Жизнь как теннис
Подача Эммы летит в левый крайний угол и прямо на линию. Мария отбивает на заднюю, но не замечает, что там уже ее поджидает соперница. Но предугадывая действия Свон, Мария изо всех сил бежит к сетке, ожидая укороченный и, видит, как над ее головой пролетает свеча и ложится прямо на заднюю линию. Обхитрила Свон Марию и выиграла первый сет.7:6.
Первый сет выигран, трибуны довольны и награждают теннисисток аплодисментами. А матч уже продолжается один час и двадцать пять минут.
«Есть! Первый сет выигран. Сейчас можно немного расслабиться. Но разве, что совсем чуть-чуть. Всего на 30 секунд. А дальше ждет еще больше и серьезней. Второй сет будет намного сложнее первого…»
Эмма сидела на лавочке и просматривала взглядом трибуны. На южной трибуне, как и несколько часов назад сидели Дебора, Мел, Саймон, Джеф, а рядом с парапетом стоял и переживал Джонс. Но всем видом показывал, как он спокоен и сосредоточен. Как только опустился последний мяч, и судья зафиксировал победу Эммы в сете, Киллиан еще больше напрягся, прекрасно зная, что ждет впереди как Эмму, так и Марию, да и всех остальных.
Когда Реджина приехала на стадион игра уже как 10 минут началась, и брюнетка сразу ринулась в комнату отдыха, где и застала следящего по телевизору за игрой, Дэвида.
Реджина сидела в напряжении весь первый сет. Когда прервали матч из-за дождя, девушка была, как на иголках. Она не разговаривала с Дэвидом, так как прокручивала в голове разнообразные мысли.
«Эм, как же я хочу быть рядом. Если сейчас матч не возобновят, я больше не смогу находиться в этом помещении и побегу к тебе. Я наплюю на все и буду рядом. Рядом с тобой любимая».
- Слава Богу, его возобновили, - выдохнув, сказала Миллс.
- Лучше бы не прерывали, - как-то грубо и совсем отвлеченно сказал Свон, видя, как Шарахнина сравнивает счет в сете.
- Это ее не сломает, она и после перерыва сможет выиграть. Эм, давай, пожалуйста, любимая, - последнюю фразу Реджина неосознанно произнесла вслух.
Дэвид с улыбкой посмотрел на взволнованную Миллс и произнес.
- Ты главное не волнуйся. Моя дочь сделает все возможное, лишь бы не подвести тебя.
Реджина улыбнулась словам Дэвида и одновременно выигранному очку Эммы.
- Я знаю. Вы виделись с ней после моей игры?
- Нет. Мы с Киллианом и Деборой ждали матча в комнате отдыха, а Эмма настраивалась, как и обычно, в одиночестве, - ответил отец и посмотрел в телевизор, где Свон сравняла счет, и девушек ждал тайм-брейк.
- Сегодня она хотела, чтобы я была там, - сказала Реджина, - я отказалась.
- Она хотела? Нет, не так спрошу, - призадумался Дэвид, - она просила тебя быть с ней там?
- Да, но я испугалась, что ее это подкосит. Мы уже это прошли, и я не хочу, чтобы это повторилось, - не сводя глаз с экрана, ответила брюнетка.
- Реджина, я думаю, тебе стоило согласиться, - серьезно сказал Дэвид, - Эмма редко, когда просит, а если уж искренне, то это ей было крайне необходимо.
Но тут Свон смотрел в телевизор. Эмма выиграла под ноль тайм- брейк, а, следовательно, и первый сет.
- Есть! - крикнул Свон.
- Нет, я считаю, что поступила правильно. Эмма бы подверглась эмоциям, и это могло ей помещать, - ответила Реджина, порадовавшись победе Эммы в первом сете.
- Реджина, прошу тебя, как отец, - серьезно говорил Дэвид, смотря на Миллс, - будь рядом с моей дочерью. Эмма дважды просить не будет, если ей будет плохо или тяжело она будет переживать это все в себе и никогда не захочет, чтобы ей помогли. Поэтому, Реджина, пожалуйста, будь рядом. Я знаю, как вам обеим это важно.
- Для меня нет ничего важнее, чем быть рядом с ней. И если она попросит, я брошу все свои дела и буду рядом, - серьезно ответила Реджина.
- Спасибо, - сказал Дэвид и, улыбнувшись, продолжил смотреть телевизор, где как раз начинался второй сет.
