Опалённый. Том 1 (СИ)
— Пока не знаю. Но скорее всего да, — сперва разберусь с переводом из додзё Дмитрия Олеговича к Андрею Витальевичу. Вот после этого уже можно будет думать о переезде.
Фудзивара с довольным видом хлопнула в ладоши:
— Хорошо! Потому что я как раз с кое с кем договорилась об аренде одного домика неподалеку от центра. И без кого-то из местных нам будет нелегко.
— Вам? Это кому это?
— Всем, кто со мной приехал, разумеется. Думаешь, я буду жить без охраны?
Вариант переезда в Смоленск заиграл новыми красками. Жить под одной крышей с толпой красивых девушек. С Рёто… Это звучит очень заманчиво. И уже готов согласиться.
— Понял. Поговорю только с Дмитрием Олеговичем да с родителями. Возможно, я даже сумею поступить в Смоленский университет, чтобы не болтаться без дела, — сколько, оказывается, хороших возможностей у меня есть. Даже без службы дворянам! И чего я раньше не обдумывал такую возможность всерьёз? Наверное, опять из-за своей проклятой боязни совершить что-то по-настоящему способное изменить жизнь.
— Вот и умница… Кажется, вечер закончился. Ты так и не нашёл кого-нибудь, кто принял бы тебя к себе? — я помотал головой, и Хана в очередной раз вздохнула: — Что-нибудь придумаем! Нельзя, чтобы из-за одного поступка вся жизнь пошла прахом.
— Ты права, сестричка! — приобнял я её за плечо: — Рано я нос повесил.
— Что сделал?.. — недоуменно посмотрела на меня Фудзивара.
— Нос повесил. Опечалился то есть. Впал в уныние, ну и всё такое, — пояснил я девушке, и у той задорно заблестели глаза:
— Подучишь меня русскому, раз будем жить вместе?
Глава 9
От поместья Романовых до дома я добирался на одной из машин, что была в кортеже княжны. Видимо, на меня хоть и обиделись, но решили сделать одолжение Хане. Сама сестра отправилась в арендованный особняк на другой машине. Я доехал ещё до того, как на Дорогобуж спустились сумерки. Родной дом встретил меня сытным ужином — мать знала, что я обожаю макароны с мясом.
После еды настало время серьёзного разговора. Кухню к тому времени покинули все, кроме меня, отца и матери.
— Ну, Ваня, что дальше планируешь делать? — батя пошевелил усами. Самый верный признак того, что лучше мне говорить конкретные планы на будущее, а не какие-то абстрактные хотелки или рассказ, как я собираюсь провести вечер. Давно было пора, так что я собрал накопившиеся за этот вечер мысли по этому поводу в кучу и, сделав лишний глоток чая, ответил:
— Хм… Хана позвала меня в Смоленск. Думаю переехать к ней, а там уже поступлю в университет да продолжу заниматься каратэ. Открою своё додзё и буду учить младшее поколение, — в общем-то, иных вариантов с моими достижениями у меня и нет. Отца это, как ни странно, несколько напрягло. Он отставил кружку в сторону и упёрся в меня пронзительным взглядом. Смотрел не как отец на сына, а как офицер на косячного солдата.
— А что насчёт дворян? Ты думал о таком варианте? — видя, как я закатил глаза, отец тут же изменил тон: — Не подумай плохого. Просто… это нормально для тех, кто что-то может… Ты меня понял, короче.
Я понял. И даже заметил, что батя проглотил свой привычный матерок. Как бы только ответить, чтобы не выглядеть дураком в глазах своих родителей. Вот не люблю юлить и обманывать. В прошлой жизни ложь меня ни к чему хорошему не привела.
— В общем, думаю, что с дворянами у меня ничего хорошего не выйдет.
— Да ну ёпт, как так-то? Ты же чемпион! — на лице отца проявилось даже не удивление — возмущение.
— Вот так вот получилось, — я развёл руками в стороны: — Сам виноват в своих проблемах.
На кухне повисло напряжённое молчание. Родители смотрели на меня не мигая. Я же напротив, прятал взгляд, словно нашкодивший щенок. Наконец батя, надув усы, вынес своё решение:
— Ладно. Раз Хана зовется, собирай вещи да переезжай, — на моё счастье отец, скрепя сердце, решил не задавать неудобных вопросов. За что ему большое спасибо.
— Хорошо. Пойду набивать сумки, — я вышел из-за стола и отправился в свою комнату. На спине чувствовались взгляды, и стоило только начать подниматься по лестнице, как послышался оживлённый спор отца и матери.
