Детективное агентство "Штык" 2 (СИ)

— Как ты, моя принцесса! - пропел Перлор.
Оставив их флиртовать и подкалывать друг друга, Кабанкин переключился на то, чем следовало заняться сразу. Осмотр места происшествия, сканирование и расспросы свидетелей.
Сухопутные методы тут не сработали, плавающие не оставляли следов - кроме кругов, очевидно - а частички их тел давно уже утащило волнами куда-то. Королева Идимнэ выделила им в помощь своего советника, Вурсала и тот привел местного рыбака - пастуха, и не одного.
  
— Вечером все было спокойно, - рассказывал пожилой русал размеренно, словно волны, накатывающие на берег, - и водоросли все были на месте, рыба вела себя прилично, а затем ночью!
— Что ночью? - нахмурился Иван.
— Явилось подводное чудище, вот!
— Чудище? Магикал? Рыба-мутант?
— Разве это не одно и то же? - вдруг спросил Вурсал.
— Нет, - авторитетно заявила подплывшая Олеся. - Коротко говоря, вот вы или мой Пеерлорр - мутанты, с устойчивой мутацией, вызванной концом света, если не вдаваться в детали. Вы изначально были разумны, так как превращались из людей и часть из вас умеет колдовать. Магикал же — это зверь, рыба или птица, которая в первую очередь была зверем, рыбой или птицей, или еще кем-то, и который стал разумен уже потом, после становления магикалом, то есть созданием, умеющим колдовать. Магия их зачастую стихийна, связана с каким-то местом или пожиранием чего-то магического и разум, пополам с умением говорить, зачастую уступает инстинктам и желаниям из прежней, звериной жизни. Как, например, заяц-магикал просто возглавил бы стаю своих сородичей, подавил их страх магией и натравил на волков, затоптал их, чтобы другие зайцы могли счастливо размножаться. При этом заяц-магикал даже не думал о последствиях и что эту размножившуюся орду потом просто истребят, не собирался договариваться с людьми и магами, и сосуществовать с ними, просто поддался своим инстинктам размножаться и вкусно есть.
Вурсал пробормотал что-то неразборчивое и одобрительное. Перлор рядом с Олесей кивал с горделивым видом.
— И? - спросил Кабанкин.
— Магия там не применялась, - пожала плечами Олеся, - или применялась умеренно, и ее успело смыть прочь. Я знаю наперечет всех магических рыб такого размера и ни одна из них не стала бы есть водоросли, тем более такими ровными кругами.
— Возможно, это новый мутант-магикал, - добавил задумчиво Вурсал. - Пенное море постоянно порождает их.
— Возможно, - неожиданно покладисто согласилась Олеся, - я давно уже не читала свежих справочников по магикалам, особенно морским. Пер?
— Мы с таким не сталкивались, - покачал головой Перлор. - Но меня трудно назвать экспертом, хоть я и мутант с жабрами.
Чистые, вдруг понял Кабанкин. Не только постепенно давили общину мутантов, но и чистили моря вокруг, а стало быть, убивали всех этих чудовищ. Могло одно из них приплыть сюда? Вполне могло.
— И все же, что это за чудище такое? - спросил вслух Кабанкин. - Что выедает водоросли кругами?
— Оно было огромным! - вдруг затрясся пожилой русал. - Глаза его сверкали в ночи, а рот издавал пугающие звуки!
— Какие?
Чешуйчатое лицо пожилого русала стало словно пустым, а глаза наполовину закрылись. Тело тряслось от страха, а Кабанкин тихо вздохнул. Еще одна разница - суши и моря - помимо неработающих сканеров, заключалась в том, что видимость тут была серьезно ограничена. Соседи, скорее всего ничего не видели, может ощущали колебания воды, но не факт, и эти самые колебания могли быть вызваны разными причинами. Звуки под водой вроде бы распространялись хорошо, но в конечном итоге все упиралось в ненадежные показания не вызывающих доверия свидетелей.
Неудивительно, что подданные Идимнэ были напуганы, а поймать оставляющих круги не удалось.
— Пугающие, - ответил тот, словно сомнамбула. - Я испугался и спрятался, а утром обнаружил, что чудище съело водоросли и часть моего рыбного косяка.
— Рыбу тоже? - изумился Кабанкин.
