Когда позовет судьба

Женщина самодовольно приподняла брови:
— Мы располагаем одеждой самых модных покроев, на любой вкус и цвет. Может быть, вам нравится вот это, светло-серое?
Кристин представила, как она идет по тротуару, одетая на манер Мэри Поппинс.
— А у вас нет чего-нибудь, что не стягивало бы шею?
— Поняла, вам нужно вечернее платье, которое было бы не грех надеть и на бал. У нас есть несколько готовых бальных платьев, а также набор выкроек. — Продавщица погладила золотистый кусок бархата. — Если правильно подобрать нижнее платье, этот материал будет прямо-таки сверкать на вас.
— Как, еще и нижнее платье? — ужаснулась Кристин.
— Конечно!.. Как видите, мы в состоянии удовлетворить любой запрос.
— А в чем же я, по вашему мнению, нуждаюсь? — с затаенной надеждой спросила Кристин.
— Ну-у… Многое зависит от того, насколько щедр ваш супруг.
— Супруг?.. Ах нет, со мной не супруг. — Кристин начала входить в роль. — Это мой брат. Его зовут Джек.
— Ваш брат, кажется, предоставил вам самой решать, что вы выберете? — со сладкой улыбкой спросила продавщица.
— О да, именно так. И он никогда не жалеет на меня денег. А мне нужно — все.
— Как это — все? — спросила женщина, недоуменно пожав плечами.
— Ну, в полном смысле слова: все. — Кристин мило улыбнулась.
Женщина ухватилась пальцами за свой узкий воротничок в фестончиках:
— Чудесно! Будем знакомы — меня зовут Хайдегард Стэнли. — Она решительно протянула руку.
— Кристин Форд, — тряся ее руку, представилась Кристин. — Мы с братом золотоискатели. И вот, проездом, оказались здесь у вас.
— О-о, сестра золотоискателя достойна того, чтобы хорошо выглядеть! — Впервые за время беседы женщина пристально оглядела наряд Кристин. — Юбка у вас коротковата.
— Ах, это и не юбка! У меня все украли в дороге.
— Пройдемте со мной. Начнем с самого начала, то есть с лифа.
Кристин, робея, прошла за Хайдегард в просторную примерочную в конце зала. Продавщица, предложив ей раздеться, вышла, и Кристин торопливо выполнила ее указание, оставив на себе лишь трусики и бюстгальтер.
— Господи, что у вас произошло с корсетом?! Вы его обрезали? — удивилась Хайдегард, вваливаясь в примерочную с большим белым платьем, перекинутым через руку.
Кристин испуганно прикрыла грудь и живот.
— Это… Это последний крик моды, — нашлась она.
— Ни за что не поверю, что выставлять живот наружу станет когда-нибудь модным! — заявила продавщица. — А это что? — Она щелкнула резинкой трусиков.
Кристин, покраснев до корней волос, заметила:
— Я для того и пришла сюда, чтобы подобающим образом одеться. Но снизу ведь можно оставить это?
— Ни в коем случае! — фыркнула Хайдегард.
Стараясь не конфузиться в присутствии суровой матроны, Кристин разделась донага. Хайдегард, ни секунды не медля, помогла ей надеть белый мягкий лифчик и завязала его розовую ленту на шее.
— А теперь панталоны. — Хайдегард извлекла на свет короткие белые панталончики, сшитые из того же легкого материала, что и лифчик. Кристин натянула их и нахмурилась:
— Они же не зашиты посредине!
— Простите? — с видом оскорбленной невинности отозвалась женщина. — Они сшиты безупречно, милая леди.
— Но их же забыли сшить в промежности!
Хайдегард сложила губы бантиком:
— Милочка моя, это на случай надобности.
— Ах, ну да… — окончательно сконфузилась Кристин. "Они ведь еще не изобрели резинку для трусов", — догадалась она. Было странно ощущать себя в белье и тем не менее чувствовать движение воздуха между бедер. Она завязала бантиком ленту от панталон на поясе. Продавщица объявила:
— А теперь чулки.
Кристин заранее стало плохо. Чулки?! В такой жаркий душный день!
— Осторожненько надевайте, а я подыщу вам розовые подвязки.
Кристин подчинилась — стала надевать старомодные, достающие до середины бедер чулки; светло-розовые, с вышитыми по наружной стороне бутонами роз, они оказались шелковисто-гладкими.
Вернулась Хайдегард с целой горой вещей:
— Вот вам подвязки.
Когда Кристин разобралась с подвязками, продавщица уже держала перед ней новое приспособление: в нем можно было распознать корсет, но нижняя его часть была значительно расширена.
 
