Рыжая катастрофа для босса (СИ)

— Полина, — слышу за спиной мягкий голос Инны. — Ласочку позавчера забрали.
— Как забрали? — поднимаю на неё глаза, полные боли.
— Её забрал очень хороший человек.
Инна подходит, обнимает меня за плечо.
— Здорово, правда? Наша красотка нашла хозяина.
Мячик выпадает из рук. Отворачиваюсь, сильно зажмуриваюсь, чтобы не показывать Инне своих слёз.
— Поля... - пытается меня успокоить.
  
Но поздно. Убираю её руку, забегаю за сторожку и присаживаюсь на обшарпанную лавку.
Прячу лицо в ладонях, в голос рыдаю, ничего не могу с собой сделать. Ругаю себя, ведь Ласка теперь будет счастлива, в новом доме, с любящими хозяевами — мне бы радоваться за неё, но разлука с любимицей разрывает мне сердце.
— Поль, ты чего? — находит меня Маргоша.
Провожу рукой по носу, прячу взгляд.
— Ты из-за Ласки, да?
Киваю, грусть искажает лицо.
Реву, как маленькая девочка, у которой отняли друга, не могу остановиться.
— Поля, Полюшка, ну что ты? — Маргоша садится рядом со мной, обнимает, гладит по спине. — Поля, не надо, не плачь. Ласке так лучше, она, наконец-то, попала в добрые руки. — Я за неё рада, судорожно выдыхаю. — Честное слово, рада, но мне очень грустно.
— Ещё бы... — с пониманием тянет подруга. — Всегда тяжело расставаться с друзьями.
Макс
Застёгиваю молнию спортивной куртки, разминаю голеностоп и вперёд! Ночью прошёл дождь, и сейчас воздух свеж и прохладен.
Ничто так не бодрит с утра, как хорошая, активная пробежка. Уже много лет именно с пробежки начинается мой день, приобщился к здоровому образу жизни, о чём не жалею.
В здоровом теле — здоровый дух!
Но теперь по утрам я бегаю не один...
— Ласка! — кричу и подзываю семенящую позади лентяйку. — Догоняй, девочка!
Догоняй!
Сидела барышня в клетке, ждала своего принца, теперь пора и в форму приходить.
— Ласка! Ко мне!
Но мадмуазель не шибко спешит шевелить лапами.
— Ласка! А если наперегонки?
И тут в ореховых глазах блеснул азарт. Рыкнув, моя краса ускоряется и обгоняет меня.
—э — тяну руку вперёд и набираю скорость. — Ласка!
Ретривер уносится далеко-далеко, собака спокойная, на людей и четвероногих не
кидается, но, вдруг, убежит незнамо куда, а я потом ищи.
— Ласка! — разгоняюсь, несусь за ней как спринтер.
Высоко поднимаю колени, отталкиваюсь мысками об асфальт, стискиваю зубы.
Не сдаюсь!
Догоняю и вижу, как моя собака с щенячьим восторгом сигает в лужу.
Огромную.
И грязную.
— Ласка, ну ё моё!
Собаченция довольна, открывает пасть и, кажется, даже улыбается. Беру её за ошейник и вытаскиваю из болота.
— Ласка! А ты действительно собака? По-моему, ты рыжий поросёнок.
Моя строптивая рыжуля останавливается и...
— Ласка, нет.. Нет! Не надо! — ретируюсь подальше от неё, но поздно.
Ласка начинает отряхиваться, а меня с ног до головы окатывает грязной водой, стекающей с её длинной шерсти.
— Ласка, ну ёп.. — проглатываю дальнейшую нецензурную брань вместе с дождевой водой, залетевшей мне в рот.
Побегал, называется.
А она лает себе и рада. Подбегает ко мне, запрыгивает на грудь, оставляя на куртке за две тысячи баксов следы от лап.
Ещё одна ходячая катастрофа!
Рыжие! Все вы такие! Невыносимые! Но и без вас жизнь теряет краски, становясь серой и тусклой.
— Идём домой, — пристёгиваю поводок и веду свою красу мыться.
И самому душ и стирка точно не помешают.
Заходим в квартиру, Ласка уже набирает обороты, чтобы начать носиться по конуре в четыреста квадратов, которую она уже за два дня облюбовала.
— стоять! — панически восклицаю. — Вернись на коврик.
Собака послушно включает задний ход.
