Птичка в академии, или Магистры тоже плачут (СИ)
— А вы смотрели и ничего не сделали! — парировал тем временем еж. — Так что пеняйте на себя! А к Эйлин не лезьте! — Еж демонстративно напрягся (я даже испугалась, что сейчас случится конфуз) и выпустил в сторону мужчин две ярко-синие иголки. Они воткнулись в стол, а еж обернулся ко мне и заявил: — Пошли отседова! А то сидят тут два лба, давить на тебя вздумали! Пф!
— Ага, — слегка заторможенно кивнула я и встала. Как-то не ожидала я от Ё-ё такой воинственности. Посмотрела на выгнувших брови мужчин и все-таки спросила: — Я пойду? Уроки вот-вот начнутся…
— Эйли… — начал было эль Мейр.
Но эль Лавалье его остановил:
— А и в самом деле. Если вы ничего не помните — идите на занятия. Но ваш еж, похоже, провалами в памяти не страдает. Да и говорить умеет. Вот пусть он нам все и расскажет.
Ё-ё несколько раз хлопнул глазками, посмотрел на растерявшуюся меня, на мужчин, которые уже вдвоем сложили на груди руки, всем своим видом показывая, что до последнего с него не слезут, и внезапно заявил, дико коверкая слова:
— Я плёхо говорить-то. Совсем плёхо. Пф! Понимать-то еще так-сяк, а говорить совсем мало-мало. И вообще, усталь я. Ель много-много. Спаль мало-мало. — И, ощетинившись иголками, скрутился в шар.
От такого выверта ежа впали в ступор не только магистры, но и я. И пока никто не успел прийти в себя, подхватила Ё-ё и поспешила из комнаты.
— Устал он… Не переварил ночные метаморфозы еще. Вон как слова коверкать стал. Вы к нему завтра приходите… или послезавтра.
— Или никогда, — донеслось из недр колючего клубка, и я выскочила из комнаты, захлопнув за собой дверь.
Выдохнула и пошла на занятия, которые и в самом деле вот-вот должны были начаться.
— Ты как? — спросила Ё-ё и погладила его по упругим иголкам.
Еж развернулся, вздохнул и перебрался ко мне на плечо.
— Все со мной хорошо. Ты меня, главное, этим двум упырям не отдавай.
— Не отдам конечно! — воскликнула я, и Ё-ё облегченно выдохнул. Но я не была уверена, что мужчины успокоятся. — Думаешь, они от нас отстанут?
— Нет, но вместе мы отобьемся. Пф!
— От них, может, и отобьемся, а от нее? — с неудовольствием протянула я, глядя на поджидавшую меня около аудиторию секретаршу.
Она так ярко накрасила губы, что первое, что я увидела, были именно они, а уже потом сама Марлена. Она уже третий раз за день приходила на мои занятия, чтобы оценить посещаемость, и каждый раз скрежетала зубами — посещаемость была почти стопроцентная. И судя по тому, как бодро адепты заходили в аудиторию, удовлетворить свою жажду мести у нее не получится и сейчас. Надеюсь, так пойдет и дальше и она хотя бы перестанет таскаться на мои занятия. Но наверняка тогда придумает другую пакость. А может, мне повезет и кто-нибудь переключит ее внимание на себя?
И со временем я поняла, что была права! Жаль только, что «переключателя» пока не нашлось…
Глава 14. О преподавательских буднях
Неделя пролетела как один день. Казалось, я была занята каждую секунду. И не в последнюю очередь потому, что адепты буквально не давали мне прохода! Когда до них дошло, какой огромный пласт интереснейших и важнейших знаний они упустили, они принялись наверстывать упущенное. По крайней мере именно так я поняла их желание узнать, правильно ли они поняли и применяют заклинания с предыдущих курсов. Особенно в учебу почему-то ударились парни. Наверное, вспомнили, что меньше чем через два года им предстоит отправиться на стены, чтобы защищать королевство от тварей Пустоши.
И все же такое положение дел меня не устраивало. Я даже пообедать спокойно не могла, чтобы не наткнуться на несколько физиономий старшекурсников, которые поджидали у столовой, когда я закончу есть.
— Эйлин, вам не кажется, что адепты окончательно обнаглели? — спросил меня наблюдавший это магистр эль Лур.
