Жажда (СИ)

Вдруг меня просто не заметят? Не найдут?
Бешеное биение сердца оглушает. Кажется, эти гулкие удары слышаться даже в коридоре. Кислород забивается в легких будто гигантский огненный ком.
Надо было взять что-то тяжелое, какое-то средство защиты. Но когда я мысленно перебираю предметы, находящиеся на полке перед раковиной, понимаю: ничего подходящего для обороны там не обнаружить. Значит, нужно попробовать приемы, которым сегодня обучилась. Только представляю подобный поворот – и уже готова рухнуть в обморок. Я не сумею побороть мужчину, а судя по шагам, в комнату зашел именно парень, выходит, вся надежда на эффект неожиданности.
Где Захар? Почему парень ушел и оставил меня одну в такой опасный момент? Бросил посреди ночи, отправился искать развлечения. Уверена, он отлично проводит свободное время. Забавляется.
Дверь распахивается настежь, так резко, что ударяется о стенку.
Я пытаюсь удержать внутри вопль ужаса, сжимаю кулаки, прокручиваю приемы, которые совсем недавно отрабатывала на боксерской груше.
Незнакомец проходит внутрь, явно чувствуя себя здесь полноправным хозяином. Двигается свободно и уверенно. Застывает и очевидно оборачивается, поглядывая по сторонам.
Вокруг царит кромешная темнота. Я не способна выхватить смутные очертания фигуры, могу ориентироваться только по звукам, по тяжелым шагам.
Мужчина направляется в мою сторону, и у меня окончательно сдают нервы. Я пробую нанести удар вслепую, вкладываю всю силу. Если удастся отпихнуть неизвестного типа и пробежать мимо, то я спасена.
Адреналин зашкаливает. В голове пусто. Я действую порывисто. Бью, глядя в черноту. И попадаю в капкан. Мой удар отражают за секунду. Сильные руки обвиваются вокруг тела, берут в жесткий захват.
Этот запах. Звериный аромат. Нереально спутать.
- Боишься темноты? – спрашивает Захар, отправляя под мою кожу волны горячей дрожи.
- Ты что, - сглатываю. – Решил напугать до смерти?
Он отпускает меня и достает мобильный телефон, включает фонарик и оставляет гаджет на раковине так, чтобы свет озарил комнату.
- Электричества не будет до утра, - говорит парень. – Ты хочешь принять душ первой? Тогда вперед. И кстати, отличная реакция. Как для новичка. Хотя на будущее советую использовать подручные предметы.
- Например? – хмуро сдвигаю брови и складываю руки на груди. – Предлагаешь отхлестать нападающего полотенцем? Стукнуть зубной щеткой?
- Полотенцем можно придушить, щеткой – выколоть глаз, - спокойно заявляет Захар, словно речь идет о самых обыденных вещах.
- Ну такое я делать не собираюсь, - сдавленно выдыхаю. – У меня есть ты. И ты должен меня защищать. Разве нет?
Я перегибаю. Слишком наглое заявление слетает с губ против воли. Наверное, парень сто раз пожалел, что связался со мной. Я сняла тот проклятый кулон, пыталась сбежать. Я создаю проблемы и не способна утолить его жажду.
- Согласен, - отвечает Захар и поворачивается ко мне, прищуривается: - Ну как оценишь? Нормально справляюсь?
Я только киваю.
Он берется за край футболки, тянет вверх, но вдруг замирает и оскаливается, начинает ощупывать пальцами плечо.
- Что случилось? – спрашиваю и подхожу ближе.
Захар косится на меня, медлит, но все же отвечает:
- Сустав надо вправить.
- Когда ты успел повредить руку? На тебя напали прямо в коридоре? Вот почему ты так быстро вернулся?
Я замечаю стесанные костяшки. Потом вижу несколько свежих ссадин. Получаю подтверждение своих предположений.
- Я просто размялся, - отмахивается Захар. – Не дергайся.
- Твоя футболка…
Дотрагиваюсь до ткани и тут же отдергиваю руку, с ужасом смотрю на кончики своих пальцев.
- Кровь, - роняю глухо. – Тебе срочно нужно в медпункт.
- Ерунда, - хмыкает. – Шов разошелся.
Задирает футболку на животе, сдергивает свои повязки.
- Видишь? Ничего нового. Само заживет, - бросает равнодушно, заливает рану спиртом и не издает ни звука, лишь снова оскаливается. – Это царапина.
