Другой Шинигами (СИ)

Четыре атаки духовной энергией сорвались от нас в сторону нити. В ту же секунду во внешнем мире три луча врезались в нить, ровно в тот момент, когда и наши атаки. В одно мгновение нить напряглась, раскалилась, еще сильнее разрывая пространство, а потом… лопнула.
Пруньк!
С высоким звуком нить лопнула. Секунду ничего не происходило, а потом все нити начали хаотически двигаться, выбрасывая духовную энергию во все стороны. Энергии, которую они выбросили, могло бы быть достаточно, чтобы наполнить целый океан. Белые духовные частицы были словно снег в холодную пору года, осыпая белый песок Хуэко Мундо. Лунный свет отражался от этих духовных частиц, превращаясь в небольшие радуги кроваво-красного оттенка.
Духовные частицы из внешнего мира рванули в Хуэко Мундо, словно вода в пустую лакуну. На секунду прозвучал шум, а потом несколько десятков невидимых взрывов от столкновения духовных частиц, которые двигались с разных сторон. Нам пришлось присесть, потому что было ощущение, словно мы захлебываемся от всех этих потоков.
Через несколько десятков секунд духовные частицы начали успокаиваться и сходить на нет, и мы поднялись. Мой шикай развеялся, и я вернулся обратно в свою нормальную форму. Через несколько секунд около нас появились Микото, Нелл и ещё одна неизвестная, но привлекательная арранкарка.
— Привет, — кивнул я Микото. — Давно не виделись.
— Да, — хмыкнула она. — Почти полчаса. Что тут у вас случилось?
— Айзен со своими подчинёнными отправился в Мир Живых, — ответил я ей. — Так что нам нужно туда попасть, и как можно скорее.
— Нам нужно немного отдохнуть, — проговорила Микото с сожалением. — Минут десять, прежде чем кто-то из нас сможет открыть проход в Мир Живых.
— Хорошо, — выдохнул я на это и просто уселся на песок. Кенпачи тоже уселся на песок и воткнул свой клинок в землю, чтобы потом на него опереться. Айса подошла ко мне и уселась на колени, готовая исполнить любой приказ. Никто на это никак не отреагировал.
Бьякуя же просто остался стоять. За несколько десятков секунд около нас появилась Ячиру, которая вообще все это время сидела и скрывалась за спиной у Зараки. И только один раз я с ней перекинулся несколькими словами.
— Как зовут вашу подругу? — поинтересовался я.
— Её зовут Тиа Харрибел, — ответила Микото, кивая в сторону привлекательной арранкарши.
Тиа Харрибел была поистине величественной фигурой. Её светлые волосы небрежно спадали короткими прядями, обрамляя лицо с резкими, но в то же время утончёнными чертами. Жёлтые глаза смотрели хладнокровно и решительно.
Верхняя половина тела Харрибел была полностью обнажена, дерзко демонстрируя её соблазнительные формы. Смуглая кожа оливкового оттенка безупречно обтягивала изящные изгибы фигуры, подчёркивая каждый изгиб и впадину.
Высокая грудь с напряженными пиками вздернутых сосков лишь частично прикрывалась коротким плащом, наброшенным на плечи. Легкая ткань небрежно ниспадала, то обнажая, то вновь скрывая манящие изгибы, будоража воображение. С каждым вдохом грудь Харрибел вздымалась, отбрасывая складки плаща в стороны в призывном танце.
Ниже начинался живот, плоский и подтянутый, по которому шла дорожка из твердых кубиков пресса, уходящая под белоснежную ткань хакама. Легкая материя облегала бедра, развеваясь при каждом едва уловимом движении. Каждый шаг арранкарши будто обнажал ее ноги до самых сочных изгибов, лишь на мгновение давая взгляду утонуть в соблазнительных изгибах.
 
По центру груди тянулась вертикальная полоса её маски Пустого — единственный намек на её истинную сущность. Загадочный орнамент, напоминающий стилизованную челюсть, придавал облику Харрибел хищный, почти звериный вид.
— Рад познакомиться, — сказал я Пустой.
Тиа только кивнула в ответ, но не стала ничего говорить. Было видно, что она не ощущает себя особенно комфортно в такой ситуации, потому что ещё ни разу не была в компании с шинигами. Ну, это и понятно, но так как мы не собирались на неё нападать и даже не высказывали никаких агрессивных мыслей в её сторону, то она начала медленно успокаиваться. Уверен, внутри она всё равно готова защищаться, если кто-то из нас подумает на неё напасть.
— Ну что, капитан Куроцучи? — обратился я к Маюри. — Как там твои исследования?
— Могло быть хуже, — ответил он, потер свой подбородок, снимая немного своего белого покрытия на лице. — Но мне ещё нужно изучить материалы местного ученого. Так что я с вами возвращаться в Мир Живых не буду. Для меня это не интересно.
А ещё, он забыл добавить, что для него это может быть немного опасно. Все дело в том, что он точно не сможет справиться именно с боевиками Айзена. Они могут оказаться сильнее его, и если он столкнётся в бою с некоторыми монстрами, то его будет ждать смерть. Нет, он понятное дело, является капитаном с капитанскими навыками и силами, но это не значит, что он становится непобедимым. Не существует непобедимых.
— Хорошо, — принял я такой ответ. — Тебе нужно сопровождение?
— Да нет, — махнул он рукой. — Я вернусь в Общество Душ сам. У меня есть для этого некоторые методы.
— О-о-о, — протянул я, уже чуть более заинтересованно. — Можешь рассказать, пока мы ждём восстановления сил наших союзниц?
— Потом, — покачал он головой.
— Ладно, — хмыкнул я на это. — Ловлю тебя на слове.
После этого Маюри быстро развернулся и пропал, уже в другом направлении. В это время Микото поднялась и потянулась, демонстрируя свою восхитительную фигуру.
— Так, думаю, мы готовы открыть проход, — сказала она. — Вы готовы?
— Готовы, — ответил я, дождавшись кивков от Бьякуи и Зараки. Айса была готова и так, но я дождался ее утвердительного кивка.
— Прекрасно, — кивнула арранкарка, которая считает себя моей дочерью.
  
Глава 103
 
Медленное раскрывание прохода в Мир Живых как будто разрезало саму ткань бытия, образуя уникальную структуру, напоминающую белоснежную складку в пространстве. Этот портал, уникальное явление без аналогов в известных анналах, с его пульсирующими краями, напоминало живое существо. Айзен с его арранкарами, элитой новой Эспады, вступили в Мир Живых как властители судеб, предвещая лишь бурю и разрушение. Под их стопами раскинулась Карракура — город, неведомый о надвигающейся угрозе. На миг воздух сгустился, как будто сам город затаил дыхание в предвкушении надвигающегося хаоса.
И вдруг, как по невидимому сигналу, от Айзена, предателя Готей 13, бывшего капитана Пятого отряда, разразилась огромная волна духовной силы. Её могущество казалось безграничным, способным смести все на своем пути и освободить души в хаосе. Но ей встретилась другая, не менее мощная духовная сила, столкнувшаяся с волной Айзена с огненной яростью, вынудив её отступить.
— Хм, — произнес Айзен, его голос звучал спокойно, но пронизан был ледяной решимостью.