Суздальско-Нижегородские князья, или Последние Рюриковичи на русском троне

«Марина торжественно въехала в тушинский стан и лицедействовала столь искусно, что зрители умилялись ее нежностию к супругу: радостные слезы, объятия, слова, внушенные, казалось, истинным чувством, — все было употреблено для обмана и не бесполезно: многие верили ему, или по крайней мере говорили, что верят».
Самозванцу повиновались многие города и волости.
Василию Шуйскому оставались верными лишь Москва, стойко оборонявшаяся от поляков Троице-Сергиева лавра, Коломна, Рязань, Смоленск, Новгород Великий, Нижний Новгород, Саратов и Казань.
В Москве было плохо с продовольствием, цены на хлеб стали очень высокими. Царь уговорил монахов открыть запасы Троице-Сергиевой лавры, что обеспечило столицу хлебом, цены на продовольствие снизились.
Это было наиболее тяжёлое время для царя Василия IV. Однако проделанная им работа, по укреплению престола и армии, начала приносить свои плоды.
28 февраля 1609 года, эмиссар царя князь Михаил Скопин-Шуйский подписал в Выборге договор со Швецией. Россия отказалась от своих претензий на Ливонские земли, передала Швеции крепость Корелу с уездом. Швеция предоставила в распоряжения царя 3 тысячи пехотинцев и 2 тысячи конных воинов и неопределённое количество волонтёров.
Статьи Выборгского договора были следующими:
«1) Мирный договор 1595 года возобновляется между Россиею и Швециею на веки веков.
2) Первой не вступаться в Ливонию.
3) Карл дает Василию 2000 конных и 3000 пеших ратников, а Василий 100 000 ефимков в месяц на их жалованье.
4) Сие войско в полном распоряжении Князя Михаила Шуйского; должно занимать города единственно именем Царским, и не может выводить пленников из России, кроме Ляхов.
5) Съестные припасы будут ему доставляемы по цене умеренной.
6) Царь взаимно обязывается помогать Королю войском на Сигизмунда в Ливонии, куда открыл путь Шведам из Финляндии чрез Российские владения.
7) Ни та, ни другая держава без общего согласия не вольна мириться с Сигизмундом.
8) Царь, в знак признательности, уступает Швеции Кексгольм в вечное владение, но тайно до времени: ибо сия уступка может произвести сильное неудовольствие между Россиянами.
9) Князь Михаил Шуйский дарит Шведскому войску 5000 рублей не в счет определенного жалованья».
14 апреля 1609 года в Новгород Великий прибыли шведские наёмники. Общее командование над русско-шведским войском было возложено на князя Михаила Васильевича Скопина-Шуйского.
С этого времени царское правительство начинает постепенно подчинять своей власти мятежные территории.
В мае 1609 года князь Скопин с трехтысячным русским войском и пятью тысячами шведов выступил из Новгорода Великого, начав поход на Москву.
На помощь царю в Нижний Новгород приводит дружину из Астрахани боярин Фёдор Шереметев.
Воеводы князь Прозоровский и Сукин наносят поражение армии мятежников под командованием Хмелевского.
Воевода князь Дмитрий Пожарский, будущий глава народного ополчения и освободитель Москвы от поляков, разгромил армию самозванца под Коломной.
Против «Вора» восстал весь Суздальский уезд. В лагере мятежников назревает бунт, наёмники и казаки требуют плату за службу.
В июле 1609 года князь Михаил Скопин взял Тверь, посланные его остановить, отряды мятежников разбиты. После боя под Тверью, шведские наёмники, не получив денег ушли на север. В армии князя Скопина-Шуйского осталось лишь 300 шведов, позднее их число увеличилось до тысячи. Зато к нему приходит пополнение из Торжка, Ярославля, Костромы. Армия Скопина возрастает до 15 тысяч человек.
В середине августа 1609 года, безнадёжно осаждавший Троице-Сергиеву лавру гетман Ян Сапега был разбит Михаилом Скопиным под Калязиным. В октябре месяце Скопин вступил в Переславль-Залесский.
4 января 1610 года воевода Валуев разбил войска гетмана Сапеги под Троице-Сергиевой лаврой, поляки бежали, прекратив осаду лавры.
12 марта 1610 года князь Михаил Скопин-Шуйский торжественно вступил в Москву.
Военные успехи царя Василия IV, должны были упрочить его положение, однако этого не произошло.
 
Прежде всего, ухудшилось международное положение России. В войну вступают Крым и Польша.
Посланный царём к крымскому хану посол, для ведения мирных переговоров, был схвачен мятежниками в Путивле и казнён.
