Последний Архимаг-Император (СИ)
— Аха-ха, вы серьезно? А как же чувства, душа, и все то, о чем вы пели недавно? — повел бровью я, разглядывая девчонок.
— Обманщицы! Вы вели себя иначе, а теперь стали говорить, как простолюдинки⁈ — воскликнул удивлённый Сергей и тоже поднялся с места.
Атмосфера начала накаляться. Девушки кивнули друг другу и посмотрели куда-то в сторону. Туда же уставился официант, скорей всего, дав условный сигнал.
— Вам конец! Я никому не позволю себя обманывать! Я наследник рода Пушкиных, а не олух, — продолжил орать Сергей, но внезапно замолк.
Откуда ни возьмись, в зале появились несколько мужиков, одетые как классические бандиты: кожаные куртки, золотые цепочки на шеях, пиджаки и черные водолазки.
Я почувствовал магическую ауру; кажется, амбалы вооружены артефактами. Кроме того, у них есть простое оружие — ножи с пистолетами. Кривые рожи бандитов выражают надменное превосходство. Наверняка амбалы считают, что раскатают нас за секунду, если это понадобится.
— Простите, ребят, это наша работа, — тихо сказала Марина, отвернувшись в сторону.
— Расскажешь господину следователю, милая, — усмехнулся я.
— Умм будь у меня сейчас магия, я бы их уничтожил! — взвыл Пушкин, с досадой смотря на браслет.
— Минуточку внимания, господа, — раздался голос официанта. — Между нами вышло небольшое недопонимание. Вы не хотите омрачать вечер себе и дамам, не так ли? Сегодня у всех такое хорошее настроение, да и погода отличная. Мы предлагаем вам покинуть заведение и найти более подходящее место. Разумеется, не говоря лишних слов и не распространяя ложные данные. Если поступите так, мы больше никогда не увидимся. Идите. Ребята проводят вас к выходу.
Угу, ну спасибо! Выставили полными дураками двух благородных господ, так еще предлагают уйти, поджав хвост, и молчать после всего, что случилось.
— А если мы не уйдем? — нервно выпалил Пушкин.
— Погоди! — сказал я. — Мы согласны. Вы правы, не нужно лишних проблем.
— Вот именно, хорошо, что вы все понимаете, юноша, — с ухмылкой проурчал официант.
— Да, но есть небольшое условие. Пусть эти две… красавицы принесут извинения. А ваше помойное заведение заплатит каждому из нас по десять тысяч рублей. И да, если утром вы не свалите из города, можете пенять на себя. Как вам сделка, господа? Думаю, вполне выгодно, — отчеканил я тоном, не терпящим возражений.
Немая сцена. На меня уставились обалдевшие лица с открытыми ртами. Первым пришел в себя официант. Он перекинул в руке блокнот для заказов и тихо сказал:
— Все понятно.
Официант дал отмашку, и амбалы с хищными улыбками поперли на нас. Скорей всего, решили «отделать двух малолеток», чтоб не качали права.
— Снимите браслет! Дайте магию, так нечестно, — заорал Пушкин, дергая ограничитель дара.
— Ну что, сопляк, досвистелся⁈ — прорычал лысый здоровяк, подходя ко мне и грозя магическим артефактом.
В тот момент, его разорвало на куски, и кровавые ошметки покрыли зал, в котором началась страшная паника.
Я вызвал хаос, ага. Этот не тот случай, когда можно целовать врагов во все места, давая долгую фору. К тому же, здоровяк имел ментальный доспех, который его подвел. Все вопросы к поставщику артефактов, я-то причем.
Поток хаоса не только взорвал бандита, но и разнес на куски мебель и повредил стену. Зал превратился в руины: в воздухе повисло облако бетонной пыли, в углу стало что-то гореть.
Не теряя зря времени, убил магией еще одного. Гаденыш хотел в меня выстрелить из пистолета, но я оказался быстрее. Дальше вступил в рукопашную, решив не проливать много крови. Хорошего понемногу.
Пользуясь ловкостью тела, увернулся от удара ножом и сломал увесистый стул о голову здоровяка. Краем глаза заметил, как Пушкин вырубил тяжелой стеклянной пепельницей еще одного ублюдка.
А парень не промах! Его действительно взяли хитростью те двое в поезде. В честной драке он бы их точно побил.
