История трёх судеб. Игра богов (СИ)

Глава 22.
Чуть в стороне от главного входа в замок огородили территорию и полным ходом шли приготовления к казни. Микалис получил полную свободу действий, но если бы в свое время не спас жизнь дочери герцога Кленского, король вовсе не подпустил бы его к делу. Рэндалл не доверял блондину с самой первой встречи, но сейчас он один предложил возможный вариант претворения планов в жизнь. В слова про бога смерти, верилось с трудом, но другого объяснения того, откуда парню столько известно не находилось. На всякий случай, обходя гостя стороной, бастард то и дело поглядывал в окно, следя за ходом работ. Рабочие собрали деревянный помост, возвышавшийся примерно в половину человеческого роста. Сама процедура казни будет проходить как раз на нем, чтобы всем зрителям хорошо стало видно зрелище.
Присутствие в столице армии успокоило людей, но они по-прежнему почти целый день толпились на главной площади. Создавалось впечатление, что у них нет работы, и это злило короля. Выяснить, кто бросил огрызок ему в окно, также не удалось, народ сваливал вину друг на друга и никто в результате так и не сознался, несмотря на меры, что были к ним применены. Царившее затишье казалось лишь передышкой перед более мощным ответом простого народа на коронацию и правление бастарда. Откуда только у не верующих в богов пристрастие к подобным суевериям?
Меряя шагами кабинет, Рэндалл сцепил руки за спиной и погрузился в раздумья. Казнь следовало сделать более зрелищной и красочной, чтобы люди поняли, с кем имеют дело, и раз их король не побоялся пойти против совета, то естественно горожане для него тем более ничего не будут значить. На самом деле парню не хотелось так поступать, но он не видел другого выхода, как привлечь общественность на свою сторону. Против бастарда выступали все низшие слои общества, в то время, как высший свет наоборот сильно поддерживал. Вот только без низов правление долго не протянется. Кто будет собирать урожай, шить одежду и заниматься прочими ремеслами, если люди восстанут против короля? Явно не лорды и их дети, те в жизни ничего такого не делали, и не будут делать.
Охранник спокойно стоял возле дверей, рассматривая ногти на руках. По его виду всегда создавалось неверное впечатление, так как Велиант часто следил за собой, порой даже больше, чем нужно. Глядя на товарища, король почесал однодневную щетину и поморщился. Следует приготовить самого себя к важной процедуре, ведь не может же он просто так спустить все на Микалиса, и сам не появиться на месте казни?
Только Рэндалл хотел что-то сказать, как в дверь постучали, и получив разрешение, вошли. Поклонившись чуть ли не до пола, слуга передал очередное прошение лидера совета о встрече, и замер в ожидании ответа. С момента своего заключения в камеру, Джорах обращался к королю с просьбой об аудиенции по три раза за день, и все никак не мог успокоиться. Что такого важного мужчина собирался ему сказать, раз так настаивал? Да и положено ли столь высокопоставленной персоне, как Агийский лично являться в тюрьму к преступнику? В какой-то мере преступником конечно Флорандин не был, но факт остается фактом, лидер совета сидит за решеткой.
– Я бы на вашем месте сходил. Вдруг он сообщит какие-нибудь важные сведения перед смертью, – раздался как всегда уверенный голос Криста, привлекший к себе внимание короля. Подняв серые глаза на охранника, бастард жестом прогнал слугу из зала и сдвинул брови к переносице.
– Какие сведения он может мне сообщить? Куда могла сбежать Алерия или что боги разгневаются на меня за его казнь? – парень на самом деле не видел причин идти на встречу с Джорахом. После того случая, когда этот человек воткнул ему в плечо кинжал, убить его всегда казалось правильным решением. Про себя король отметил, что жутко недолюбливает всех, кто когда-либо крутился возле Миаленики. Все они казались просто не достойными даже разговаривать с ней. Все, кроме Венториэля, от воспоминаний об этом человеке Рэндалла перекашивало. Будь их пленник хоть приблизительно таким же, как длинноволосый брюнет, то пообщаться с ним поближе, конечно, стоило. Велиант натянул на руку перчатку, скрыв слишком красивые для мужчины руки, с ухоженными ногтями и поправил камзол. После прибытия в столицу бывшего генерала Крист всегда ходил в чистой парадной форме солдата со всеми отличительными знаками, чем прежде пренебрегал.
