Призрачный отель II. Куклы Маэстро (СИ)

— Олег, нет времени объяснять, ты мудак, и руки у тебя из жопы, — сказал я, войдя в магазин. — Привет, Никита.
— Пошёл нахрен, — отозвался Олег, симулирующий бурную деятельность за стойкой с аквариумами.
Поздоровались. После чего я подошёл к витрине и нагрёб препаратов.
Так, это — для подготовки воды, это — чтобы микрофлору восстановить. Вот эту хрень буду каждую неделю подливать, чтобы меньше неожиданностей. О, вот хорошая штука от зелени. Препарат изумительный, но опасный. Потому что многие клиенты, видя, что аквариум остаётся чистым, начинают избегать обслуживаний. Чего зря деньги тратить, если и так всё хорошо.
  
Я бахнул на ресепшн всё выбранное и взял свою книжку для записи увезённых к клиентам товаров.
— Это куда? — поднялся из-за компьютера Никита.
— У меня один клиент, — напомнил я.
И начался бой за каждую бутылочку. Бой яростный и страшный. И ядрам пролетать мешала гора кровавых тел.
С точки зрения Никиты, товар, который увозится сотрудником из магазина, приравнивается к потерям фирмы. Логику в его рассуждениях я пытался найти, однажды даже вроде бы нащупал что-то, но в итоге сорвался и плюнул.
— Никит, по договору я предоставляю клиенту все необходимые препараты. Ты сто двадцать косарей в месяц с него имеешь. А я тут набрал — на пятёрку.
— И что? Это что, всё необходимое? Вот это тебе зачем? — Никита потряс коробочкой со средством от зелени. — Чтобы не работать? Бери за наличные тогда!
— Хорошо, — кивнул я. — Давай зарплату.
— Что? В смысле?
— За прошлый месяц у меня двадцатка висит. — Я постучал пальцами по стойке. — Давай, и я куплю препарат за свои.
Последовала безобразная сцена, в ходе которой я опять оказался сволочью и негодяем. Под градом осуждения спокойно вписал в тетрадку всё на отель «Мегасфера», собрал препараты в пакет и удалился, пожелав фирме процветания.
Господи, как я уже отвык-то от всего этого идиотизма… А ведь еще даже месяца не прошло. Стоит только заняться чем-то настоящим, как уже кажется, будто всю жизнь в этом варишься.
Впрочем, мастерство не пропьёшь. Никита — он… Он — да. Когда ему кажется, что его обкрадывают, он вопреки здравому смыслу будет отбиваться от каждой копейки, которую пытаются сунуть ему в карман. А вот когда его правда обкрадывают, улыбается и машет — мол, это так и задумано, это необходимые для развития бизнеса инвестиции.
Неудивительно, что Даниил Петрович с ним толком даже говорить не стал. Реальные воротилы бизнеса таких, как Никита, раскусывают на подлёте. А Даниил Петрович — реальный воротила. Денис мне насплетничал, что «Мегасфера» — не основной его бизнес. Что называется, для души.
Нравится человеку у нас в отеле — вот он и сидит тут, а не в бизнес-центре каком-нибудь. А нравится — весьма вероятно, из-за нашей, как выражается Даниил Петрович, гоп-компании. Забавные мы ребята, что ни говори. И окружение у нас забавное. Тамада хороший, конкурсы интересные…
Закончив с аквариумом и нафаршировав его под завязку всеми необходимыми препаратами, я с чувством глубокого удовлетворения посмотрел на результат трудов своих. Даниил Петрович, стоя рядом, тоже смотрел на мутноватую после чистки воду с довольным видом.
— Спасибо, — протянул он мне руку. — Я сперва думал, ты волну гонишь, что разбираешься. Такой же мастер, как этот твой. Который до тебя тут был.
— Это вы, наверное, из-за дредов так думали, — я пожал руку. — Ничего. Некоторые из-за них вообще думают, что я Дэцла слушаю. И то пережил…
И тут у меня в голове что-то щёлкнуло.
— Даниил Петрович! А вы случайно билеты на концерт достать не можете?
— Какой концерт? — изумился Даниил Петрович.
Я объяснил. Даниил Петрович похмыкал, подошёл к столу и что-то записал в ежедневник.
— Достанем, раз надо.
— Серьёзно?
— Так. Я сказал?
— Понял, молчу. Ухожу.
* * *
Маэстро был в бешенстве.