— Или они сами уплыли, - добавил русал. - Звуки были очень пугающие, а рыба у меня совсем еще молодая и дурная.
Как ни бился Иван, но так и не добился от русала конкретики звуков, кроме того, что они были «пугающие».
Затем Вурсал привел соседку пожилого русала - русалку, которая тоже выращивала водоросли, просто в другой части отмели, но вместо рыбы занималась "мясными ракушками", помесью устриц и раков-отшельников, разрастающихся в нечто съедобное внутри огромной раковины.
— Я выращиваю другие водоросли, вы же знаете, что мы не только едим водоросли, но и используем их для плетения канатов и веревок, и ожерелий, и бус, и даже иногда одежды?
— Нет, не знаю, - покачал головой Кабанкин.
Одежда под водой практически отсутствовала, просто не требовалась, но взамен нее русалы и русалки украшали собственную чешую, вешали всякие знаки и да, бывало, носили пояса из водорослей, с каким-то украшениями.
— Так вот, они даже не съедобны!
— Кстати, у нас это было одно время очень модно, - вдруг вылез Перлор. – В смысле, носить бусы из съедобных водорослей, а потом съедать их.
— А потом? Съели все водоросли? – спросил Ахмат.
— Одного из наших то ли поймали, благодаря этим водорослям, на крючок, то ли зацепился за винт, ну и в общем, погиб на месте. Мы, конечно, отомстили, проломили этим пиратам днище, да взяли на подводный абордаж, но мода на съедобные бусы как-то вдруг закончилась.
Иван только покачал головой. Община мутантов-амфибий, способных, как жить под водой, так и выходить на сушу, в отличие от тех же русалов. Должно быть нечто странное, но в то же время, Перлор выглядел вполне нормальным и вменяемым.
— Чудище было очень страшным! – продолжила русалка.
— Как оно выглядело?
Но старания Кабанкина опять пропали даром, русалка была уверена, что чудище пугало, но не выдавала конкретики.
— Давайте я ей память освежу магией, - зевнула Олеся.
— Нет! – русалка заверещала в ультразвуковом диапазоне, правда быстро заткнулась после окрика Вурсала.
— Я только выглянула, а оно как набросилось и давай грызть мой дом! – неохотно поведала русалка после еще одного понукания советника королевы Идимнэ. – К счастью, потом бросило, видимо поняло, что несъедобный! Но я не видела, как оно выглядело! Страшное!
Противоречие собственных слов русалкой не осознавалось, похоже. Она возмущалась и била хвостом, вздымая небольшие фонтанчики ила. Дом ее оказался типичной пещерой в камнях, еще одна особенность подводных жителей. Они почти не строили дома, насколько знал Кабанкин, предпочитая занимать какие-то готовые вещи, вроде углублений в подводных камнях. Соответственно, никаких окон или дверей, которые можно было бы закрыть на замок.
Да и сами углубления или пещеры, или еще что, скорее всего, требовались для того, чтобы вещи и припасы не уносило волнами. Хотя, чем глубже в воду, тем меньше ощущались волны наверху, но возможно существовали какие-то течения? Иван списал бы все это на традиции, идущие с времен, когда русалы прятались от акул и прочих хищных рыб, но история подводных жителей началась, практически буквально, вместе с Судным Днем.
— Погодите, но ведь и остальные украденные водоросли получается были несъедобными, так?
— Чего вы хотели от чудища? - пожала плечами русалка. - Мозгов?
Глаза ее казались выпученными, но это были лишь особенности физиологии. Кабанкин пару раз сталкивался с подобными, обитателями темных подземелий под Руинами, как обычно называли все города Прежних, где еще можно было чем-то поживиться.
— Будь оно безмозглым, то просто съело бы все подряд, - ответил Кабанкин.
— Тогда мне проще было бы самой на трезубец броситься! - гневно заявила русалка. – Мы обязаны…
— Королева Идимнэ в курсе происходящего и не будет требовать своей доли со съеденного чудищем, - заверил ее Вурсал. - Надо лишь найти его и поймать или покарать.
Магия и власть русалок отгоняли прочих диких обитателей Пенного моря, но это не означало, что запрет абсолютен. Русалка опять затряслась от страха и тот некоторое время боролся с испугом перед Вурсалом, советником королевы. В конечном итоге страх перед чудищем победил, и русалка скрылась внутри дома, разве что дверью не хлопнула за отсутствием таково.