Вернуть Дворянство 4 (СИ)
— Этот костюмчик вас очень молодит! — добавил Безымяныш. — Хорошо, что вы не оставались на второй год пятнадцать раз, а то мне бы пришлось постоянно драться с одноклассниками, защищая вашу честь, тётушка.
Он понял, что болтовня работает, и сбивает её с мысли.
Сатоми Обата уставилась на него, а потом вытянула вперед ладонь, прислушиваясь или призывая что-то внутри себя.
Безымяныш почуял будто его немного дернули за нутро.
— Племянник! — неверяще наклонила она голову.
«Это что? Та самая сила крови, про которую говорил сенсей?», — подумал японец.
— Еще один сын Миуры?
Тут из земли снова ударили черный фонтан. Стихия земли в её случае раскрылась как нефть. Техники напоминали Федькины, с тем лишь отличием, что у него уклон был в резину, а тут такого нет. Сходство сильно облегчало Безымянышу задачу.
Он ветром отбросил тело братца из-под черной щупальцы из нефти, но отвлекся и пропустил выпад со спины. Липкая хваталка дернула его, оправляя в полет, прямиком к родственнице.
Парень попытался вильнуть в воздухе. Но его траекторию поправили еще несколько черных струй, не позволяя уйти с намеченного вектора.
«Безумно точный контроль!» — поразился он перед тем, как упасть в антрацитовое озерцо, которое тут же обернулось шаром, и поднесло его к хозяйке техники.
Электричество использовать было нельзя. Он не знал, как отреагирует нефть на искры. Наудивление Сатоми не выглядела враждебно.
Черная слизь стекла с него вся целиком, не оставшись ни на единой ниточке одежде. Доверившись чутью, решил не атаковать. Безымяныш спокойно предстал пред тетей.
Она взяла его за подбородок заглядывая в глаза, провела пальцами по шрамам. Её расширенные до пределов радужки зрачки, даже чуть-чуть уменьшились, будто таящееся безумие отступило.
— Как тебя зовут?
— Безымяныш, — улыбнулся парень. Он не боялся, хотя понимал, что не справиться с ней сейчас. Нужно готовиться к такому поединку.
— Странное имя.
— Какое дали, — пожал плечами парень. — Оно не окончательное.
Безумие сделало еще шаг назад, ведь требовалось заставить мозги работать, чернота отступила в центр глаза еще на миллиметр.
— Ты точно наших кровей, — задумчиво разглядывая его протянула женщина.
— Я сын Миуры, — кивнул он.
— Занятно.
Парень посмотрел через плечо и разочарованно поджал губы. Сяо уже был в ста метрах, на крыше недостроя. Не добраться.
«Какая же у нее дальность техник?», — удивился Безымяныш.
— Он моя законная добыча, — сказал парень — И за кого ты будешь тётушка?
— Такой милый мальчик, — состроила она заботливую мордашку. Сегодня ты помог мне сдержать приступ своим существованием, — тетушка поцеловала его в лоб, и Безымяныш замер с открытым ртом. Сатоми ласково потрепала его по волосам. — Сколько тебе лет?
— Шестнадцать.
— С меня шестнадцать подарков на день рождения, — Сатоми пошла, а потом остановилась. — Пожалуйста, никогда больше не переходи мне дорогу, в следующий раз я тебя убью вне зависимости от собственного желонения. — с горечью сообщила она.
* * *Я заслушал доклады и когда все кроме Безымяныша и Джи-А вышли влепил ученику по шее. Он улыбаясь потер её, словно знал, что так будет, но потом спохватился и принял серьезное выражение лица.
— Значит, говоришь, она неадекватная, — продолжил я будто ничего и не было. — При этом пробуждает силу крови, что для молодого рода, как Обата очень странно. Пятьсот лет для таких фокусов маловато.
— Пятиста еще даже нет. Четыреста с чем-то, — сказал ученик. — Мне тоже показалось это странным.
— Возможно, она одержима силой, — произнесла Неждана.
Мы стали переглядываться, но, похоже, никто не знал, о чем она.
— Подробнее, — попросила Джи-А.
— Это был один из билетов в экзамене, — начала девушка. — Первые одержимые силой были зафиксированы еще до нашей эры, упоминаются в священны книгах, между прочим.