Я смотрю, как напрягаются рельефные мышцы на его животе, как вздуваются и разбухают вены на торсе, подчеркивая идеальный пресс.
 
Захар выглядит как робот. Машина без чувств. Но он тоже способен ощущать боль. От меня не укрывается то, как парень снова двигает плечом и прикрывает глаза, резко берется за раковину, сдавливает так сильно, что кажется поверхность сейчас треснет. Его челюсти стиснуты, желваки проступают через гладкую кожу.
- Врач должен…
- В лазарете одни стукачи, - обрывает. – Сразу настрочат рапорт.
- Давай я помогу.
- Как? – кривится.
- Раздену тебя.
Черт, его глаза так вспыхивают от этой фразы, что я жалею о сказанном. В голове подобное предложение звучало логично и прилично.
- Ну тебе ведь тяжело, - нервно закусываю губу. – Из-за поврежденного плеча не выходит снять футболку.
Он мрачнеет. В неоново-белом свете фонаря черты его лица приобретают особенную резкость, выглядят реально жутко.
- Ладно, это дурацкая идея, - говорю и направляюсь на выход. – Тебе стоит принять душ первым, обработать раны. А я подожду свою очередь за дверью.
- Стой.
Захар хватает меня за руку. Проклятое прикосновение обжигает. Разряд тока пробивает позвоночник, заставляя содрогнуться.
- Валяй, - заявляет парень. – Так и правда будет проще.
Я жалею о своем предложении. Взгляд парня буквально прибивает гвоздями к полу. Тяжелый, хмурый, пронизывающий насквозь.
- Я просто помогу тебе раздеться, - стараюсь унять тревогу и четче обозначить границы. – Без продолжения.
- Я понял.
- Что произошло? – спрашиваю тихо, берусь за край его футболки, тяну вверх. – С кем ты подрался?
Он молчит.
- Это из-за меня? – холодею. – Из-за тех парней в столовой?
- Я прогнал пару трусливых шавок, - отрывисто произносит Захар. – Тебе точно не стоит переживать. Я порешаю все вопросы, сказал же.
- Я хочу разобраться.
- Расслабься, - чеканит и забирает футболку из моих рук, отбрасывает в корзину для грязного белья чересчур резким движением, поэтому снова закрывает глаза, скалит зубы, но не издает ни единого звука, помедлив, говорит: – Занимайся учебой.
- Как только ты ушел, в комнату попытался войти Джокер, - признаюсь я. – Если честно, не представляю, как этого парня зовут по-настоящему, но думаю, ты и так знаешь, о ком я. В общем, Джокер пробовал пролезть через окно.
- Ты уверена, что это был он? – хмуро сдвигает брови.
- Конечно, - киваю. – Я не стала открывать, ну точнее приоткрыла на проветривание. Услышала от него кучу странных вещей. Я считала его другом, а теперь сомневаюсь.
- Джокер, - усмехается. – Забрался на подоконник?
- Да, - подтверждаю. – Почему тебя это так удивляет?
- Гаденыш боится высоты, - тянет задумчиво. – Выкладывай. Что он успел наболтать?
- Парень следит за мной. Похоже, получил доступ к моему компьютеру.
Захар не выглядит удивленным, не показывает никаких чувств и складывается впечатление, будто я не сообщаю ему ничего такого, чего бы он сам не узнал.
- Джокер успел бросить в комнату мешочек с кольцами, - продолжаю я. – Десять серебряных колец, довольно массивных. Они до сих пор в комнате. Надеюсь, это никакой опасности не представляет? Здесь всего можно ожидать. Взрывные устройства. «Жучки» для прослушки. Я уже ничему не удивлюсь.
Захар молчит, но уголок его рта дергается вверх, обнажая зубы, а во взгляде разверзается пекло.
- Кольца, - наконец, заявляет парень. – Круто.
Готова поспорить, он жаждет загрызть Джокера, порвать его на куски прямо сейчас, и только чудом умудряется сдержаться и не сорваться на поиски. Хотя нет, не чудом. Тут должна быть серьезная причина.
- Если электричество отключено, то замки на дверях не работают, - озвучиваю мысль, которая озаряет сознание. – Значит, любой может зайти в комнату?
Любой может попасть сюда. Прийти за мной.
Грудь сдавливает ледяной металлический обруч. Горло обвивает колючая проволока. Морозный холод разливается по венам.