Готорн (ЛП)

— Что за мрачные мысли, Ава, — ответил Натан, обернувшись и озорливо улыбнувшись мне. — Ты начинаешь походить на меня. Но к счастью в этой ситуации, ты ошибаешься. Смотри.
Мы спустились по весьма крутому отрезку пути, у основания которого сэр Изумбрас свернул в арочный дверной проём, который был шире всех остальных. Я заметила что-то за его пределами — что-то ярко сверкающее.
Когда мы проследовали за ним через арку, мои привыкшие к темноте глаза ослепило светом. Мы оказались в куполообразном помещении, окольцованном грубо-отёсанными ростовыми камнями. В центре круга стояло небольшое дерево, усыпанное белыми цветами. «Как могло дерево цвести так глубоко под землёй, — стала гадать я, — да ещё и в темноте?» Но темно тут не было. Подняв глаза, я увидела, что купол усеян крошечными мигающими огоньками. Они напомнили мне электризованные лампочки на потолке недавно открытого Центрального вокзала Нью-Йорка. Только вот эти огоньки двигались.
— Сияющие спрайты! — воскликнула я. — Дейзи обрадуется, увидев их.
— Да, — сказал Натан, — но я не уверен, что они столь рады видеть нас.
И правда, сияющие спрайты выглядели разгневанными — и вооружёнными. Каждый спрайт имел копьё. Они зароились вокруг сэра Изумбраса и нас.
— Ой! — вскрикнула я, когда один из спрайтов кольнул меня своим копьём.
Другой спрайт задел крыльями моё лицо, и я услышала, как вокруг нас шипит одно единственное слово «Сассенах».
— Это означает «иноземный английский захватчик», — произнёс Натан. — Боюсь, что шотландские сияющие спрайты немного яростней своих американских соплеменников — и этим было дано задание охранять сосуд.
— Мы здесь ради защиты сосуда, — выкрикнула я. — И нам надо найти третий сосуд раньше, чем это сможет сделать Мастер Теней.
Я почувствовала касание десятка крыльев к моему лицу и затем услышала мелодию их обеспокоенных голосов:
— Откуда нам знать? — выкрикивали они. — Вы можете быть шпионами!
— Я здесь ради встречи с леди Эфиленой, — сказал сэр Изумбрас.
Он был покрыт сияющими спрайтами, но они не казались такими же разгневанными. Они порхали вокруг него, поднимая разноцветный взрыв пыли.
— Мы тоже, — сказал Натан. — Мы здесь чтобы увидеться с леди Эфиленой…
Но сияющие спрайты только лишь укололи нас своими миниатюрными острыми копьями. Я увидела, как один спрайт понюхал кожу Натана и сморщил свой носик. Он отлетел, прихватив полоску синей краски с лица Натана на своих крыльях. Спрайт напомнил мне примулу.
— Эльфвеард послал меня, — сказала я, вспомнив о страже, которого я встретила в лесу Блитвуда. — Он сказал… — я стала усиленно отыскивать в своей памяти точные слова, произнесённые стражем. — Он сказал, я — сосуд, а сосуд — свет.
В этот же миг сияющие спрайты замерли в своём полёте и затем вместе затрепетали крыльями в своём пожарище.
— Это слова… но как мы узнаем… возможно, стража пытали.
— Я совершенно точно никого не пытала, — сказала я. Я отмахнулась от сияющего спрайта, чья пыль с крыльев просочилась мне под блузку, от которой у меня начался зуд: — Я похожа на мучителя? И разве страж выдал бы свои секреты, даже если бы я была мучителем? Я таким не занимаюсь, я…
— Феникс! — в унисон воскликнули они.
В порыве гнева, мои крылья раскрылись. Я видела, как их свечение отражалось на лицах сияющих спрайтов.
— Феникс будет послан на спасение последнего сосуда! — объявил один из спрайтов, приземлившись на моём плече. — Вы немедленно должны пойти и увидеться с леди Эфиленой.
Десятки сияющих спрайтов потянули меня к дереву боярышника. Сэр Изумбрас уже преклонил колено у подножья дерева. Я оглянулась назад и увидела, что Натан отбивался от небольшого пожарчика из спрайтов, многие из которых заполучили синюю краску с его лица на свои крылья. Возможно, именно поэтому они были такими недовольными.
