Трофей для волчьей стаи (СИ)

Пускай это и сказка, но, если она играет нам на руку, я готов в нее верить.
Когда настала пора тянуть жребий, я оставил Айрин с Сайхалом.
Мой бэта, на удивление, отказался тянуть его, хоть и был достаточно уважаем и имел право участвовать в Совете.
Мне было тяжело оставлять Айрин, чувствовать, как ее пальцы отпускают мою рубашку, видеть ее глаза, наполненные страхом.
Я бы хотел помочь ей, но никак не мог. Поэтому я тянул жребий и молился Богини.
И вот настало время Луноликой выбрать хозяина Трофея, мы все разомкнули руки. Я почувствовал, как камень в моей руке нагревается и в ту же секунду он засветился, словно светом звезды.
Я даже не успел поверить, не успел осознать. Айрин моя. Луноликая окончательно признала ее моей.
«Разве, будь по-другому, ты бы ее отдал? — раздался в голове голос волка. — Ты ведь почувствовал, что она твоя, намного раньше».
Но я молчал, лишь смотрел, как переливается камень. Вот только спокойствие мое было недолгим, всего пару мгновений, прежде чем я услышал слова Ноа:
— Я кидаю тебе вызов. И пусть Луноликая решит в бою, кто из нас сильнейший, и достоин решать судьбу Айрин.
  
Глава 23
 
«Отдай ее, — звучит голос в моей голове — Отдай ее, Рагнар! Посмотри, что она сделала с кланом…»
«Ни за что! — ментально отвечаю я. — Луноликая уже решила, кто владелец трофея и решила дважды!» — говорю я.
Ноайран только сверлит меня взглядом.
«Если это так, значит, подтвердишь в честном бою. С поддержкой Богини. Посмотрим кого она поддержит, кто сильнейший».
— Да будет так, — соглашаюсь я.
Его высокомерие и уверенность выводят меня из себя. Если придётся драться за право владеть Айрин, значит, так тому и быть. Волк давно рвется наружу, желает показать наглецу его место.
Я готов принять бой прямо сейчас, но голос Сайхала прерывает нас:
— При Совете, я требую отсрочку для честной подготовки к поединку. Бой должен пройти по правилам. А значит, после заявления прав сильнейшего должна пройти неделя.
Я вскидываю бровь.
«Какого черта ты творишь?» — спрашиваю ментально, но он молчит.
— Я способен бороться сейчас! — рычу во всеуслышание
— После пары дней без сна и отдыха? Мое требование законно. — Отвечает с запалом Сайхал.
Совет начинает перешептываться. Ноа недоволен, как и я. Мы готовы сойтись в поединке прямо сейчас.
Мной одолевает буря чувств, и среди этого потока где-то в глубине я начинаю понимать, что в чем-то бэта прав. Я действительно не спал несколько дней.
Ведь моя цель не только доказать, что я сильнейший, но и спасти жизнь Айрин, а ею я не имею права пренебрегать.
— Я поддерживаю требование моей правой руки, — говорю сквозь гнев.
Совет снова шепчется. Ноа вздергивает бровь и смотрит на меня, как на слабого.
— Альфа пограничных земель боится?
Я готов броситься в бой прямо сейчас. Волк внутри рычит, но стоит посмотреть на Айрин, такую хрупкую и беззащитную, как все эти эмоции спадают. Я должен сделать все, чтобы уберечь ее. А значит, не обращу внимания на эту глупую провокацию.
— Мое требование законно, — спокойно говорю я.
Совет снова шепчется, в после раздается голос:
— Совет поддерживает ваше требование. — Говорил Мирсан — один из представителей Совета. — Бой состоится в ночь, перед Великим Пиром.
Ноайран взбешён, это видно по тому, как он сжимает кулаки.
Я же спокойно киваю.
— Сайхал, проводи наших гостей, — обращаюсь к бэте.
В глазах Айрин появляется страх.
— У меня ещё есть важный разговор с Советом. С Советом, который пренебрег указом альфы.
Ноайран спокойно выходит первым. Следом — Жрица. Она так же кивает мне головой в знак уважения. И только потом выходит Айрин. Она смотрит на меня, до последнего не отводя глаз.
 
