Доверяю тебе (СИ)

— Что? Не нравится, когда говорят правду? — он сжимает мои запястья сильнее, скрестив их на груди и прижимая сильнее к стене. — Ты самая настоящая шлюха, которая строит из себя тихоню, тогда как на самом деле раздвигаешь ноги для мужиков постарше, тех у кого денег полно. — вкрадчиво с презрением шипит, глядя мне в глаза. — Например/ твой босс. Как вижу, ты виртуозно справляешься со своими обязанностями, трахаясь в его постели.
— Что ты несешь?! Отпусти меня! — дернулась всем телом, чтобы оттолкнуть его, но это не представлялось возможным. Масса его тела превышала мою в разы.
Смирнов отпустил мои запястья и отошел на шаг назад, на его лице было отвращение, будто он коснулся самой грязной на свете девушки, которую брезговал:
— Пошла. Вон. Шлюха. — рыча, указал на выход рукой.
Я не смогла сказать ни слова, настолько была напугана его действиями и словами. Проскользнув из квартиры и не поворачиваясь больше, преодолевала лестничные пролеты до первого этажа без остановок. Как только выбежала из подъезда остановилась и вдохнула полной грудью свежий морозный воздух.
Что с ним стряслось? Откуда столько злости и желчи в мой адрес? Что я такого сделала? Обида и непонимание сменяли друг друга, и сложно было остановить поток слез. Его слова больно ранили. И вместе с морозным воздухом вмиг заставили протрезветь. Неужели я выгляжу именно такой со стороны?
Боже, да что же это такое? Почему весь мир против меня ополчился? Любимый человек изменяет за спиной, а со стороны люди видят во мне шлюху! Хочется сбежать ото всех и спрятаться, где никто не найдет, но даже идти некуда! Рядом нет близких и родных. Даже Ксюша и та запропастилась где-то, оставив меня совсем одну в этом чужом городе. А я так надеялась на поддержку подруги. Видно, судьба такая быть одной.
Пошарив карманах, я поняла, что у меня даже не было денег на такси. Если бы Ксения была одна дома — заночевала бы у нее. Еще и телефон сел, а до квартиры Влада еще с десяток остановок. Простояв минут пять у подъезда Ксении, соображая, как быть, уже успела продрогнуть. Не грел больше алкоголь, и даже новый пуховик. Не оставалось никаких больше вариантов, кроме как идти пешком.
Я не особо была знакома с этим районом, поэтому зная примерный маршрут, шла вдоль дороги, боясь срезать через темные дворы. Если же возле меня сигналили проезжающие машины, убегала от дороги не оборачиваясь, а когда дожидалась, что машина скроется из виду снова возвращалась.
Пройдя уже больше половины пути и промерзнув насквозь, не чувствуя рук и ног, я услышала знакомый голос, который не терпел возражений:
— Саша, немедленно садись в машину!
Если бы на улице не было так чертовски холодно, не дул промозглый ветер, и я хотя бы чувствовала ноги, которые ели-ели передвигала в сторону дома Влада, то ни за что бы на свете не повернулась на его голос, а упрямо пошагала бы дальше. Но холод был единственной причиной наплевать на обиду и остановиться. Поэтому стиснув зубы, все же развернулась и направилась к машине. Не поздоровавшись и не взглянув на него, села впереди и обняла себя за плечи пытаясь согреться. Зуб на зуб не попадал, мне было безумно холодно.
Владислав включил печку сильнее.
— Так лучше? — спросил он, тронувшись с ночной улицы.
Кивнула головой.
— Сколько ты уже гуляешь по улице?
— Н-не знаю.
— Что значит «не знаю»? Уже третий час ищу тебя, где ты была? — он злится, голос становится громче.
Я же продолжала молчать.
— Я с тобой разговариваю! Почему ты оказалась на улице так поздно? — мельком глядит на меня и снова переводит взгляд в лобовое стекло.
— После работы я поехала к Ксении, — решилась сказать, только бы не слушать его претензии, — но ее не было дома. И у меня сел телефон, поэтому от нее я шла пешком. Денег тоже не было.
— А прежде, чем ехать к ней, нельзя было позвонить и узнать дома ли она? Что за детский сад, Саш? Я катаюсь Бог знает где, в поисках тебя, а ты гуляешь в третьем часу ночи по улице, по морозу! А если бы на тебя напали? Идиотов хватает. И простыла, наверное, вон как трясешься вся! — он попытался включить печку еще сильнее, но она и так стояла на максимуме.