В июле 1609 годы крымцы вторглись в пределы страны. Они перешли Оку и разорили окрестности Коломны и Серпухова.
В сентябре 1609 года польская армия подошла к Смоленску и осадила город. Вероломное нападение поляков, нарушивших недавно подписанный мирный договор, стало большой неожиданностью для царя.
Василий Шуйский добиваясь международного осуждения вероломным действиям поляков, искал поддержки у монархов Западной Европы. Он писал к правителям Дании и Англии, Германскому императору о вероломстве короля Сигизмунда, прося их выступить с осуждением польской агрессии. Никто не поддержал Россию. Европа с любопытством наблюдала за исходом «русской смуты».
В этих условиях Василию Шуйскому пришлось заключить со Швецией 17 декабря 1609 года новое соглашение о дополнительной военной помощи.
Выбор Швеции в качестве союзника не был случаен. Дело в том, что Польский король Сигизмунд III, принадлежал к шведской династии Ваза и приходился племянником королю Швеции Карлу IX. Между дядей и племянником постоянно шла борьба за шведский трон. Поэтому помогая России в борьбе с Польшей, король Швеции, желал устранить претендента на свой трон.
Международная изоляция усугубляется внутренним кризисом. Многие бояре недовольны царём.
«Вельможи его, были в смущении и в двоемыслии: служили ему языком, а не душою и телом; некоторые дерзали и словами язвить Царя заочно, вопреки присяге и совести», — повествует историк.
В столице был составлен заговор против царя. Во главе заговорщиков стояли князь Роман Гагарин, московский дворянин Тимофей Ильин и рязанец Григорий Сумбулов. К ним примкнуло около 200 дворян.
Заговорщики проникли в Кремль в Думу, где стали уговаривать бояр свергнуть Шуйского. Бояре не поддержали заговорщиков, но в то же время ничего не сделали, для их ареста. Тогда Роман Гагарин выступил перед народом на Красной площади, но и там не нашёл поддержки. Вскоре к народу вышел сам царь. Ему удалось успокоить горожан, которые покинули площадь и разошлись по домам.
Мятеж был предотвращён, но заговорщикам удалось бежать из Москвы.
Позднее был раскрыт заговор дворецкого Ивана Фёдоровича Крюка-Колычева. Он в день вербного воскресенья намеривался убить царя. Его пытали. После казнили.
Волнения происходили и в стане самозванца. Тушинский лагерь разваливался. Знать уже не надеялась на победу «Вора». Но возвращаться в Москву с повинной так же никто не хотел. Тушинские бояре стали искать третью силу в лице польского принца.
27 декабря 1609 года, опасаясь за свою жизнь и не доверяя своим сторонникам, особенно полякам, из Тушина в Калугу вновь бежал самозванец.
В январе 1610 года под Смоленск в польский лагерь прибыло посольство из Тушина, во главе с боярином Михаилом Салтыковым и князем Василием Рубцом-Мосальским. Тушинцы предложили русский трон сыну короля Сигизмунда.
В польском лагере было подписано соглашение о передаче русского престола польскому королевичу Владиславу.
«Именем Королевским Сенаторы письменно утвердили неприкосновенность всех наших священных уставов и согласились, чтобы Королевич, если Бог даст ему Государство Московское, был венчан Патриархом; обязались также соблюсти целость России, ее законы и достояние людей частных; а Послы клялися оставить Шуйского и Самозванца, верно служить Государю Владиславу, и доколе он еще не Царствует, служить отцу его».
Николай Карамзин так описывал пребывание тушинских послов в польском стане. «Не могли Салтыков и клевреты его быть слепыми: они видели, что Король готовит Царство себе, а не Владиславу; знали, что и Владислав не мог ни в каком случае принять нашего Закона: но ужасаясь близкого торжества Василиева, как своей гибели, и давно погрязнув в злодействах, не усомнились предать отечество из рук низкого Самозванца в руки Венценосца иноверного; предлагали условия единственно для ослепления других Россиян, и лицемерно восхищаясь мнимою готовностию Сигизмунда исполнить все их желания, громогласно благодарили его и плакали от радости. Пировали, обедали у Короля, Гетмана Жолкевского и Льва Сапеги. Сидя на возвышенном месте, Король пил за здравие Послов: они пили за здравие Царя Владислава. Написали грамоты к Воеводам городов окрестных, славя великодушие Сигизмунда, убеждая их присягнуть Королевичу, соединиться с братьями Ляхами, и некоторых обольстили: Ржев и Зубцов поддалися Царю новому, мнимому».