Другой Шинигами (СИ)

Мы начали подниматься по ступеням наверх. И в этот момент я ощутил, как Абарай столкнулся со своим капитаном Кучики Бьякуей. Сражение между ними было быстрым. Ренджи продемонстрировал Кучики свой банкай. Тот в ответ применил против него несколько кидо, а после и сам активировал свой банкай. Ну что ж… вчерашний день закончился на активации шикай от шинигами капитанского уровня. Сегодня… банкаи. Что будет дальше?
В общем, Ренджи проиграл… снова. И если ничего не сделать, то он теперь точно истечет кровью. Зараки же столкнулся с капитаном Десятого Отряда и его подчиненными. Хитсугая продолжает шляться у здания Совета 46, наверное, проигнорировав приказ своего капитана. Что же он там ищет, интересно мне.
Мы поднялись на вершину холма и направились к нескольким другим капитанам, которые наконец-то были здесь. Здесь были Главнокомандующий, Сой Фон, Унохана, Ичимару Гин и Кьераку. Теперь присоединились и мы.
— Тсс, — процедила Сой Фон. — Никакой дисциплины. Где капитаны Шестого, Десятого, Одиннадцатого и Тринадцатого отрядов?
— Да могут еще прийти, — пожал я плечами. — Ну и что.
— Надеюсь, — выдохнула капитан Второго Отряда.
Главнокомандующий постучал по земле палкой, призывая к молчанию. Мы и замолчали.
Медленно на гору начала подниматься Рукия. Она была одета в серую тюремную одежду, ноги были босые. На ее шее был ошейник, который держали несколько сопровождающих. Когда она уже поднималась на помост, появился Бьякуя, который полностью проигнорировал свою приемную сестру. Неприятно все это… На его хаори были следы крови, но не его.
— Преступница, — обратился главнокомандующий. — У тебя есть право на последнее желание.
— Пожалуйста, когда все это закончится… — начала немного слабым голосом Рукия. — Отпустите всех вторженцев.
— Хорошо, — кивнул Генрюсай. — Завтра утром все они будут отправлены в Мир Живых.
Рукии стоило бы немного подумать над своим запросом, потому что отправка в Мир Живых не значит, что они вернутся одним куском. Но она этого не понимала и только расслабленно улыбнулась. Кажется, Рукия уже смирилась со своей ситуацией.
— Начинайте распечатывание Соукьёку, — приказал Генрюсай Ямамото.
Духовная энергия вырвалась и вспыхнула вокруг. Несколько толстых канатов артефактов разлетелись во все стороны, вонзаясь в землю. Сила занпакто стала ощущаться среди духовных частиц, но она еще полностью не проявилась в реальном мире. Я немного напрягся, готовясь провернуть свой трюк.
Рукия посмотрела в сторону Бьякуи и тихо проговорила:
— Спасибо, брат мой.
Бьякуя же не поднял на нее свой взгляд. Могло бы показаться, что ему все равно. Но внутри… Кучики ощущал грусть. Все-таки он не каменный истукан, чтобы вообще ничего по этому поводу не испытывать.
Помост вспыхнул тяжелой духовной энергией, и с него вылетело несколько кубов, которые захватили руки Рукии. Кубы развели их в стороны и стали поднимать. Ее голые ступни оторвались от помоста, когда она стала медленно возноситься. Она медленно поднялась почти до самой перекладины помоста, уже приготовившись к казни. Ну что же… именно сейчас должно что-то произойти. Ну же! Давайте. Куросаки, Йоруичи, Айзен, Ичимару Гин, покажите нам все свои планы и действия.
Копье вспыхнуло духовной силой и стало подниматься в воздух. Огненные потоки закрутились вокруг, скрывая его от всех наших взглядов. Через мгновение проснулся страшный и старый разум. Раскрылись огненные крылья, проявился огненный клюв и белые от температуры глаза. Это был феникс… занпакто в форме феникса, если быть точнее. Удивительно, если честно. Даже не знаю, получится ли мне его утащить в свой внутренний мир.
 
Присмотревшись к Рукии и прислушавшись к ее эмоциям, можно было понять… Она отпустила все. У нее не было ни боли, ни печали, ни сожаления. Если бы это был конец ее истории, то его можно было бы назвать достойным. Но это не конец, потому что я уже ощущаю Куросаки, который мчится к нам со скоростью быстрого такого самолета. Где-то там к нам спешит капитан Укитаке со странной модификацией своей духовной силы. Еще не конец.
Феникс Соукьеку вспыхнул огнем и рванул своим клювом вперед. Я успел погрузиться в свой внутренний мир и стал ожидать. Мгновение — и Куросаки появляется на пути клюва. Его занпакто принимает на себя всю мощь удара. На какую-то тютельку он выдержал. Если бы не несколько десятков артефактов, которые сгорели после использования, то он бы оказался в большой заднице.
Соукьеку отвернулся, а затем попытался зайти на второй круг, уже набирая скорость. В следующее мгновение на холм запрыгнул Укитаке, который использовал уже свой странный артефакт. Так… мне нужно еще ждать… нужно еще ждать подходящего момента.
Кьераку прыгнул к Укитаке и добавил своей духовной энергии артефакту. Тот выстрелил еще одной нитью. Мне показалось, или Генрюсай впервые за несколько десятков лет в действительности широко раскрыл глаза. Удивительно. Два капитана, бывших ученика Главнокомандующего, возили свои занпакто в артефакт, и разрушительная духовная энергия пошла по ним.
Так… концентрируемся и ждем. Ждем еще. Ждем… Ждем… Духовная энергия почти добралась до шеи. В последний момент я выпустил свои духовные руки и захватил занпакто, а после резко и жестко впихнул его в свой внутренний мир. Там вспыхнул мощнейший огонь, который я быстро начал изолировать. Сражение мгновенно стало невероятно трудным, потому что Соукьеку пытался захватить власть и разрушить мой внутренний мир. Я же не собирался сдаваться так просто и поэтому без всяких затей бил его своими самыми разрушительными техниками и кидо. Медленно у меня все получалось, потому что… мне стала помогать та странная энергия, которую я никак не мог взять нормально под контроль. Цепи с мордами появились во внутреннем пространстве и рванули на феникса.
Сам же феникс кричал и ревел от боли, пытаясь вырваться. Но все мои действия были направлены на его подавление. Цели открыли свои пасти и стали пожирать его, капельку огня за другой. Могущественная духовная энергия стала вливаться в меня словно горный водопад. Ее было настолько много, что я едва ли не стал захлебываться от ее количества и качества. Все это очень сильно влияло на меня, модифицируя мой шикай и банкай. Это было понятно сразу же. В дополнение к этому под кожей было ощущение миллиарда мошек, которые копошились и собирались что-то сделать.
Огонь медленно стал сходить на нет, а цепи все продолжали поглощать. Они последние несколько десятилетий все время были на голодном пайке и не получали ничего, что могло бы хоть немного насытить их. И вот сейчас для них наступил пир, который нужно было закончить с опустошенным столом.
Через несколько минут в моем внутреннем мире феникс пропал. От него даже костей не осталось. Цепи снова растворились, довольные, отрыгивая и икая.
Я открыл глаза и заметил, что эшафот уже разрушен. Куросаки Ичиго, а его узнать можно было по рыжим волосам, черной одежде шинигами с несколькими артефактами и очень большим занпакто, держал Рукию и смотрел на нас. Хотя мне кажется, что большая часть его внимания была обращена к Кучики.