Он почему-то решил, что должен всячески меня опекать. Я, конечно, понимала, что он исполнял обязанности декана факультета прикладной магии и уже не один год преподавал в этой академии, но лучше бы он больше уделял времени своим адептам, чем нудно и долго рассказывал, как это должна делать я. Сейчас еще ничего, он задал вполне закономерный вопрос, но в другое время я изо всех своих могучих сил сдерживалась, чтобы не сказать ему пару ласковых о качестве знаний адептов из его прошлых групп. Тем более что, в отличие от групп, которые вел умерший профессор Сурж, какие-то знания по предмету у адептов все же имелись. А разругаться со своим непосредственным начальником, учитывая, что друзей в академии среди преподавателей у меня пока раз-два и нету, было бы очень опрометчиво.
— Они рвутся к знаниям, — вздохнула я.
— Сказал бы я, к чему они рвутся… — произнес рыжий магистр, наткнулся на мой вопросительный взгляд и скривился, — но не буду.
— Вы к ним несправедливы. Знаете, они иногда задают очень интересные вопросы. Кажется, вот совсем элементарные, а я понимаю, что никогда об этом не задумывалась. И это помогает мне переосмыслить некоторые вещи, которые казались само собой разумеющимися.
— Но… — хотел что-то сказать эль Лур.
Но с соседнего столика донеслось:
— О, как я вас понимаю! — На меня с симпатией смотрела магистр эль Валей, та самая седовласая женщина, которая смутила меня и так помогла мне в мой первый рабочий день. — Не поверите, но адепты до сих пор умудряются иногда удивлять меня вопросами. Но все же такого интереса, как я наблюдаю у них сейчас к вашему предмету, я раньше не замечала. Не поделитесь, чем вы их так заинтересовали?
— Я… — Снова смутилась от похвалы. — Я стараюсь вести лекции так, чтобы им было интересно.
— Похвально-похвально, — посмотрел на меня сидящий с магистром эль Валей старичок, декан лекарского факультета.
Состав преподавателей этой академии процентов на восемьдесят состоял из стариков. Это удручало. Хотелось подружиться с кем-то хоть примерно своего возраста и желательно своего пола, чтобы элементарно поболтать ни о чем. Таких девушек в академии было три. Но одна дружила с Марленой и на дух меня не переносила, вторая выглядела какой-то вечно испуганной, и даже слова от нее было не дождаться, а третья, кажется, была не от мира сего и старалась держаться от всех подальше. Самое удивительное, что и все остальные тоже старались свести общение с ней к минимуму.
Я как-то спросила эль Лура, чем это вызвано.
— Она знает точную дату смерти каждого человека, — ответил он.
Я чуть чаем не поперхнулась.
— Она что, провидица?
— Нет. Да и не верю я в эти басни. Но когда тебе смотрят в глаза и тихо так, но проникновенно говорят: «Ты умрешь не в своей постели», это, знаете ли, звучит жутковато. — Он передернул плечами и покосился на Лайзу эль Штоль с неприязнью.
А я будто воочию увидела, как эта белокурая девушка с приятными чертами лица смотрит на эль Лура и нежно говорит ему эти слова. Я впечатлилась и даже позавидовала, что сама так не смогу.
Рыжий магистр тем временем снова посмотрел на меня, выдавил улыбку и почему-то решил добавить:
— Но преподаватель она хороший.
Наш разговор о преподавании и адептах привлек внимание еще нескольких преподавателей и, к несчастью, докатился до Марлены.
— Кстати, об адептах. Магистр эль Бланк, вы так и не зашли ко мне, чтобы отчитаться о проделанной работе с курируемой вами группой, и не взяли дополнительную нагрузку.
— Дополнительную нагрузку? — удивилась я.
Марлена аккуратно промокнула рот салфеткой, встала из-за стола и подошла ко мне.
— А как же? Как молодой специалист вы обязаны взять факультатив. Можно два, но… — Она посмотрела на внимательно прислушивающихся к разговору преподавателей и с неохотой добавила: — Это необязательно. Также не нужно забывать о бале первокурсников, который состоится уже через месяц. Как молодой, энергичный и… умеющий заинтересовать адептов преподаватель, — она не сумела скрыть неприятной усмешки, — вы просто обязаны взять на себя культурное сопровождение мероприятия. Бал — это не только танцы. Первокурсники должны увидеть, что, кроме учебы, наши адепты развиваются и в других направлениях.