Разоблачение (ЛП)

— Очень приятно познакомиться, я жена Сильвана, — София вежливо кивнула незнакомцу, державшему Зарна, но Лорен показалось, что на ее лице появилось озабоченное, напряженное выражение. — Не беспокойтесь о церемонии, она прекрасно прошла без вас, — покраснела кузина. — О, без обид.
Разноцветные глаза Меррика вспыхнули.
— Какие уж тут обиды, — хмыкнул он.
Щеки Софии порозовели.
— Я… я имею в виду, не то чтобы мы не хотели, чтобы вы присутствовали на ней, потому что мы хотели, очень сильно! Но мы отпраздновали без вас и… и… — она покачала головой. — Вы не могли бы меня извинить, пожалуйста?
— Софи? — Кэт коснулась ее плеча. — Ты в порядке?
— Да, сестричка, что происходит? — спросила Лив.
— Ничего. Я в порядке, — София бодро кивнула, но Лорен увидела, что ее большие зеленые глаза вдруг наполнились слезами. — Я в порядке, — повторила она, хотя это явно было неправдой. Она долго смотрела на розовый цветок в руке Лорен, а затем кивнула. — Еще раз поздравляю, кузина. Увидимся позже.
С подавленным всхлипом она выскользнула за дверь, оставив Лорен гадать, что же могло случиться.
  
Глава 15
 
— Что они собираются делать? — возмутился Раст.
— Ш-ш-ш! — Надия приложила палец к губам, передавая ему горячую, пышущую паром миску, которую принесла ему на ужин. — Не так громко. Это общественное место — любой может подслушать. — Она оглядела рощу снежных деревьев, словно за их стройными, бледными стволами пряталась целая армия шпионов.
— Скажи мне еще раз, — прорычал он. — Расскажи мне, что задумал твой мерзкий жених, его родители и твои родители.
— Они собираются не дать тебе выиграть. — Надия выглядела несчастной. — Это совершенно неприемлемо, я знаю, но мы ничего не можем с этим поделать.
— А если мы уличим их в этом — скажем им, что мы знаем, что они делают? — предложил Раст.
— И втянуть Лидию в неприятности? — Надия положила руку на бедро. — Она рисковала всем, рассказывая мне то, что слышала, Раст. Лидию могут сурово наказать или даже лишить шанс на узы, если ее родители решат объявить ее бунтаркой и неспособной к узам.
— Ладно, ладно, — пробормотал Раст, поднимая резную деревянную ложку, которую Надия положила в миску. Он угрюмо ткнул ложкой в дымящуюся массу серого пудинга, который был его ужином. — Я не хочу, чтобы у твоей подруги были неприятности, но не знаю, что еще мы можем сделать. Я и так уже играю против колоды.
Надия прикусила губу.
— Ты можешь… можешь отказаться от испытания, если хочешь, — предложила она тоненьким голосом. — Я знаю, что нечестно просить тебя об этом, особенно когда ты даже не испытываешь ко мне чувств в романтическом смысле.
— Не испытываю? Я… — Раст резко остановил себя. — Я имею в виду, что ты мне очень нравишься, дорогая. И ты заслуживаешь того, кто не бросит тебя, когда станет трудно. — Он положил ложку и взял ее руку в свою. — Я не уйду — несмотря ни на что.
Надия вздохнула с облегчением.
— Спасибо, Раст. Большое спасибо.
— Все что угодно для милой маленькой леди, которая приносит мне овсянку на ужин. — Раст снова взял ложку и положил в рот большой кусок… потом чуть не выплюнул его. Он бросил быстрый взгляд на Надию и с трудом сглотнул. — Это на вкус как… как сырая печень. Что это, черт возьми, такое?
— Мозги вортега, приготовленные на пару. — Надия с тревогой посмотрела на него. — Блюдо все еще слишком горячее, чтобы есть?
— Вортег? Разве это не то животное, которое похоже на нечто среднее между змеей и пауком?
Она удивленно посмотрела на него.
— Да, наверное, оно действительно похоже на смесь этих двух земных животных. Ты изучал фауну моей планеты?
Раст покачал головой.
— Нет — просто Сильван как-то упоминал его.
— Я приготовила его традиционным способом, — похвасталась ему Надия. — Приправила ядом тис'рока и приготовила в котле из черепа вранны. Это длинный рецепт, который должна выучить каждая женщина с Транк Прайм, прежде чем будет связана, — она покраснела. — Я должна была готовить его только для себя, но мне захотелось, чтобы ты тоже попробовал. Мама всегда говорила, что я никогда не освою этот рецепт, но мне хочется думать, что я доказала, как она ошибается.
 
