Всадник ищет Амонну (СИ)

— Тревожные колокола, — дворецкий округлил глаза и посмотрел в сторону особняка, откуда уже бежал все такой же окровавленный Дженнис.
— Тревожные колокола. Вези нас в Совет! Немедленно! — он отдал кучеру приказ и распахнул передо мной дверь.
— Я с тобой никуда не поеду, — в панике заорала я.
— Черт! — выругался советник и достал из кармана пиджака короткий кинжал. — Я ношу это для самообороны, — он ответил на мой вопросительный взгляд. — Держи, раз так боишься.
Я взяла у него кинжал и залезла в кабину только по одной причине. Тревожные колокола никогда не звонили просто так! Что, если это как— то связано с Кристианом?
Дженис отдал приказ ехать как можно скорее. По дороге он коротко объяснил, что до выяснения причины мне нужно будет остаться в здании Совета, потому что так безопаснее. Я не спорила, потому что хотела получить информацию о происходящем из первоисточника.
Кучер действительно гнал экипаж с очень большой скоростью, нам даже приходилось держаться за ручки внутри кабины. Дженис был мне омерзителен. Но я все же смотрела на него украдкой — мало ли, на что он способен. Он это заметил.
— Прости меня, — начал он. — Я… я напился.
— И так быстро протрезвел? — спросила, крепче сжимая кинжал.
— Спасибо твоей птице, — невесело усмехнулся он. — И колоколам, которые никогда не звонят просто так.
Лицо советника было совсем серьезным. Колокола действительно не звонят просто так.
К зданию Совета мы приехали быстро и в полной тишине. Никто ничего не говорил. Я старалась не выпускать из руки кинжал, несмотря на то, что Дженис выглядел виноватым и собранным.
Орущая толпа заставила экипаж остановиться.
— Придется пробираться, как есть. Знаю, это прозвучит странно, но доверься мне.
Я покрепче сжала кинжал, спрятала его в складках платья и кивнула. Дженис держал меня за локоть, пробираясь сквозь массу взволнованных людей. Я почему— то знала, что это будет связано с Кристианом.
— Разойтись! — громко, кричал советник, иногда отталкивая зевак.
Шума было столько, что я почти не слышала тревожных колоколов. Народ нехотя расступался, ругался, и я наконец оказалась у самого здания Совета Красных Кресел.
— Что они все здесь делают? — срываясь на крик, спросила у Джениса.
— Надеюсь, скоро узнаем.
Мы дошли до плотного кольца стражей, которые дальше не пускали никого. Узнав Джениса, они расступились, и когда я ступила на порог, то увидела, что мой самый страшный кошмар стал явью.
В одну секунду мир остановился. В ушах застучала кровь, ноги подкосились, и я упала на колени. Стоя на четвереньках, я потеряла самообладание и сорвалась на животный крик. Внутри будто начался пожар, который сжигал меня заживо.
Этого не должно было случиться! Он же обещал вернуться…
— Ты же обещал! Обещал! — снова закричала я.
Дженис и стражи быстро подняли меня с земли и оттащили в сторону от сложенных в кучу тел мертвых милитаров.
  
Глава 27
 
Я в ужасе распахнула глаза и присела на кровати, сбрасывая с себя остатки ночного кошмара. Было холодно. Очень холодно.
От большого окна, по которому бил хлесткий дождь, тянулся пронизывающий сквозняк. Я оглянулась по сторонам — выбеленные стены, высокие потолки, одинокая кровать… Сама я была в длинной рубашке с рукавами, которые почти скрывали пальцы рук.
Ничего не понимая, потерла глаза и зашипела от внезапной боли — ладони пекло, будто они в огне. Поднесла их к лицу и увидела большие затянувшиеся ссадины.
Когда перед глазами появились мертвые милитары в темной луже крови, грудь обожгло невыносимой болью. Я вцепилась в железные перила кровати и перекинула через них голову, пытаясь сдержать приступ тошноты. Я не верила, что среди безжизненных тел лежал Кристиан. Он не мог умереть, не мог!
— Нет! — я вскочила с кровати и на ватных ногах бросилась к двери. Нащупав ручку, потянула ее на себя и попыталась закричать, но сорванный голос не слушался. — Выпустите меня! Выпустите!
Я продолжала отчаянно сипеть и бить по проклятой двери кулаками.
 
