Удержи меня (ЛП)

Двери лифта открываются, и он приказывает:
— Подожди здесь.
— Ты собираешься обыскивать весь пентхаус каждый раз, когда мы возвращаемся домой?
— Ага. — В этом единственном слове чувствуется раздражение.
Возможно, я расстраиваю его так же сильно, как он расстраивает меня. Наши характеры не совпадают.
Я жду, пока он обыщет квартиру, и когда он снова присоединяется ко мне внизу, то говорит:
— Давай ознакомимся с правилами.
— Правилами?
— Ты никогда никуда не ходишь без меня, — констатирует он очевидное. — Ты не запираешь двери, и если не пользуешься ванной или проявляешь фотографии, я ожидаю, что двери останутся открытыми.
Другими словами, моя личная жизнь закончилась.
Мое разочарование перерастает в гнев, и я скрещиваю руки на груди, просто глядя на него.
— Всякий раз, когда мы выходим из квартиры, ты без колебаний выполняешь каждую мою команду. Если я скажу "ложись", ты становишься единым целым с полом и не поднимаешь головы, пока я не разрешу.
Мои глаза прищуриваются, когда я смотрю на него.
— Я обыщу общественные туалеты, прежде чем разрешу ими воспользоваться.
Господи, у него вообще есть эмоции? Я никогда раньше не встречала такого жесткого человека.
— Что, если у меня свидание? — спрашиваю я.
Я не была на свиданиях несколько месяцев, но хочу услышать, каких правил он от меня ждет.
— Ты ни с кем сейчас не встречаешься.
— Меня могут пригласить на свидание в любой момент, — возражаю я.
— Если это произойдет, мужчина будет тщательно проверен. Как только я удостоверюсь, что он не представляет угрозы, тебе будет разрешено встречаться с ним.
Моя бровь приподнимается.
— И ты присоединишься к нам?
— Да.
Мои глаза снова сужаются.
— Я не занимаюсь сексом втроем.
В напряженном взгляде Макса мелькает раздражение, но он никак не комментирует то, что я только что сказала.
Атмосфера напряженная, и, зная, что ничего из сказанного не вызовет у него реакции, я ухожу и направляюсь в свою спальню, чтобы переодеться в удобную одежду.
Я знаю, что должна рассчитывать на свои блага, но моя контролируемая жизнь становится невыносимой. Она монотонна и утомительна.
Самое поганое, что я понимаю, почему каждую деталь моей жизни контролирует мой отец, а теперь еще и Макс.
Но все же мне хочется, чтобы в жизни было нечто большее, чем правила и бесконечный список мероприятий, которые я должна посетить.
Хотелось бы спонтанности и волнения.
Хотелось бы… большего.
Глава 6
Макс
Прошла чертова неделя с тех пор, как я начал охранять Камиллу.
Очевидно, она очень обиделась на мое замечание о том, что не любит заниматься домашними делами, потому что с тех пор она держит пентхаус в чертовой безупречной чистоте.
Она ни разу не выходила фотографировать, а вместо этого проводит все свое время между своей спальней и фотолабораторией.
Кроме того, что мы здороваемся по утрам и она следит за тем, чтобы я поел, мы почти не общаемся.
Она несчастна, и причина — я.
Спросите меня, как пытать и убивать, и я смогу вести беседу часами. Но общаться с нормальными людьми чертовски сложно.
Я привык к насилию, а не к тому, чтобы нянчиться с женщиной.
Зарабатывание на жизнь убийством притупило мои эмоции и сделало меня чертовски асоциальным. Камилла из другого мира, где ей приходится часто общаться. Я знаю, что моя жесткая внешность — причина раскола между нами, но не знаю, как это исправить.
Тем не менее, могут пройти недели, а то и месяцы, прежде чем угроза будет устранена. Камилла не может так жить. В какой-то момент она выйдет из себя.
Если напряженная атмосфера беспокоит меня, то, должно быть, это сводит ее с ума.
Ты обязался охранять эту женщину, когда встретился с Николаем на его острове. Отступать нельзя, пока она не будет в безопасности.