— А ну точно, — сразу вспомнил я. — Но там конкретики никакой.
— А её и нет, — сказала Неждана. — В средневековье, откуда родом большинство баек, упоминались одержимые.
— Но там все на десять делить надо, как и всю информацию из того периода, — заметил я.
— Да. Ну еще девятнадцатом веке было более-менее зафиксированное упоминание о ребенке-маугли, который тоже таким оказался. И множество противоречивых свидетельств из Африки. А больше особо информации и нет. Только теория.
— Может, мне поговорить с ней? — спросил Безымяныш.
— Еще чего выдумал? — воскликнула Джи-А и повернулась на меня.
Я же пока молчал, не поддержав её возмущение, и всё обдумывал.
Покатав предложение так и эдак, сказал:
— Не исключено, что она даже будучи абсолютно неадекватной, адекватнее Миуры, Изаму и Сяо вместе взятых, так же может быть верным и обратное, что худший из Обата лучше, чем она. Встречаться с ней только с полными силами и с прикрытием. И всем надо передать, чтобы пока её избегали. Пока сам не столкнусь нельзя других подставлять.
Многое мне на это хотела сказать Джи-А, но благоразумно промолчала, и даже согласие изобразила, прикрыв веки. Умничка.
— Итак, сейчас идет готовиться к маскараду. Наведём суету еще и там. Наша задача сделать так, чтобы от противников все отвернулись, чтобы каждый в этом городе подумал, что они обречены. Настолько бесперспективны, что даже под пятьсот процентов им долг давать нельзя, настолько от них смертью разит, что не то, что руку помощи протягивать нельзя, а лучше даже добить бедолаг дабы не мучались. Настолько…
— Мы поняли, — сказала Джи-А. — Есть какие-то предпосылки и информация? — насторожилась она. — Мы должны что-то знать?
— Пока нет, но наши противники давно корни пускали, выдрать легко не выйдет. К тому же, тут свои игроки есть, крупные, которые просто ради веселья могут их всех скопом себе под крыло забрать, дабы показать, это наш город.
— Да. Вероятно, — задумчиво проговорила Джи-А. — Не хотелось бы здесь завязнуть и выводить противостояние на другой уровень.
— Вот именно.
— И какая легенда, — осторожно спросил Безымяныш, что-то заподозрил по моему предвкушающему оскалу.
— Оу. Вам понравится, — ощерился я еще шире.
* * *Лицо светить не планировал. С Заливского взял клятву никому не говорить, кто я. А то, что он меня узнал сомнений не вызывало, не обозначил это при знакомстве, молодец.
И с мэра я тоже добыл запрет о неразглашении. Первый просто так дал, как жест в счет будущих хороших отношений, а вот за услугу главы города еще попахать придется. Впрочем, он тоже не дурак, ничего непосильного не просил. Немного поработать на его репутацию, и всё.
Вечер сплетен, под кодовым названием «Балл-маскарад» проходил в большом дворце графа Владивостокского. Ныне династия прервана, а дом принадлежит городу.
Он напоминал смесь театра и жилого дома. Широкое крыльцо. Широченные же коридоры, двумя полукругами обходящие центральный зал, а уже дальше жилые помещения.
Красные ковровые дорожки, статуи и гаванские хрустальные люстры явно отсылали прямиком в восемнадцатый век.
Встречающих не было, ведь организован он на общие деньги, уставшими от просьб жен аристократами.
На маскараде нашу компашку нельзя было спутать ни с кем. Вместо обычных масок мы надели металлические вогнутые треугольные щитки с дырками для глаз и рта, это были части БШБ, её динамической брони «Шелуха».
Разумеется, мы сразу привлекали внимание. В масках была едва ли половина гостей. Многие просто для вида держали обычные бауты из папье-маше на палочках в руках.
Погружаясь в атмосферу дворца, не мог не вспоминать тот злосчастный вечер, с которого всё началось.
Безымяныш шел с Джи-А. Я с Нежданной.
— Ты как? — словно ощутив моё беспокойство спросила Джи-А.
— Всё хорошо, — тряхнул я головой, отгоняя ненужные сейчас мысли. Неждана покрепче ухватилась за выставленный локоть, как бы обозначая, да я пока не умею читать мысли, но, если что, тоже рядом. Я мягко положил ей руку на ладонь, мол, спасибо.