Карта первого круга (СИ)
- Да ты соврать решил, что ли? Совсем дефектный? Нахрен мне дядя эту карту подогнал, просил же что-то нормальное! - возмутился парень, раздраженно глядя на меня. - Ты вообще понимаешь, что с тобой произошло?
Боль прекратилась и теперь тело старалось избавиться от воспоминаний о ней, а я ответил со всей возможной искренностью:
- Нет!
Собеседник мученически застонал от этого и сказал:
- Я б тебе еще рассказывал, что и как! Пусть Синдор в курс вводит, недоумка.
Он махнул на меня рукой, и я перестал быть.
Через секунду, которая продлилась вечность я появился на той же самой площадке, но вокруг лежали вечерние тени, а на скамейке стояла пара ярких фонарей. Рядом с ними ждали двое - знакомый парень в халате и низкий, худой дед с седыми длинными волосами. Один его глаз закрывала повязка.
- Ты, - ткнул в меня молодой, - слушаешься его на этот призыв. Синдор, он твой, научи его хоть чему-то.
Парень развернулся и, не обращая внимания на слегка поклонившегося старика, вышел в дверь.
Для меня все выглядело так, будто я полчаса назад вышел из аптеки и торопился к сыну, встретил бандитов, боролся за жизнь, а затем умирал в полумраке. Мгновенное изменение состояния, новые места, странные люди и чужое тело... Я не успевал даже понять, что происходит, а просто действовал на реакциях организма. Сейчас он вновь чувствовал себя превосходно, но мозги словили ступор и Синдор по моему бессмысленному взгляду понял, что я не здесь, а в своих мыслях.
Его одежда была непривычна, какая-то смесь мотивов Ближнего Востока и униформы английского дворецкого. Она создавала впечатление диссонанса, что еще сильнее било по моему восприятию окружающего. Оценивающе меня осмотрев единственным глазом, он уселся на лавку и сказал скрипучим, неприятным голосом:
- Ближе подойди.
Я, не задумываясь, подошел и остановился перед ним. Рядом с другим человеком и расположенной рядом дверью я осознал, что прибавил в росте. Пока шел, тело вело себя превосходно, ноги ступали пружинисто, а ощущение нерастраченной энергии продолжало биться внутри.
- Как в карту попал? - спросил Синдор, откидываясь на стену за спиной и глядя на меня снизу вверх.
- Какую карту? - не понял его, думая, что это название области.
- Ты вообще знаешь что-то о призывателях и их картах? - недовольно проскрипел старик.
- Не знаю, - не уверенно протянул я. - А это какая страна?
- Приказ. Вопросы задаешь после разрешения, - распорядился Синдор, а я почувствовал какое-то непонятное шевеление в собственных мозгах.
- Теперь скажи, что ты помнишь до того, как оказался на этом месте, - продолжил он и добавил, помедлив: - Когда молодой хозяин был здесь один.
Перед глазами всплыли последние минуты жизни и лицо мужчины, предлагающего спасение в обмен на службу. И сразу же я понял, что сейчас старик разговаривает со мной на русском и это совсем другие ощущения, чем при разговоре с парнем. Я попытался спросить про это, но боль пришла изнутри, недвусмысленно предупреждая, что нарушать приказ нельзя. Она была вполне терпима, но я не рискнул проверять, что будет, если задам вопрос. Вместо этого послушно ответил слуге:
- Я умирал. А мужчина пообещал мне жизнь, если стану служить ему.
- Понятно. Как обычно, - кивнул мне Синдор. - Значит не знаешь о картах?
- Нет, наверное, - ответил я и хотел уточнить, про какие именно идет речь, но новое касание боли запечатало мне рот.
- Дикарь? - поинтересовался старик и сразу продолжил: - Не важно. Что тебя сейчас удивляет больше всего?
- Это не мое тело! - вырвался возглас и я махнул руками на себя.
- Помолчи! - приказал мне Синдор и задумался.
Даже целый глаз прикрыл. С минуту царила тишина, нарушаемая шумом листвы и громким скрипом какого-то насекомого. Стемнело сильнее и теперь фонари давали основное освещение. У меня появилось время немного обдумать происходящее, но никак не мог перестроиться на новую реальность, продолжая переживать в мыслях произошедший бой, вспоминая собственные ярость, страх, решимость и боль.
- Я начну сначала, а ты запоминай, - неожиданно очнулся Синдор и заставил меня вздрогнуть от резко раздавшегося неприятного голоса.
- Есть призыватели и все остальные. Призыватели могут управлять существами, использовать могущественные заклинания и жить вечно, но при этом они остаются людьми и прислушиваются к другим. Я тоже призыватель, поэтому относись ко мне с бесконечным почтением. В мудрости своей, мы правим остальными, наставляем на правильный путь и бережем от страданий.
Синдор прервался, а я ошеломленно смотрел на него. Он реально верит в эту агитационную чушь, которую толкает мне или привычно врет, надеясь запудрить мозги? Прививку от пропаганды я получил еще на родине и регулярно проходил ревакцинацию на каждых выборах. Но как-то вмешиваться в рассказ или высказывать сомнение не торопился, более того, нацепил на лицо маску спокойствия и внимания. Приступы боли ясно дали понять, что здесь работают какие-то иные законы, чем те, к которым я привык.
- Тебя спас могущественный Риндор ар Говш - призыватель четвертого ранга и владетель империи Говшан. В милости своей он посчитал тебя достойным стать слугой своего рода, цени это и служи страстно. Ты помнишь, что ты обещал за свою жизнь?
- Да, - ответил я, четко помня слова, произнесенные перед переходом.
- Вот и хорошо, - покивал Синдор, поднялся со скамейки, обошел меня по кругу, рассматривая, после чего продолжил: - Тебе дали очень хорошую карту. Редкую. Не видел раньше, чтобы одушевленному назначили духовного бойца. Цени это.