Доверяю тебе (СИ)

Наконец, его глаза распахиваются и пристальный взгляд впивается в мое лицо. И от этого взгляда стало не по себе, он полон решимости и желания, и безумного голода. А мое тело и каждая его часть пронизаны нетерпением и тягостным желанием прикоснуться к его губам. По коже прошли мурашки, дыхание сбилось, когда его ладонь скользнула по шее и притянула ближе. И в ту же секунду, он склоняет голову, и наши губы мягко соприкасаются. Кажется, все тревожные мысли вылетели из головы. Руками цепляюсь за его толстовку и тяну на себя, глаза закрываются. Все хорошо. Я полна уверенности, что он ничего плохого не сделает, но напряжение в теле никуда не исчезает. Сначала его поцелуй был сдержанным, он будто изучал, пробовал на вкус, нежно вбирал губы, касался языком. А когда приоткрыла рот, то уверенно проник в него языком, и салон наполнился моим слабым и его хриплым стонами.
Ему нравится, а как же счастлива я! Невероятные ощущения наполнили тело, такого я никогда в жизни не испытывала. Потребность быть еще ближе и неуверенность в том, что нужно делать дальше, разжигали огонь внутри и сдерживали одновременно. Второй рукой прошелся по спине и опустив на поясницу, прижал достаточно близко, насколько позволял салон машины. Коробка передач больно давит на бедро, но я и не думаю жаловаться.
Внезапно от отрывается от моих губ и глотая воздух, глядит на меня затуманенным взглядом. Я и сама с трудом различаю его обезумевшие черты лица, он, кажется, не совсем пришел в себя, как и я. Моргаю и зрение становится отчетливее, на его губах светится ласковая улыбка, что пронзает сердце теплом.
— Прости, малыш, я едва мог удержаться, — качает головой, и сжав губы, прячет улыбку. Аккуратно убирает прядь волос за ухо и костяшками пальцев проводит по щеке.
Смущенная до ужаса, знаю, что сначала мои уши, затем щеки, шея и все лицо залилось краской. Не в силах больше удерживать его взгляд, опускаю голову к рукам, что до сих пор сжимают его толстовку и отпустив, кладу на свои колени. Почему он посмеивается надо мной? Я должно быть выгляжу забавной или дико нелепой? В любом случае его добродушный смех заставляет мое сердце биться с утроенной силой.
— Саш, все в порядке? — пальцем приподнимает мое подбородок, побуждая посмотреть на него.
— Даже лучше, чем просто нормально, — тихо отвечаю и встретившись с ним взглядом, закусываю нижнюю губу. Чувствую, что кончики ушей горят от этого признания.
— Не делай так, — большим пальцем высвободил мою губу из захвата зубов, и подмигнул, — а то не удержусь и снова попробую твои сладкие губы.
Неловко улыбаюсь в ответ и молчу. Почему так неловко? Мне нужно остаться одной и как можно скорее. Слишком много произошло за этот вечер, боюсь мое сердце не выдержит столько эмоций и есть угроза, что я просто отключусь.
— Эм, ну я пойду? Поздно уже. — гляжу на него умоляюще, он должен сжалится и отпустить меня.
Владислав опускает свое лицо к моему виску, и я отчетливо слышу, как он вдыхает запах моих волос.
— Спокойной ночи, Саш, — на выдохе прошептал и оставив на виске легкий поцелуй, отстранился.
Даже не глянув на него, сломя голову выбежала из машины и устремилась к подъезду. Сердце заходится кульбитами в груди и перепрыгивая степени спешу по лестничным пролетам в квартиру, как будто за мной гонится стая собак. А когда очутилась дома и прислонившись спиной к закрытой двери, тяжело дыша, жалею, что не увидела его лица. Больше всего я хотела знать его эмоции, но смущение не позволило взглянуть на него.
Что он испытывал? Прощался ли? От этой мысли стало зябко и не по себе внутри. А вдруг и правда сожалел? Не может быть такого.
Значит был счастлив? Скучает ли обо мне? Потому как мое сердце рвется к нему, готова бежать за его машиной, только бы снова почувствовать вкус его губ и прижаться к его груди. Я такая глупая. Смогу ли сегодня уснуть? Вряд ли.