В замок громко вставили ключ. Я инстинктивно схватилась за живот и отскочила в сторону.
— Аврора? — когда я услышала голос Джениса, мне хотелось завыть! Я прекрасно помнила все, что произошло у него дома.
— Нет, только не ты. Кто угодно, но не ты, уходи… — будто в бреду снова и снова повторяла я, пятясь.
— Аврора, всё в порядке. Ты в госпитале, здесь врачи, тебе ничего не угрожает, — голос советника звучал так спокойно, будто ничего не произошло.
— Что с Кристианом? — боясь услышать ответ, спросила я. — Он мертв?
— Я могу войти? — так же спокойно продолжал он. — Со мной доктор.
— Отвечай, — попыталась закричать, но голос почти совсем пропал, — отвечай сейчас же.
Ручка дёрнулась, и в помещение вошел Дженис, а сразу же за ним незнакомец, по внешнему виду которого было понятно — доктор. Аккуратный костюм, перчатки, очки. В руках у него был металлический поднос со стаканом воды и несколькими капсулами.
— Вот, милочка, держите, — он протянул стакан, в который добавил несколько прозрачных капель. — Успокоительное приведет вас в порядок, — поспешил заверить врач.
— Я ничего не буду пить, пока вы не ответите на мой вопрос… — подбородок задрожал, я просто не могла справиться с эмоциями. Тело не хотело слушаться и мелко дрожало.
— Среди найденных тел не было капитана, — сухо объяснил доктор.
— Тогда кто…? — все еще обнимая себя, спросила я.
— Его приближенные, — Дженис расстегнул пиджак и сложил руки в карманы, принимая почти небрежную позу. — Трое. Не помню их имен.
Я прекрасно понимала, о ком идет речь: Флор, Витан и Адриенн. Но если они мертвы, то что произошло с Кристианом?
— Где находится Кристиан Демортен — нам неизвестно, — Дженис повел плечами и победно добавил: — зато мы точно знаем, что это он их убил.
— Бред, — я не верила своим ушам, — зачем ему это делать?
На исцарапанном Амоном лице Джэниса читался настоящий триумф.
— Выпейте, станет легче, — доктор протянул стакан с лекарством и криво улыбнулся. — И лучше скажите— ка мне, какое у вас самое последнее воспоминание? Нам нужно установить, все ли в порядке с головой.
Глядя на советника через плечо доктора, я сказала:
— Я помню, как Дженис Блек пытался меня изнасиловать!
— Хм, пытался что, простите? — врач смотрел сквозь меня, избегая взгляда.
— Надругаться надо мной, — настояла я. — Вы что, действительно не понимаете, о чем я?
— Понимаю, понимаю, — доктор поджал губы и обратился к Дженису: — И давно это?
— Несколько дней. Все началось с того, как она узнала о беременности. Думаю, то, что она увидела на площади, усугубило ее состояние.
— Вот как, — продолжал задумчиво мямлить доктор, будто я не стояла прямо перед ним. — Выпейте, дорогая. Станет легче.
— Я ничего не буду пить. Вы что, не слышите? Он пытался меня изнасиловать! Вообще верните мои вещи. Я хочу домой.
— Конечно же, я вас слышу, — доктор снова странно улыбнулся и поджал губы. — Но лекарство выпить придется. И домой пока нельзя.
— Вы не имеете права держать меня здесь силой, — сердце бешено забилось от страха, я начала понимать, что меня не отпустят.
— Ну что вы? Право на свободу — это фундаментальная потребность личности.
— Тогда в чем дело?
— Здоровой личности, — внезапно сказал Дженис. — Юджиния и я были свидетелями твоего неадекватного и нелогичного поведения. Для всех будет лучше, если ты немного побудешь в госпитале. Я обещаю, что буду рассказывать тебе обо всех новостях.
— Что это значит? — в голове шумно застучало.
— Просто делай все, что скажет доктор. Ты ведь хочешь добра для нашего ребёнка?
— Это не твой ребенок!
— Так, ну тут все понятно. Советник, подойдите, мне нужна ваша помощь.
Того, что произошло дальше, я никак не ожидала. Дженис снял с себя пиджак, отбросил его на пол и закатал рукава. В два шага он оказался рядом со мной и попытался схватить за предплечья.