Сегодня вечером она должна быть на вечеринке по случаю дня рождения Софи Ренуар, так что она, по крайней мере, выберется из пентхауса.
Когда мы вернемся домой, я должен буду усадить ее и прояснить ситуацию между нами. Если это вообще возможно.
 
Я жду в гостиной, когда слышу, как открывается дверь спальни Камиллы. Я перевожу взгляд на прихожую, и когда она появляется, каждый мускул в моем теле напрягается.
На ней черное платье, которое едва прикрывает ее задницу. Черные туфли на высоком каблуке делают ее ноги чертовски длинными и стройными.
Когда она спускается по лестнице, я вижу, как низко расположен ее вырез, обнажая слишком щедрое декольте.
Камилла подходит ко мне и поднимает голову. От вида дымчатых теней для век, подчеркивающих зелень ее глаз, и красной помады на полных губах мой член твердеет.
На каблуках она выглядит как порнозвезда.
Господи, мужчины будут стекаться к ней толпами.
Ее волнистые волосы оставляют открытой стройную шею, и у меня в голове мелькает мысль о том, чтобы пометить ее кожу своими зубами.
Нет.
Черт возьми, нет.
Ты не станешь разгуливать со стояком из-за этой женщины.
Это просто работа.
— Готова? — Спрашиваю я, мой тон более резкий, чем обычно.
На ее лице мелькает разочарование, прежде чем она кивает.
Когда открывается лифт, я жду, пока она войдет, и только потом присоединяюсь к ней. Двери захлопываются, и тонкий аромат ее духов наполняет воздух вокруг меня.
Она пахнет свежестью, как хрустящее зеленое яблоко.
Блять, я больше никогда не смогу смотреть на зеленое яблоко так же, как раньше.
— Подожди, пока я не скажу тебе, что выходить из лифта безопасно, — приказываю я.
От Камиллы нет ответа, что, должен признать, начинает меня чертовски раздражать.
Когда открывается дверь на парковке, я выхожу первым и убеждаюсь, что все чисто, прежде чем пробормотать:
— Выходи.
— Я не собака, — бормочет она себе под нос.
Идя к машине, я говорю:
— Дай мне ключи. Ты не поведешь.
Камилла достает ключи от машины из сумочки, и на мгновение кажется, что она собирается швырнуть их в меня, но потом она передумывает и поднимает их в воздух, брелок для ключей свисает с ее указательного пальца.
Мои глаза встречаются с ее, когда я беру ключи.
— Я была бы признательна, если бы ты был менее роботизированным и более человечным с моими друзьями. Последнее, что мне нужно, это чтобы ты оскорбил одного из них.
Я качаю головой.
— Это настолько человечно, насколько я могу.
Она качает головой и вздыхает, после чего забирается в Бугатти с пассажирской стороны.
Когда я сажусь за руль, она бормочет:
— Может, тебе стоит хоть иногда улыбаться?
Прежде чем я успеваю остановить эти слова, я отвечаю:
— Улыбаться — не моя работа.
— Точно, — вздыхает она.
Честно, я не могу вспомнить, когда в последний раз улыбался. Может быть, когда я разговаривал с Николаем?
Я завожу машину и проверяю, пристегнута ли Камилла ремнем безопасности, прежде чем кладу руку на ее подголовник и выезжаю с парковки задним ходом.
Как только я собираюсь включить передачу, мои глаза встречаются с глазами Камиллы. В тусклом свете парковки она выглядит чертовски сексуально.
Я делаю глубокий вдох и вдыхаю аромат ее духов.
Этот момент кажется интимным, и меня это не устраивает.
Я быстро перевожу взгляд на дорогу и вывожу нас с парковки. Я кладу руку на подлокотник и случайно задеваю Камиллу. Она быстро отстраняется и выглядывает в окно.
Поездка до ночного клуба, где будет проходить вечеринка, наполнена неловким молчанием, но у меня нет ни малейшего желания заводить разговор.
Я правда не думаю, что у нас с Камиллой есть что-то общее.
Когда мы подходим к ночному клубу, я говорю:
— Не исчезай от меня, как только мы окажемся внутри. Там будет много людей, и любой из них может представлять угрозу.
— Поняла, — шепчет она.