Двуликий бастард. Том 3 (СИ)

— Через двадцать минут станет моим, — продолжил я.
Мимуро скривил губы, приподнял бровь и заморгал, не поняв до конца, что я имею в виду. Злится он, ох как злится. Пускай. В то, что он собрался отдать мне власть, не знал даже он. Но сейчас это не особо и важно, двадцать минут — все, что отделяет Рорана от титула Графа. Всего лишь двадцать гребаных минут.
— Что ты несешь, ублюдок? — Мимуро подался вперед.
— Ах… ты ведь не знаешь, — я развел руками. — Да, Граф Дензо тебе не сказал. Вижу-вижу… он и сам не знал, Мимуро-сан. Повторюсь, ты молодец. Но вот каким бы ты ни был, ты к тому ещё и глупец… хотя бы потому, что за все это время ни разу со мной не связывался.
Я демонстративно поглядел на Тедзо и Тору, чьи лица успели покрыться тонким слоем пота от волнения.
— Не связывался ведь?
— Нет, мы с ним дел не имели, — подтвердил Тору.
— Ни войны, ни союза. Вы и видитесь-то впервые, — продолжил за ним Тедзо.
— Впервые, — кивнул я, вновь бросив взгляд на Мимуро. — И ты, старый волк, решил взять меня своим скудным разлаженным от кокаина мозгом и каким-то там опытом? Ты действительно думал, что соберешь вокруг меня гребаный отряд оябунов и заберешь у меня всё, что я так долго строил? Да если бы я решал дела таким идиотским методом, то давно лежал бы неподалеку от этих могил, Мимуро-сан!
Мимуро вздрогнул, сощурился и натянул улыбку, убирая пистолет с предохранителя. Будет стрелять неожиданно, поэтому было лучше все же предостеречь себя от гибели — разогнать кровь по венам с помощью одной из печатей и выпустить в глаза би-клетки.
— Ты… блефуешь… — он хищно оскалился. — Ты у меня как на ладони, сопляк. Граф Дензо сейчас моя пешка, а власть, что я получу с его помощью, будет непомерна. Корпорация Тойота, что производит автомобили, будет принадлежать мне на десятую часть. Деньги, власть и сила… это то, что у меня есть и то, что я приумножу через несколько минут. А ты… что есть у тебя помимо раздутого эго, лживого языка и кучки алкашей за спиной?
Я заметил, как из тела главы преступного клана стала высачиваться не только си-энергия, но и би-клетки. Этот тип был силен… на уровне ранга «мастера», если не ошибаюсь, но…
— Граф Роран Хатано… — я открыл глаза… активировал силу Деймоса.
— Чт… ч-что?
Воспользовавшись тем, что преступники на секунду осеклись, я, отшагнув назад, использовал печать призыва и наставил ствол револьвера на лоб Мимуро, после чего выстрелил. Но вот не пулей… нет, это слишком банально и глупо — стрелять в столь крепкого мужчину обычным патроном. Я сделал чуть иначе.
В миг, когда пуля только-только вылетела из дула револьвера, я закрыл глаза и в этот раз активировал печать обратного призыва — печать, что способна была заменить один помеченный объект на другой в один гребаный миг. Патрон, который сейчас летел в лоб Мимуро-сана, внезапно заменился костью Адама — и та, имея ту же скорость, что и патрон, глубоко вонзилась в прочную защитную оболочку мужчины, вонзившись в его лоб.
Напомню, контакт с артефактом мог убить человека. И убить не за мой счет, а за счет силы Рорана, который, впрочем, и ставил печать. Не знаю, хватит ли Рорану мощи пробить своей печатью магическую оболочку Мимуро, но если да, то мне удастся избавиться от невероятно проблемного оябуна.
Итак, еще раз, у меня было всего лишь несколько часов на то, чтобы придумать план отступления, поэтому он и был таким примитивным.
Мужика откинуло назад, а в прочном лбу его застряла кость. И теперь вся надежда была на силу Рорана, что должен был сейчас почувствовать некоторую слабость. Ствол мой скользнул чуть влево и выстрелил еще раз. В этот раз в висок одного из опешивших союзников клана Кондо. А затем я выстрелил и в третьего.
— Шин, назад! — меня резко дернули за руку и повели назад к союзникам.
