно, но за это время я так вспотел, будто после борьбы с Эриком, не слабо испугавшись при этом. Не теряя времени, я превратился обратно в кота и поспешил к краю дороги, к месту уже подходили наши.
* * *
Вольконт вышел из-за поворота и остановился между развалинами. Он несколько преобразился, одежда была измазана и изорвана, лицо и волосы также грязны, лоб был перевязан бинтом, предварительно смоченный кровью. Солдат прихрамывал, опираясь на ружье, определенно точно заряженное.
— Постойте, добрые путники! — закричал он.
Карета остановились, Эрик и Янко приготовились. Кучер спустился и встал около экипажа. Ридли вышел немного вперед и заговорил:
— Кто вы? Вы похожи на солдата.
Вольконт медленно приближался, изображая радость.
— Милостивый сударь, я солдат! Мои товарищи дезертировали, подались к вольной жизни, а меня избили, но я спасся и вот иду уже несколько дней, без еды, ища помощи. Не окажете ли помощи бедняге?
— Конечно, — ответил Ридли. — Подходи, я поделюсь!
Сделав шаг вперед, он резко выставил посох, на конце которого заиграли искры. Мгновение, и огненный снаряд, треща словно фейерверк, понесся к Вольконту. Тот с легкостью уклонился от опасности, так как вовсе не был хромым.
— Защита! — скомандовал Ридли, и экипаж покрыл красный с синими переливами барьер.
Не растерявшись, бандиты тотчас показали себя. Как и было предсказано, три пули, стрела и арбалетный болт врезались в него, отскочили и срикошетили. После этого защита на мгновение исчезла, Ридли выскочил наружу, а я, наоборот, занял его место. Мы втроем тут же восстановили купол, в который прилетели еще несколько стрел и арбалетный болт.
Рыжий и черный решил атаковать, выхватив из-за пояса свои кинжалы, они кровожадно бросились на нашего учителя. Ридли ответил в их сторону нескольким огненными шарами и порывами сильного ветра, тем самым отбросив разбойников и заставив их отступить. После этого он принялся поливать их дождем из огня, водяных и воздушных смерчей. Когда рыжий поскользнулся и упал на землю, наш учитель подхватил его магией и с силой отшвырнул в дерево. Несмотря на свою магическую силу, Ридли прекрасно владел палашом, коим и отбивался, когда противникам удавалось сократить дистанцию. Пули не могли причинить ему вред и легко отражались магическим барьером.
Неожиданно в нашу защиту полетел небольшой светящийся шарик. Коснувшись купола, он словно всосал его в себя, не оставив от барьера абсолютно ничего. В последний момент я успел заметить странного дикаря Кашку в кроне дерева. Криол стал стрелять из окна кареты, но не смог попасть в ловкача. В то же время стрелы полетели в нас, вынудив создавать более мелкие барьеры вокруг себя. Эрик, заметив лучника Родрика, стал выпускать в его стороны огненные шары, чтобы выкурить из леса. Это сработало и в то время, как Ридли боролся с рыжим и черным, Эрик вступил в схватку с псевдосвященником, который помимо лука, оказывается, мог орудовать коротким мечом.
— Малыш, солдат! — прокричал Ридли.
Рефлекторно я окружил себя барьером. Очередная пуля отрикашетила в землю, Вольконт, обойдя нашего учителя, зашел ко мне со стороны леса. Выхватив из ножен шпагу, он атаковал, я отбивался от него кинжалом, ударил магией, отбросил.
 
Янко же столкнулся с четырехруким Шоном в ближнем бою. Кругом доносились грохот от магии Ридли, гул, крики, ругань бандитов, лязг железа, пахло порохом, дымом, пылью.
Описывая свои ощущения от битвы могу сказать, что это совершенно иное состояние сознания, полностью отличное от привычного, когда ты находишься в спокойствии. Внутри просыпается азарт, словно зажигается огонек первобытного зверя и ты уже полностью переключаешься на сражение, движения тела, удары, увороты приносят наслаждение. Я бы мог поспорить, что даже мое лицо изменилось в тот момент.
Я уклонялся и наносил удар за ударом, использовал магию, чтобы усилить их, пытался отбросить Вольконта, поджечь, но тот обращался с оружием умело и под магические атаки не попадал. Я уже не мог следить за тем, что происходит вокруг, так как всецело сосредоточился на собственном поединке. Мы кружились в своеобразном танце несколько минут, пока на помощь мне неожиданно не пришел Криол. Вольконт заметил, как блеснула его шпага, увернулся, и в тот момент я смог ударить солдата в грудь, усиленный магией. Мой противник отлетел на два метра в сторону.
— Какого черта!? — заорал он, изменившись в лице. — Проклятье! Вы знали!
— Михаил, помогите вашим друзьям, я справлюсь! — закричал Криол, вступая в схватку с солдатом.
Я поспешил к Янко, которому приходилось нелегко. Шон размахивал огромной секирой, в то время как нижняя пара его рук заряжала арбалет меньших размеров. Предприняв атаку, Шон отскакивал и разряжал арбалет. Двигался иномирец быстро и профессионально, не делая лишних движений, словно машина. Я напал внезапно, выпустив в него несколько стальных игл, но лишь одна попала в цель, оборвав тетиву его арбалета. Шон остановился, заняв оборонительную позицию, мы же с Янко принялись забрасывать его огненными шарами и нашими иглами, так как более эффективных заклинаний у нас сейчас не было.
Шон отбивал наши снаряды и мастерски уворачивался, медленно наступая.
— Янко, захват! — крикнул я.
Вместе мы смогли поймать нашего противника магией, подняв над землей, мы хотели бросить его оземь, но перед нами мгновенно объявился Кашка. Громко вопя и улюлюкая, он метнул в нас пару шариков. Янко успел поставить барьер и остался на месте, а вот я не успел, отчего меня отбросило ударной волной и обожгло пламенем. Поднимаясь, я увидел, как Янко собирает мощный огненный шар, целясь в подрывника. Тот бы успел снова скрыться, если бы я не захватил его заклинанием.
Однако Кашке не суждено было получить этот снаряд, который, возможно, убил бы его. Шон встал перед ним и попытался отразить атаку своим топором, но не успел. Огненный шар магии ударил его с огромной силой, нанеся опаснейшие ожоги. Шон был повержен и не мог больше сражаться. Кашка, с ужасом в маленьких глазках и громким воплем подскочил к нему, обхватил своими огромными руками и, надрываясь, стал оттаскивать его, пытаясь сбежать. Янко стал собирать еще один шар для контрольного удара, но тут я остановил его.
— Нет времени! — крикнул я, держа друга за руку. — Лучше поможем остальным. Нет смысла их добивать, они уже побеждены.
Янко послушался, но на его лице читалось явное неодобрение. Я знаю, что он хотел до конца добить противника, потому и остановил, но больше оттого поступил я так, что, к своему стыду признаюсь, мне стало жаль их. Возможно, я слишком мягкосердечен, раз позволил уйти разбойникам, но нападать на них в такой ситуации казалось к тому же бесчестно, когда они не могли сопротивляться. Несмотря на все, я считаю, что поступил правильно.
 
К тому времени, как мы расправились с арбалетчиком, Эрик и священник все фехтовали между собой. Последний должен был побеждать, держа в руках более длинное колюще-режущее оружие, но он явно не был достаточно умелым в этом искусстве, тогда как Эрик своей булавой управлял замечательно. Когда же на помощь пришел Янко, противник стал отступать.