— Оставьте его в покое, — сказала я. — Он мой друг и… хм, мой кавалер.
Натан поднял взгляд, свет вспыхнул в его глазах. Сияющие спрайты прекратили трепать его и направили к дереву.
 
— Спасибо, О, Великая Дева Феникс, — произнёс Натан с пародийным поклоном, — что пощадили своего покорного кавалера.
— Ох, заткнись, Натан. Я не знала, что ещё сказать. По крайне мере, они собираются позволить нам войти — хотя я и не понимаю как. Дерево разрослось над входом в сосуд.
Но вот пока я говорила, я увидела, что сияющие спрайты сметают пыль с корней, открывая гладкую мраморную плиту. Сэр Изумбрас изъял из ножен свой меч и опустил его на плиту, излагая по памяти слова на языке, который, как я предположила, был древнеанглийским.
— Как думаешь, он воткнёт меч в камень как король Артур и его рыцари — ох!
Саркастическое замечание было прервано изумлением, когда плита сдвинулась по своей собственной воле. «Он, в самом деле, очень любит все эти истории», — подумала я, когда мы оба присели рядом с сэром Изумбрасом. Сквозь отверстие полился свет, озарив бледное, изношенное лицо сэра Изумбраса счастьем. Он низко поклонился, словно выказывал почтение свету, и затем стремглав ринулся в дыру.
— Ну, полагаю, мы смело можем последовать за ним, — сказал Натан, опуская себя через дыру с куда большей осторожностью.
Когда я наклонилась, чтобы отправится вслед за ним, я вспомнила, что в прошлый раз я упала сквозь дыру в земле и угодила в разрушенный мир десятью годами позже. Но времени на обдумывания не было — я уже падала.
Я бы приземлилась прямиком на голову, если бы Натан не поймал меня.
— Чёрт возьми! — начала я, но Натан шикнул на меня и принудительно развернул меня за плечи, и я увидела…
В центре комнаты стояла леди Эфилена, а сэр Изумбрас преклонил перед ней колени, склонив голову. Её руки были на его плечах. Золотистый свет струился с её рук вниз по его согнутой спине, подобно водопаду, перетекавшему над камнем. Свет втекал в его доспехи, от чего те засияли, будто были только что выкованы, а затем свет наполнил его волосы, превратив из седых в золотистые. Его плечи распрямились под её прикосновением, и когда она подняла его голову, он снова был молодым мужчиной, и его лицо сияло светом любви.
— Леди Эфилена, наконец-то! Я охранял башню все эти годы в ожидании знака, что настало время прийти к вам. Когда золотая нить стала распутываться, я понял, что пора.
Леди улыбнулась своему рыцарю.
— Я знала, что вы будете охранять башню и обеспечивать нам безопасность, сэр Изумбрас. И что в один прекрасный день вы вернётесь ко мне и приведёте в сосуд феникса.
Она подняла голову и устремила на меня свои большие, добрые глаза. Она была старше, чем леди на гобеленах, и её вьющиеся волосы отросли почти до пола. Я сделала реверанс. Рядом со мной поклонился и Натан.
— Я не знаю, как феникс связан со всем этим, миледи, но я пришла, чтобы найти третий сосуд и защитить его. Натан и я из Блитвуда, сестринской для Готорна школы… — я запнулась, не зная, что она может знать об Америке, поскольку была заперта в подземелье за многие столетия до открытия страны.
— У большой реки на краю волшебного леса? — спросила она, склонив голову и улыбнувшись.
— Да, но…
Она указала на гобелен, висевший на стене. Там был изображен Блитвуд, стоявший на берегу реки Гудзон рядом с горами Катскилл, а окружал его Блитвудский лес.
— Но как?..
— Фейри, которые сделали сосуд, вырезали потайные места на стенах. Когда этот сосуд был разбит, изображения были уничтожены, — она отодвинула один из гобеленов в сторону и показала разрушенную стену. — Но я помнила картины и вплела их в эти гобелены. Конечно, замок не получился как настоящий, но я оставила инструкции для будущей леди Готорна построить замок по образцу Готорна и перенести его туда, где были похоронены другие сосуды.
— Будущей леди Готорна? — спросил Натан.
— Алкиона, — сказала я. — Старшая сестра Меропы и основатель нашего Ордена. Она нашла ваши инструкции и переписала их в «Порочность Ангелов».