Второй сет был подстать первому по накалу страстей. Ни один гейм не был сыгран без счета 40:40. В каждом гейме была борьба. Причем сразу видно борьба профессионалов.
На табло счет 7:6, 5:5 и почти три часа с начала встречи. Такого долгого матча в теннисной карьере как одной, так и другой теннисистки хоть и было, но было это вместе с третьим сетом, а тут…
Здесь еще идет вторая партия, а исход матча неизвестен и настолько непредсказуем, что даже букмекеры принимают ставки 1 к 1.
Настрой у Шарахниной точно такой же, как и у Свон. Боевой, серьезный, самый что ни на есть ожесточенный, но с одним лишь исключением. У Марии было уже достаточно подобных серьезных матчей на таких стадиях, а у Эммы такое впервые. Не считая тех матчей в преддверии этого турнира.
Но что могут сопоставить рядовые турниры WTA с турниром Большого шлема? С самым престижным в жизни любого теннисистка, желанным и безумно сложным?!
Правильно. Ничего. За исключением победы любимого человека. И именно такие мысли посетили Эмму во время 11 гейма второй партии, когда она подавала.
«Мне необходимо победить! Я должна сделать это ради Реджины и только ради нее! А в финале… А в финале уже победит Миллс. Да. Я решила для себя. Реджина достойна этого титула многим больше, чем я. А сейчас… Нужно сделать все возможное от меня лишь бы упростить ей задачу в этом…»
Снова начал моросить дождик. Крышу над кортом так и не починили или даже можно сказать не стали и мучиться. Судья спрашивал у обеих теннисисток, готовы ли они продолжать матч в такую погоду. На что, Эмма подняла свой взгляд в небо и почувствовала, как прохладные капли опускались на ее, изрядно горящее и вспотевшее лицо, немного охлаждая. Эмме, также как и Реджине, нравится такая погода. Нравится, когда в таких напряженных матчах дождь помогает немного остыть и не так тяжело двигаться и дышать. Именно свежий воздух и небесные капли упрощали и без того сложнейший матч обеим теннисисткам. И естественно они единогласно согласились продолжить встречу.
Счет 6:5 по геймам в пользу Свон и подача Шарахниной.
Если она выиграет, то девушек вновь ожидает тайм-брейк. Но у Эммы совсем другие планы. Она безумно сосредоточенно принимает подачи Марии, предугадывая каждый последующий шаг блондинки. И эта тактика принесла, наконец, свои плоды, показывая 0:30 в пользу Свон. И сейчас всего одно очко отделяет ее от матчбола.
Но по воли случая или рока, дождь над Нью-Йорком усиливается, а корт становится похожим на каток. Но судья решает не останавливать хотя бы этот гейм, на что теннисистки сами и соглашаются.
Подача Шарахниной в правый крайний угол летит прямо на середину линии и с такой скоростью, что Эмме только в шпагате удается достать его и перевести бэкхендом под заднюю линию на сторону соперницы. Мария со всех ног бежит на этот мяч и с силой переводит диагональным, думая, что Свон в другой стороне корта. Но Эмма вновь угадывает действия Марии и находится уже там, куда и направила удар Мария. И… И мяч запущенный Шарахниной набирает безумную скорость. Настолько быструю, что Эмма не успевает увернуться, и он со всей силы попадает Свон в правое, травмированное плечо…
Эмма скорчивается от боли, ракетка вылетает из рук, а саму блондинку ударной волной немного откидывает и она падает… И падает снова на это бедное и измученное плечо. Свон лежит и не шевелится. Руку окутывает ужасная боль, а сверху уже градом падает дождь. Весь стадион замер и каждый боится произнести даже слова…
========== Глава 45 ==========
Один только человек на всем стадионе быстро опомнился и со всех ног побежал за врачом.
Как только Джонс привел врача, они вместе подняли, так и лежавшую Свон с корта и увели в подтрибунное помещение. Тем временем судья остановил матч из-за дождя, и Эмме не пришлось даже брать медицинского перерыва. Шарахнина всем видом показывала, как она сожалеет, но подойти к Свон не решилась и скрылась в одной из раздевалок.
Боль. Ужасная и обволакивающая боль не отступала ни на секунду.
Единственное, что сказала Эмма, когда она оказалась в раздевалки это, - Джонс, мне нужна Миллс.