Грязная, чумазая, мокрая, она оставит после себя уйму следов, а этого я допустить не могу.
— Иди сюда.
Наклоняюсь, беру её на руки и тащу в ванную комнату. Мадам кокетливо порыкивает.
— Да-да, гордись, дорогая. Ты — первая представительница женского пола, которую я ношу на руках.
16.
Полина
— Не реви, — произносит голосом Карлсона Марго. — Кому говорят? Не реви.
Мы уже подходим к нашему дому, а я всё ещё не могу прийти в себя.
— Ласке так лучше!
— Да знаю я! — выпаливаю раздражённо.
За сегодняшний день мне эту фразу сказали раз сто! И все сто раз они были правы.
Но что делать, если я очень полюбила мою рыжую красавицу? Не надо меня лечить, дайте мне попереживать, погоревать.
Отстаньте от меня!
Но вместо этого я опять слышу:
— Не реви.
Нос опух и не дышит, глаза красные, настроение хуже некуда. Заходим в квартиру, Гера, как обычно, сидит в своей комнате, в наушниках и, конечно же, ничего не слышит.
— Тебе сейчас не о Ласке думать надо, — напоминает о важном Марго. — А о твоей завтрашней поездке с боссом. Нам нужно придумать, как раз и навсегда отвадить этого извращенца! Чтоб у него на тебя хрен не стоял, слюна не текла, глаз не горел!
Вот знает подруга, как испортить и без того поганое настроение.
Гера проходит мимо нас, неся в руках банку из-под газировки.
— Здороваться не учили? — рычит на него Маргоша.
— А вы чего, уходили куда?
Мы с подругой переглядываемся. Кажется, Гере надо почаще выбираться из своего виртуального мира в мир реальный.
— Вообще-то нас весь день дома не было!
— Да? — сомневаясь, сосед выгибает бровь и сминает пустую банку в руке.
Пытается бросить этот комок в мусорное ведро, промахивается и.. Идёт себе преспокойненько обратно в свою берлогу.
— Так Гера! — голосом строгой воспиталки начинает Марго. — Немедленно убери за собой!
Хренак - и дверь перед её носом закрывается.
— Гера! — лупит рукой по дереву подруга. — Гера! Герасим, блин, я тебе не Му-Му, терпеть не буду, а ещё и такую затрещину влеплю, что улетишь обратно в свой.
Марго оборачивается ко мне и, прервав ругань, спрашивает:
— Кстати, а откуда он?
В ответ я пожимаю плечами.
Живём уже год втроём, а так и не узнали, откуда родом наш Герасим. Когда мы заехали, он уже снимал свою комнату.
— Свинота! — пнув дверь ногой, Марго злится пуще прежнего. — Устрою я тебе!
Но в ответ мы слышим только громкую отрыжку от газировки.
— Фу, Гера!! — разом морщимся.
Отлетаем от двери, как от чего-то требующего немедленной дезинфекции, и тут подругу осенило.
— А это идея! — радостно взвизгнув, подпрыгивает она.
— Ты о чём?
— Идём!
Марго хватает меня за локоток и тащит на кухню.
— Вот скажи мне, какие женщины больше всего раздражают мужчин?
— А?
— Поля! Соберись! Тебе хочется, чтобы твой босс добился своего? — предостерегающе играет бровками.
— Нет!
— Тогда думай!
Ия задумываюсь. Какие женщины раздражают мужчин? Всех, без исключения. Хм..
— Меркантильные?
— Мимо.
— Глупые?
— Дважды мимо!
— Некрасивые?
— У всех свои представления о красоте, так что — мимо!
— Толстые?
— Мимо.
— Худые?
— Мимо!
— Да какие же?! — хнычу от безысходности.
— Неряшливые, Поля! Невежды! Быдло! Ты должна стать такой! Горецкому должно быть за тебя стыдно! У тебя есть все шансы сделать так, чтобы по дороге в Питер босс остановил машину, высадил тебя и больше никогда на тебя не посмотрел.
— Э, не! Я никогда не буду вести себя как Гера!
— Балда! — ругает меня подруга. — Это ж для дела!
Марго усаживает меня за стол и начинает посвящать в свой коварный план по отбивания желания у босса.
План оказывается очень коварным.
0-о-очень коварным.
Но и очень действенным.
А крепкие ли нервы у моего босса, это я завтра узнаю.