— Уф! По-моему, сегодня он ни к чему!
— Как это "ни к чему"? — Женщина обернула корсет вокруг туловища Кристин так, что дюжина металлических крючков оказалась спереди. — У вас слишком узкий таз, чтобы позволить себе ходить без корсета. А кроме того, надо поднять грудь — тогда она будет выглядеть пышнее.
Хайдегард стала зашнуровывать корсет, и Кристин вспомнила знаменитую сцену сборов на бал в "Унесенных ветром".
— Как, не слишком туго? — Хайдегард дернула за шнурок, и Кристин почувствовала, как воздух выходит из ее легких. — Выдохните до конца, как только можете.
"Ни за что!" — сказала про себя Кристин и, наоборот, постаралась как можно глубже вдохнуть. Женщина поколдовала еще немного и встала перед своей жертвой.
— Ну вот! Теперь с бельем все в порядке, — удовлетворенно изрекла она.
Настал черед какой-то детали, напоминавшей лифчик, но надевавшейся поверх корсета. Далее последовало нижнее платье. Следующим был турнюр.
— Я выбрала для вас темно-фиолетовый наряд. — Хайдегард удалилась на минуту и внесла прелестное бархатное платье с короткими рукавами-буф и глубоким вырезом. После того как Кристин надела еще одно, гармонирующее с этим нарядом, нижнее платье, продавщица помогла ей через голову натянуть темно-фиолетовое чудо и застегнула его на спине. Кристин показалось, что она теперь может стоять на земле, не касаясь ее, — на краях своих юбок. В заключение она надела пару фиолетовых атласных туфелек.
Хайдегард отступила на шаг и победно улыбнулась:
— Прелестно!
Кристин взглянула в большое овальное зеркало. Это и в самом деле было прелестно — до того момента, как придется сделать первый шаг. В совокупности наряд весил, наверное, килограммов двадцать. А единственное достижение, которое отметила и она сама, — то, что корсет волнующе для мужского взгляда приподнимал грудь.
— Что ж, беру. Спасибо, — сказала она.
— Отлично, — пропела женщина. — Теперь снимем все это и примерим следующий наряд.
— Следующий?! Мы столько времени впихивали меня в этот, и вы еще говорите о следующем? Нет, спасибо, обойдусь этим.
— Мисс Форд, вы что же, собираетесь в разгар дня разгуливать в вечернем платье?
— А почему бы и нет? — Кристин была сейчас готова на все, лишь бы не подвергаться еще раз изощреннейшей пытке одевания.
— Во-первых, пыль, которая тут же набьется в бархат. А во-вторых… — Женщина запнулась и закончила шепотом: — У вас же открыта грудь!
Кристин непонимающе моргала:
— Ну и что? Ведь жарко. И хорошо, что открыта!
— Это платье уместно только вечером, в обстановке бала или званого ужина, мисс Форд. Я приглядела для вас три очаровательных прогулочных платья. Полагаю, они придутся вам впору.
Хайдегард удалилась, и Кристин овладело жуткое ощущение, что ей придется провести в этой лавке за переодеваниями всю оставшуюся жизнь.
  
10
 
Кристин шла, без конца передергивая плечами: то ей казалось, что развязывается один из многочисленных шнурков, то в подмышку врезался корсет… Даже облегченный прогулочный наряд не давал ощущения свободы и естественности, каково же будет в том шикарном бальном одеянии?
После двухчасовых мучений она сбежала от неугомонной Хайдегард Стэнли, договорившись, что та пришлет вещи, включая шляпки, перчатки, туфли и белье, в гостиницу. Пока Кристин находилась в руках продавщицы, Джек снял два номера в гостинице, распорядился накормить лошадей, побродил по городу и выпил вина в баре. Сейчас он невозмутимо шагал рядом, как всегда не обращая на нее внимания.
— Куда мы идем? — поинтересовалась Кристин.
— Пора перекусить.