 
— Я была уверенна, что она дома.
Конечно же, об этом не думала, ведь пьяна была, мне просто нужно было увидеть подругу и выплакаться, а позвонить ей не догадалась.
— Уверена она была, — передернул он мои слова, — нужно было домой ехать и ждать меня, — уже тише проворчал.
— Тебя ждать. — не смогла сдержать ухмылку. — И сколько ждать то, ты даже не потрудился оповестить, когда вернешься! Я что курица наседка, сидеть в четырех стенах и неизвестно чего ждать? Что хочу то и делаю! — не выдержав его претензий, все-таки вспылила.
Сам то не лучше. Шляется со своими девками. И держит меня за дуру.
— Забыл предупредить, забыл! — крикнул Влад, — Прости. — его голос стал мягче, — заработался. Конечно же, ты можешь делать все, что хочешь, я не заставляю тебя сидеть дома. Но только не надо по ночам неизвестно где, мотаться с выключенным телефоном. Я переживал, не зная где искать тебя! Хорошо, что спроси адрес Ксении у Натальи и поехала сюда.
Заработался он, знаем мы вашу работу — таскаться по ресторанам с девицами, и нагло врать своей девушке. Бывшей девушке. Переживал он, да что он о переживании знает то? Это я ночами не сплю, думая о том, где и с кем он. Во мне бушевало море эмоций, но я просто молчала. Да и что говорить?
— Что с тобой происходит последнее время, не могу понять. — тихо начал он, так и не дождавшись о меня ответа, — Все же нормально было, что стряслось, Саш? Я тебя не узнаю, — он то и дело оборачивается в мою сторону в надежде встретиться взглядом, но я упорно игнорирую его попытки, вперившись в лобовое стекло, наблюдая за дорогой, — значит, будешь молчать?
— Хорошо, я подожду пока ты накрутишь в голове по — максимуму, а вот потом и поговорим. Угадывать, что не так я не собираюсь, — психанул, поставив точку в разговоре.
Как только подъехали к дому, натянув перчатки, затянув капюшон пуховика, вылезла из машины и направилась к подъезду. Владислав шел следом. Продолжали молчать и в лифте, и когда зашли в квартиру. Влад быстро снял пальто, разулся и скрылся в спальне. Я же с неохотой сняла верхнюю одежду и прошла на кухню включить чайник.
Вскоре вышел переодевшийся Владислав:
— Я наполняю ванну, иди погрейся, — сказал он, подходя к холодильнику.
— Не хочу, — как бы не выказывал заботу, решила обойтись без нее.
Хотя идея была и правда отличной, только теплая ванна способствовала согреву моего продрогшего тела. И чай. Кипяток, для которого наливаю в кружку.
— Могу сам унести тебя и засунуть в ванну, — пожал он плечами, внимательно изучая содержимое холодильника, в поисках того, чем можно поужинать.
По-прежнему игнорирую слова мужчины.
— Саш, я серьезно, ты дрожишь до сих пор, я не хочу, чтобы ты заболела снова.
— Хорошо, хорошо! — вскинув руки, раздраженно отвечаю и выхожу из кухни.
Позже, окунувшись в теплую ванну, аккуратно вытягиваю ноги. Сопротивляться его упорству не стала, ведь как не крути, а Владислав всегда знает, что для меня лучше. И даже сейчас хорошо справляется со своей игрой, думая, что я осталась в дурочках и ничего не знаю о его шашнях с другой. Пальцы на ногах и руках приятно покалывало от горячей воды, это хороший знак, значит, не отморозила. Я закрыла глаза и расслабив тело, углубилась в свои мысли.
Нужно признать, что делать вид, что все отлично и у него нет любовницы, у Влада получается мастерски. Все та же забота, все то же внимание, только свой холод в отношении меня, он не сможет прикрыть ничем. Теперь его мысли занимала другая, а ко мне он потерял всякий интерес. В груде кольнуло от осознания того, что теперь, больше не буду той, кому он дарил свое внимание, тепло и заботу. Я буквально ощущала, что его мысли были заняты совсем не мной и нашими отношениям, а чем-то более важным. А вернее кем-то. Как так случилось, что в тот вечер, когда я застала их впервые, он полностью изменился и даже не пытается признаться во всем? Как долго он намеревается врать? Как долго он встречается с этой девицей? Возможно, я не узнаю об этом никогда, потому как в ближайшее время намереваюсь съехать. Ноги моей больше в этой квартире не будет.