У двери в свою комнату я встретил Пашу. Брат стоял с довольно грустным выражением лица:
— Что, уже уезжаешь?
— Похоже, что да. Чего тянуть кота за это самое?
— С Ханой жить будешь? — в его голосе слышался не то укор, не то ещё что-то.
— Да. Она предложила поселиться с ними всеми. Какой-то дом арендовала, сказала, что со мной им будет полегче.
— Вот как… Ладно тогда, выходит, у тебя всё схвачено, — Пашка расстроился ещё сильнее. Что ж, я бы тоже грустил, соберись он переезжать от нас. Как-никак хороший друг в пределах семьи, без которого будет некомфортно.
— Как-то так, — пожав плечами, я вошёл в свою в комнату и достал спортивную сумку. Что там нужно? Одежда, мыльно-рыльные принадлежности, ноутбук и все прочие гаджеты с зарядными устройствами…
На шум от сборов прискакала Ульянка. Молча постояв у приоткрытой двери, младшенькая всё-таки решилась постучаться и заглянуть ко мне.
— Тук-тук! Чего делаешь?
— Да так. В Смоленск уезжаю. Хана позвала.
— Ну-у-у… — Уля сразу надула губы: — Ладно она. Но тебе уезжать зачем?
— Надо же твоему брату развиваться, расти дальше. Не то вместо прогресса будет сплошная деградация, — как же забавно она показывает свою обиду. Но самой сестрёнке было не до смеха.
— Оставайся, будем вместе деградировать, — я чуть не крякнул от смеха. Но увидев, как влажно заблестели глазки Ульянки, удержался. Вместо этого подошёл и по-отечески приобнял за плечи:
— Лучше ты приезжай ко мне. Вместе будем развиваться.
— Я на каратэ ходить не буду, если уедешь, — так, нечего её утешать, пора воспитывать.
— Ты это брось! У тебя ведь уже такие большие успехи, ты меня заткнешь за пояс скоро.
— У меня только жёлтый пояс… — младшенькая совсем погрустнела. Надо срочно что-то предпринять, а не то ещё расплачется.
— Уже не белый. Это что-то да значит, — следует успокоить её как нибудь по-другому, раз это не убедило и она уже начала всхлипывать: — Вот что. Будет тебе шестнадцать лет, ты сдашь экзамен на чёрный пояс, и я увезу тебя в Смоленск. Хорошо?
— Но это же будет через целых девять лет! — ты права, сестрёнка, это будет нескоро. Что ж, озвучу что-то, что хотя бы похоже на мечту.
— И за это время я открою своё додзё. Буду учить других. Как раз ты приедешь и станешь моим помощником, — Ульянка перестала дрожать от обиды и загорелась моей идеей. И тут же задала вопрос:
— А если не откроешь додзё?
— Не могу не открыть. Обязательно нужно работать с учениками, чтобы получить второй дан, — чистая правда. Наш стиль обязывает любого претендента на вторую и выше мастерские степени проводить занятия. А уж с чемпионством за плечами мне насчёт учеников волноваться точно не стоит.
— Тогда хорошо, — сестрёнка не выдержала и всё-таки кинулась меня обнимать. Потрепав младшенькую по волосам, я закинул сумку на плечо и потащил в свой «Коррадо».
Наконец-то взрослая, самостоятельная жизнь вдали от родительского гнёздышка! В прошлой жизни я себе такого аж до тридцати лет не мог позволить. Прогресс по всем фронтам на лицо.
Что же, завтра первым делом к Дмитрию Олеговичу, а потом уже поеду к Фудзиваре.
Набрал номер сестры. Пришлось немного подождать, видать, занята распаковкой багажа или чем-то ещё.
— Моши-моши? — послышался голос из трубки спустя полминуты гудков.
— Хана, привет. Я приеду утром. Где-то в девять часов, может в полдесятого, — адрес арендуемого дома она назвала мне перед тем, как мы расселись по машинам. По идее, дом этот совсем на берегу Днепра, чуть в стороне от крепостной стены. Красота, и опять же, рядом парк.
— А, хорошо. Я предупрежу охрану, чтобы тебя пустили.
— Понял. До завтра!
— Бай-бай!
Надо ли отучать Ханну от японских привычек в телефонных разговорах, или всё же оставить как есть? Немного это необычно, но ухо не режет. Да и в целом мило. Нет, не буду портить это японское очарование.