По кладбищу стали слышаться звуки выстрелов, усиленных маной. Якудза клана Кондо разом двинулись на нас, выбрасывая на атаку всю ману, что у них хранилась. Впрочем, наши люди были не менее бесстрашны — двинулись в ответ, стараясь прикрыть меня, и пока всё выходило удачно.
 
Конечно, бежать на передовую в желании поразить как можно больше якудза я попросту не мог. Моя защита сильно уступала той, что создавала си-энергия, а использовать глаза я мог не больше двух минут в общей сложности. Причем зрение моё и без того страдало от столь частого применения би-клеток.
Я должен был действовать умнее. И сейчас, когда я свалился в небольшой окоп, который сам вырыл ночью, я снял с себя пиджак. Пришло время опробовать в действии мою стратегию по ведению боя с якудза.
Задрав рукав рубашки, я стал поочередно активировать печати взрывов. Эти рисунки отличались от тех, что я рисовал ранее. В этот раз взрывы приходилось активировать дистанционно, но я был готов принести в жертву немного своей жизни… всё же повод на это был.
Как только послышались многократные взрывы, разносившие на куски как могильные камни, так и вражеские внедорожники, я высунул голову из окопа и обернулся к своему отряду, что от взрывов опешил не меньше.
— По машинам, живо! Мы отступаем, вашу мать!
* * *
Роран уже двадцать минут чувствовал жуткую слабость в теле. Кто-то активировал одну из его печатей, и теперь его жизненные силы утекали, точно струя воды. Да, если бы он был молод, подобные потери не стали бы особо его волновать, но сейчас… он давно не тот парнишка, что не ценит свою жизнь.
— Уважаемый Роран Хатано! — судья поднялся со стула, оглянув помещение, что было забито аристократией со всей Японии, репортерами и операторами.
Роран с трудом поднялся на ноги, поправил воротник рубашки и посмотрел на судью. Рядом с ним сидел Граф Хиро, что, впрочем-то, и дал свой решающий голос за Рорана. Арьи не было, она решала какие-то свои вопросы, а Фумико… её просто не впустили — девочка ждала отца в коридоре.
— Именем Императора и с согласием Графа Дензо Нагивара, что решил оставить свой титул, я, путем голосования в среде высшей аристократии, провозглашаю вас новым Графом Японской Империи за заслуги перед народом Японии и принятие активного участия в делах Империи. Носите этот титул с достоинством, Граф Роран Хатано!
Под громкие овации судья открыл небольшой ящик, покрытый матовой красной тканью, и развернул его в сторону Рорана, что продолжал ощущать слабость и едва ли улавливал слова судьи. В помещении все затихли — каждый ждал того самого момента, когда седой мужчина наденет на свой палец тот самый заветный золотой перстень, украшенный безумно дорогими камнями.
— Спасибо, — лаконично отозвался Роран, с трудом натянув триумфальную улыбку.
— Род Хатано отныне носит герб волка — герб животного, что становится вожаком стаи после прохождения огромного количества потерь и сражений. Мне жаль, что многие ваши родственники не смогли дожить до этого момента, но я уверен, они наблюдают за вами.
Пока судья говорил, Роран подошел ближе к шкатулке и взял двумя пальцами перстень, на котором в действительности был выгравирован волк. С обратной же стороны на перстне было выточено его имя.
Судья, договорив, поместил в руке Рорана документ, что официально подтверждал его титул и давал право на владение уникальной собственностью, землей и процентом с продаж природных ресурсов. В одну секунду Роран стал чуть ли не богаче умника Шина, который столько усилий и времени приложил, чтобы хоть немного приблизиться к этому статусу.
Да, в Японии, конечно, многое изменилось с момента, как Роран её покинул, но вот фундамент остался тем же. Сильные способны получать всё и сразу, а слабые… должны жить так, как могут позволить их амбиции и способности. Империя в людях без особого таланта как не нуждалась, так и не нуждается.
После аплодисментов аристократы, репортеры и операторы стали медленно покидать огромный зал заседаний, и Роран пошагал-было в коридор, но тут же…
— Поздравляю, Граф, — по плечу его хлопнул Герцог Ясуо. — На будущее хочу сказать, что я был не против твоего повышения в должности. К тому же твое имя тесно связано с кланом Хиро. Никто не был так близок к этому титулу, как человек, жена и дочь которого принадлежат Графскому роду.