Боится.
— Все хорошо, — произношу одними губами без звука, заглядывая в ее глаза.
Сайхал выводит мою цветочную деву из зала.
— Совет знает, какое понесет наказание за ослушание альфы?
Обращаюсь к сильнейшим волкам нашего клана.
Чувствую их страх, они знают.
— Альфа собрал нас не для послушания…
Слышу голос Мирсана.
— Я собрал вас для проведения Совета, для честной жеребьевки, — рычу я. — А вы посмели ослушаться меня, нападать на своего альфу…
— Это запах свёл нас с ума, это дева виновата, — звучит голос Шора, ещё одного сильного самца.
— Довольно! — ещё громче рычу я. — Каждый, кто вел себя, как зверь на моих землях, кто нарушил закон и пытался напасть на альфу, будет как зверь и отвечать.
Я принимаю обличье волка.
Настало время для охоты и лучше Совету бежать, как можно дальше.
  
Глава 24
 
Я не хочу его оставлять… Или оставаться без него.
Все ещё не могу поверить, что мне так повезло. Хоть где-то Луноликая пожалела меня.
Достанься я любому из Совета, и моя судьба была бы решена… Любому, кроме Ноайрана.
Он вышел первым, окинув меня взглядом, от которого по телу прошла волна мурашек. Что ему нужно от меня? Зачем он кинул вызов Рагнару, и что же теперь будет дальше?
Одна неизвестность сменилась другой. Я осталась в том же состоянии полного страха.
Так не хотелось уходить. Я до последнего стояла в зале, смотрела на Рагнара.
Он поймал мой взгляд. Наши глаза встретились.
Одними губами он прошептал, что все будет хорошо.
А после, блондин меня вывел.
Стоило выйти из зала, раздались голоса, а ещё через несколько шагов, рычание и… Скулеж.
Я вздрогнула, но тут же на мои плечи легли теплые женские ладони.
— С ним все хорошо, Айрин. Рагнар сильнейший альфа, которого видели пограничные земли.
Сайхал рядом хмыкнул.
— И глупейший, — добавил он.
Впереди я рассмотрела спину Ноайрана. Он шел в нескольких шагах, даже не обращая на нас никакого внимания, и завернул на первом повороте, скрывшись из виду.
— Что теперь будет? — тихо спросила я.
— Если Рагнар не отдаст тебя добровольно, ему придется биться с самым сильным альфой.
— Он может меня отдать? — так легкомысленно спросила я.
— Может. И сделает это, если не идиот.
Жёлтый взгляд Сайхала меня просто испепелил, в нем было столько злости.
— Своим отсутствием веры ты только оскорбляешь своего альфу, бэта, — прозвучал более спокойный голос жрицы.
Сайхал нахмурился. Замечание жрицы ему не понравилось, но он кивнул головой в знак уважения и отвернулся, отойдя от нас на пару шагов.
Было видно, что он желал показать свое уважение, хоть и был не согласен.
— Не принимай слова бэты близко к сердцу, Айрин, он просто сильно переживает за Рагнара.
— Мне кажется, он меня просто ненавидит, — со вздохом сказала я.
Жрица посмотрела на меня, а после по-доброму улыбнулась.
— Когда последний альфа пограничных земель умер, остро встал вопрос о том, кто займет его место. Рагнар был ребенком одной из волчиц прошлого альфы. Изначально выбор Совета пал на другого оборотня — Арса. Он был старшим ребенком альфы. Рагнар был вторым по старшинству.
— И как же Рагнар стал альфой? — с интересом спросила я.
На удивление мне на самом деле было интересно все о Рагнаре.
— Арса убили, — дала исчерпывающий ответ жрица. — И так как Рагнар был вторым по старшинству, Совет посчитал его убийцей брата. За него вступился Сайхал. Он пользовался уважением у Совета, они приняли его слова на веру. В дальнейшем, он выступал за Рагнара при выборе нового альфы. Так Рагнар и стал альфой, а Сайхал — его правой рукой. Для Сайхала Рагнар, практически, как сын, поэтому он так переживает за него. Он испытывает не ненависть, Айрин, а страх за близкого ему человека. Ты для него угроза. Этот мир сложно принимает все новое, поэтому и умирает. Мы давно не появлялись на этих землях, но внимательно следили за тем, что происходит, — произнесла она, следя за моей реакцией.