— Три десятка! — грохотал он. — Вас было три десятка — против четверых видящих! Один из которых едва успел проснуться.
— Этот новый видящий имеет власть над пустышками, — попробовал пискнуть пожиратель.
После схватки с видящими их осталось трое. Потрёпанные, измотанные, они стояли перед Маэстро на крыше дома-коммуны. Маэстро кипел от ярости.
— Он проснулся меньше месяца назад! Толком даже не осознал своей власти! Среди четверых был самым слабым! Но вы позволили уйти даже ему. И упустили куклу. Мою куклу! Вы снова её упустили. И мне придётся всё начинать заново.
Пожиратели замерли. Они помнили кару, постигшую того, кто в прошлый раз упустил «куклу».
— Маэстро! Пощади!
Тот, что стоял ближе всех к Маэстро, не выдержал первым. Повалился на колени.
Не потому, что надеялся на пощаду. Просто стоять и ждать было невыносимо. Пожиратели ненавидели ожидание. Их пугала неизвестность. Они жили в моменте, здесь и сейчас.
Маэстро прошёлся по крыше, вымещая ярость в ударах трости. Если бы люди в реальном мире могли видеть то, что происходит в призрачном, поразились бы фонтанам искр, бьющим из крыши заброшенного здания.
Люди, впрочем, хоть и не видели призрачного мира, энергетику чувствовали. Кто-то сильнее, кто-то слабее, но «что-то такое» ощущали почти все. Именно из этого росли ноги у «нехороших мест», «проклятых домов» и прочих городских легенд.
Дом-коммуна стоял заброшенным не только из-за отсутствия средств у инвесторов. Интуиция у людей, привыкших ворочать деньгами — один из рабочих инструментов. Принимая решение, во что вкладывать деньги, знающие люди руководствуются в том числе и ей. А дом-коммуна отпугивал. Его интуитивно обходили стороной.
Маэстро остановился у края крыши, глядя вниз, на распростертый у ног призрачный город.
Видящие увели у него из-под носа двух кукол. И если провал с первой куклой ещё можно было списать на случайность, неудачное стечение обстоятельств: внезапно проснулся новый видящий, девчонка сама его разыскала. Там, где теоретически никаких видящих не должно было быть. Потому и пожиратели особо не спешили, знали, что кукла никуда не денется. Они появились слишком поздно, и вот результат; то второй случай заставлял задуматься уже всерьёз.
Вторую жертву он спрятал лично, в своём собственном убежище. И снова — этот сопляк! Сначала разнюхал, где находится кукла, притащил туда видящих. Ему стоило немалых сил подчинить себе старого дуболома Кондратия, а потом пацана — его помощника. Был уверен, что основные помехи устранены, дальше — дело техники… Как бы не так.
Новичок его раскусил. Натравил на него пустышек. Так же, как сделал потом, при обмене. Хотя он-то думал, что теперь, захватив Кондратия, получил все козыри! Но пацан снова его переиграл. И добыча, которую уже считал своей, вознеслась прямо у него на глазах.
А теперь видящие увели вторую его куклу. Ту, что выбрал он сам! Отобрал из многих! Его истинную, законную добычу!
Маэстро стоял на краю крыши. У самого края, на бортике, покачиваясь с носков на пятки. Это было приятно — чувствовать свою неуязвимость. Балансировать вот так — зная, что ничем не рискуешь.
Мальчишка тоже это поймёт. В нём есть азарт, есть дерзость. То, что он до сих пор не переметнулся на сторону Маэстро — всего лишь вопрос времени. Если, конечно, у мальчишки будет время.
В этот раз видящие разозлили его, как никогда прежде. И месть будет страшна. Так, чтобы до каждого из видящих дошло: ему нельзя мешать. Они не смеют трогать его кукол! Это не их добыча. Не для них он старается.
Маэстро обернулся. Трое пожирателей по-прежнему стояли на коленях, протягивая к нему руки.
  
— Пошли вон, — обронил он.
От сладкого предвкушения ярость развеялась. Маэстро улыбнулся.
  
Глава 3
 
После тяжёлого рабочего дня я с чистой совестью завалился спать. И совершенно прекрасно продрых до утра. Никто меня не беспокоил, Даша не приходила, чему я был несказанно рад.