 
– Он может что-то сказать о том, стоит ли доверять его брату и богу, которому тот молится и от имени которого говорит. Мы с вами не изучали ничего про высшие силы, но не члены совета, – такое объяснение казалось вполне разумным, и Рэндалл положительно кивнул. Стоит прислушаться к совету и встретиться с осужденным перед казнью, тем более раз он лидер совета.
– Хорошо, веди меня, – скомандовал он, на что Крист улыбнулся, распахнул дверь и сделал приглашающий жест. Путь в тюрьму занял не больше двадцати минут, чем-то сырое подвальное помещение напоминало камеры под стеной, где они с Аполинарией нашли тело Виктора. Мочой и потом поняло так, что королю пришлось прикрыть нос рукавом. Что то спросив у солдата возле дверей, Велиант повел спутника дальше по коридору, мимо переполненных камер. Люди зашевелились, кто-то пытался чем-то кинуться в Рэндалла, но не попал, начались возгласы неодобрения. Возле решетки, за которой держали главного пленника, стояло еще двое людей в облачении королевской стражи. При виде бастарда, они выпрямились в стойке смирно, и не отрывали от него глаз.
– Откройте камеру, – распорядился Крист, и один из мужчин поспешно вставил ключ в замок и повернул. Войдя в маленькое квадратное помещение, Агийский поежился. При виде гостя, Джорах неохотно встал с подобия кровати, его лицо скрывал капюшон, как и полагалось советнику. Не видя никаких эмоций собеседника, Рэндалл понял, что этот разговор ему толком ничего не даст и отрицательно покачал головой, сдвинув брови.
– Снимите капюшон или я развернусь и уйду, – сурово проговорил бастард, следя за каждым движением будущего собеседника. Охранник старался встать так, чтобы не загораживать ему обзор, но в свою очередь находиться между пленным и королем. Такое почти никогда прежде не практиковалось, чтобы глава страны входил в камеру к преступнику, но Джорах не совсем преступник, а Рэндалл правитель лишь на бумаге.
– В ваших интересах со мной поговорить, а не в моих, – огрызнулся Флорандин, скрестив руки на груди и бросив недовольный взгляд на цепь, прикрепленную к его ноге. Создавалось такое впечатление, словно над ним просто решили пошутить, посадив сюда на несколько дней, а лидеру совета это не понравилось.
– И что же вы хотите мне сказать? – поставив руку на пояс, бастард пытался всем видом показать, что не боится его, и ничуть не переживает из-за вероятной угрозы, которая может свалиться ему на голову за такой проступок. На самом же деле у него поджилки тряслись при виде Джораха, сразу вспоминался кинжал в плече.
– Вы совершаете огромную ошибку. Когда совет узнает о том, что вы сделали, а они узнают обязательно, Апатия подвергнется большой опасности, – зеленые глаза парня сверкнули в темноте, а по спине Рэндалла пробежал холодок, – я исполнял волю богов, им не понравиться, если вы нарушите их планы, – продолжил тем временем Флорандин.
– Как интересно, а ваш брат утверждает, что это он исполняет волю бога тьмы, хаоса и разрушений, который и подсказал ему возможность казнить вас так, что бы должность лидера не передалась никому другому. Кому мы должны верить? – опередил короля с вопросом Крист, прислонившись к решетке камеры и пристально следя за пленником. Молча опустив капюшон и открыв им лицо, блондин осмотрел обоих собеседников.
– Мой брат не член совета, он житель Апатии, и боги никогда не стали бы с ним разговаривать. Они не опускаются до таких, как он. Я надеюсь, вы не тронули Алерию? Она нужна живой, по крайней мере, в ближайшие месяцы, – поинтересовался Джорах, всем своим видом показывая уверенность в каждом сказанном слове. Самое противное оказалось то, что Рэндалл не доверял обоим братьям, и сейчас мысленно метался между ними. На его взгляд, Микалис заслуживал большей веры, нежели лидер совета, так как лично ему ничего не делал. К обоим бастард в свое время ревновал Мию, и напрасно, ведь девушку никогда не интересовал никто, кроме Венториэля. Сжав руки в кулаки, король не знал, как ему стоит поступить. Отменить приказ и казнь и довериться Джораху? Чтобы тот снова воткнул ему нож в плечо? Нет, нельзя брать свои слова назад, придется продолжать играть в эту игру против совета.