— Ааа, сдохни гнида! — заорал небритый урод, бросаясь на меня с большим тесаком.
Нырок вниз и удар сломанной ножкой стула. Я пробил брюхо очередному бандиту, заставив его изрыгать кровь и кататься по полу в адских муках.
Стоп, амбалов не так уж и много. Не успели разобраться с одними, как другие, вместе с девушками, ушли через черный ход. Наверняка поняли, что не хотят умирать и свалили, чуя опасность. Вот крысы! Но гнаться за ними сейчас не стоит.
Я бросил взгляд на Сергея, который бил ногами официанта, лежащего на полу, что-то ему доказывая.
— Хватит, они свое получили! Идем! — крикнул и направился к выходу.
— А что он со спины лезет? Хотел прикончить меня по-тихому! Кто он вообще после этого? Где его честь, Александр??? — завопил мой товарищ, и оставил скулящую тушку лежать в крови.
— Я бы сказал где, но там надо в рифму. Погнали, пока есть время! — откликнулся я, быстро выбегая на улицу.
Мы проскочили пару дворов, затем сквер, и вышли на другую улицу, как ни в чем не бывало. Немного пришли в себя и слегка отдышались. Потом осмотрелись вокруг, понимая, что летняя ночь все еще продолжается. А мы так и не подняли настроение, потратив силы на битву с мошенниками.
— Может это, в бар какой-то зайти? А то стресс, — осторожно спросил Сергей, скорей всего, опасаясь, что я брошусь в отель после всего, что случилось.
— А вот тут, господин Пушкин, и не поспоришь! — весело бросил в ответ, дав понять, что жизнь продолжается.
Это не мы издевались над людьми, разводя на деньги, обманывая их чувства и опаивая различной дрянью. Нас могли жестоко избить, если не хуже. Пусть оставшиеся в живых разбойники трясутся за свои шкуры. А мы идем отдыхать!
Спустя некоторое время, мы зашли в приличное заведение для дворян, где была прекрасная атмосфера, приветливый персонал и, скорей всего, недурственное пиво.
Мы заняли столик в углу и сделали заказ, рассматривая картины с сюжетами охоты и чучела животных на стенах.
В какой-то момент, я посмотрел на Пушкина, решив показать забавную голову кабана. Вдруг заметил, что запястье Сергея — пустое. На нем больше нет браслета, только красная полоса от него.
Как Пушкин снял ограничитель магии, который, по идее, снять невозможно? И почему мое предчувствие бьет тревогу, будто это все не к добру?
Глава 17
Взбесить Пушкина — себе дороже
— Не стоит беспокоиться, друг. Я вечно все теряю да ломаю. Говорят, это аура такая у меня, нестабильная. Подумаешь, браслет поломался! Его и так завтра должны были снять. Пусть наказывают, если хотят, мне плевать, — успокаивал меня Пушкин, попивая пиво из увесистой стеклянной кружки.
Я ел жирную копченую рыбу с приятным ароматом дымка и смотрел на парня, не зная, как реагировать. Это, как если бы заключённого заковали в наручники, а он бы их случайно сломал. Странный этот Пушкин какой-то.
— Я не спорю. Но такие штуки обычно делают крепкими. Они должны сдерживать магию, а не ломаться в простой заварушке, — задумчиво сказал я.
— У меня необычный дар, я уже говорил, — повысил голос Сергей. — Браслет напитался магией и разрушился! Может брак на заводе, или что-то ещё. Зачем ломать голову по пустякам?
Я ничего не сказал, выпив немного и понимая, что расслабляться все еще слишком рано. Сегодняшний вечер пошел не по плану, это надо признать. Он может преподнести нам другие сюрпризы. Так часто бывает, когда одно цепляется за другое.
— Хватит хмуриться, Александр! Хорошо же сидим, отдыхаем, — вдруг сказал Пушкин веселым голосом. Да, кажется, мы с ним поменялись местами. Теперь я выступаю в роли угрюмого зануды, который всем недоволен. — Нас ждут два года обучения, если не больше. Еще успеешь напрячься. — Добавил он, слегка погрустнев.
— Два года? — переспросил я, откусив хлеба. Слишком большая цифра, в мои планы не входит тратить столько времени на сидение за партой.
— Ну, пока подмастерьями будем, потом только учениками. Сам знаешь, стать Ратником — дело не быстрое, — рассудил парень, глядя куда-то в стену.