Раст был тронут.
— Я бы сказал, что ты овладела им в совершенстве.
Надия улыбнулась.
— Это одно из наших самых известных блюд. Ну, не считая пудинга из флиты. Но я не думаю, что он тебе понравится — его делают из земляных личинок.
— Пюре из личинок, да? — Раст покачал головой. — Оно явно ставит мозги на первое место.
— Тебе не нравится? — обеспокоенно спросила Надия. — Я могу принести тебе что-нибудь другое, если не нравится.
— Нет, нет, оно восхитительно. Абсолютно лучшие мозги, которые я когда-либо клал в рот, правда. — Раст мужественно откусил еще один большой кусок и проглотил так быстро, как только мог, стараясь не гримасничать. «На что я иду ради любви». — Оно просто… очень сытное, — сымпровизировал он, зачерпнув еще ложку. — Мне не стоит переедать перед завтрашними испытаниями.
— Хорошая мысль, — Надия кивнула. — Я принесу тебе немного хлеба позже.
— Хлеб — звучит здорово, — Раст улыбнулся и поставил миску так незаметно, как только мог. — Я слишком волнуюсь, чтобы есть прямо сейчас. Что мы будем делать с завтрашними испытаниями?
— Ну, у меня есть несколько идей, — голос Надии упал до шепота. — Если они хотят подправить результаты соревнований, мы можем внести несколько собственных исправлений…
Они проговорили весь час, на который Надии разрешили отлучиться из дома родителей, а потом она ушла за хлебом. Позже она вернулась с круглой плоской буханкой, напомнившей Расту лаваш, только он был в три раза больше и ярко-синего цвета. Раст понюхал его, а затем откусил небольшой кусочек с одной стороны. К его удивлению, рот наполнился насыщенным, мягким вкусом, напоминающим нечто среднее между хорошим кофе и пончиком «Криспи Крем».
— Ммм, как вкусно! — Раст вгрызся в него, и его аппетит вернулся. Текстура хлеба напомнила ему кубинский хлеб на родине — хрустящий и мягкий одновременно.
Надия раскраснелась от явного удовольствия.
— Я так рада, что тебе понравилось. Я приготовила его специально для тебя.
— Из чего он сделан? Подожди… -
Раст поднял руку. — Не говори мне. Я просто хочу насладиться им, не думая об этом.
Надия с улыбкой наблюдала за тем, как он доел все, а затем забрала тонкое каменное блюдо, на котором его принесла.
— Я так рада, что тебе понравилось.
— Дорогая, мне не просто понравилось — я полюбил его, — Раст улыбнулся ей. — Настолько, что ты можешь принести мне на завтрак еще больше, гораздо больше.
Ее лицо помрачнело.
— Боюсь, я не смогу увидеть тебя завтра утром. То есть я увижу тебя, но не смогу поговорить с тобой. Кто-то другой принесет тебе завтрак, тарп и сапоги, но мы с тобой должны будем хранить молчание во время первых двух испытаний. Только во время третьего испытания, когда… когда ты дашь мне свою кровь, я смогу поговорить с тобой. — Она покраснела и опустила взгляд на свои руки, заставив Раста задуматься, не происходит ли в третьем испытании нечто большее, чем переливание крови.
— Разве это так важно? — мягко спросил он, пригнувшись, чтобы заглянуть ей в глаза. — Я дам тебе кровь?
— Позволить другому пить из тебя… это очень интимная вещь, — призналась Надия. — И мой народ также считает это очень, гм, сексуальным.
Раст наконец понял.
— Из-за всей этой истории с Блад-Киндредами, с их клыками и укусами, да?
Надия кивнула, ее фарфоровые щеки все еще были розовыми.
— Да.
— Ну, тогда… — Раст поднял ее подбородок и пристально посмотрел ей в глаза. — Мне будет приятно позволить тебе испить из меня, Надия.
Его слова, похоже, возымели желаемый эффект. Ее прекрасные темно-синие глаза с экзотическим разрезом расширились, а на щеках появился румянец — явные признаки возбуждения. Раст снова и снова поражался ее великолепной, потусторонней красоте. Боже, как он хотел ее! Хотел взять в свои объятия, поцеловать и отметить ее как свою собственную, чтобы ни один мужчина не осмелился приблизиться к ней…