В следующее раннее утро мне с трудом удалось оторвать голову от подушки, и разлепить глаза. Как же я хотела спать! И как на зло лекции в институте ставят безжалостно рано, поэтому прогуливать их — не вариант. Утешало то, что до конца сессии осталось всего пара недель.
 
Почему с тяжестью оторвала голову от подушки с утра? Конечно же всему виной Владислав Андреевич. После того, как оказалась дома, приняла душ и нырнула в постель. Хоть в теле и ощущалась усталость от перенапряжения, не каждый же день меня целует симпатичный начальник, но уснуть все же удалось через несколько часов. Ворочаясь в кровати и прокручивая все события прошлого дня, я хорошо помнила этот потрясающий поцелуй. И пришла к выводу, что первый поцелуй должен быть именно таким: жарким, страстным и с человеком, который знает в этом толк. Смущало только одно — Владислав Андреевич долго не решался поцеловать и даже попросил прощение за то, что не сдержался. Это очень напрягало, будто этим поцелуем он обидеть меня не хотел. А может для него это ничего не значило? Что, если теперь, он будет себя вести так, будто ничего между нами и не произошло в салоне его машины? А что, может он всех целует, без разбора, и это для него само собой разумеющееся дело?
Нет, это глупо. В особенности для такого мужчины, как Владислав Андреевич. Он ведь не безмозглый мальчишка, которые делает все, что ему взбредет в голову и не неся за это никакой ответственности. Быть того не может!
Но в любом случае, я боялась обоих вариантов его поведения, когда выйду на смену после выходных. Сама лично увижу, как он поведет себя. Либо будет избегать меня и делать вид, будто не было этого злосчастного поцелуя. Это будет самое ужасное, что может произойти между нами, и именно эту мысль гоню куда подальше. Либо наоборот покажет всеми своими действия, что все, что было прошлой ночью ему понравилось и…захочет большего. А этого «большего» я боялась еще сильнее. Замкнутый круг какой-то, любой исход положения, в которое он меня впутал — пугал и заставлял нервничать.
Не хотелось идти на лекции с утра, но, как ни странно, пролетели они незаметно. Я дала себе установку, что не буду думать о своем начальнике и с головой погрузилась в учебу. По итогу лекции оказались настолько интересными, что я даже не успевала записывать весь материал.
Машка, на удивление, перестала замечать меня, косые взгляды и перешептывания тоже исчезли. С трудом верилось, что от меня отстали, и все это походило на затишье перед бурей. Не в эту сессию, так в следующую мне точно стоит ждать подставы. Ладно, хватит об том, пора сходить в библиотеку и взять пару книг для курсовой на следующую сессию, пока еще не забыла новый материал.
Стою возле библиотекарши, и закатив глаза, выслушиваю. Оказывается, нужную книгу не выдают на дом и воспользоваться ей можно только в библиотеке. Решаю, что незачем торопиться домой в свой выходной, и направляюсь в читальный зал, чтобы ознакомиться с темой и сделать записи.
Да, что ты будешь делать — нигде от него покоя нет!
В пустой библиотеке замечаю единственного посетителя — Смирнова. Но почему именно сегодня он решил посидеть здесь и сделать свои задания? Прохожу мимо него в другой конец зала и бросив сумку на стол, усаживаюсь. Краем глаза замечаю, что он внимательно следит за мной, и этот его пристальный взгляд нервирует.
— Что? — Не выдерживаю, вскрикнув, — Везде достанешь.
Он нагло ухмыльнулся и отложил книгу в сторону:
— Я тебя достаю? А по-моему, я уже тут сидел, когда ты вошла. Следовательно, это ты меня достаешь и преследуешь, бука.
— Не надо называть меня так, у меня есть имя! — Слишком остро реагирую на него, но не могу сдержаться от его насмешливого тона.
— Тогда представься, Бука, потому как, мне оно неизвестно.
— Саша, — буркнула и снова уставилась в книгу.
Ну чего пристал то? Раньше нам удавалось держать молчаливый диалог, сейчас же нарушила его сама. Еще и имя сказала. Зачем? Теперь вообще не отстанет. Конечно же, моя раздражительность была связана с предстоящим выходом на работу и встречей с Владиславом Андреевичем. Кстати, как мне к нему обращаться теперь? Владислав или просто Влад? На Вы или на Ты?