Код Рембрандта (СИ)

– Извините, перебью. Я имею доступ к этим материалам.
– Именно к этим?
– Да, к материалам результатов опыта, поставленного специалистами ВМС США с использованием подводной лодки «Наутилус».
– В каком проекте?
– Мы изучали, изменяется ли в этом случае электромагнитное поле.
– Электромагнитное поле?
– Да.
– А что, может, уже тогда у него чип в голове был? Может, он был шпионом. Кстати, тогда он мог быть скорее всего шпионом КГБ. Ну или на крайний случай – китайских коммунистов. Хотя китайских – нет… они еще слабы тогда были. А вот СССР уже спутник на орбиту запустил.
– Хм, не знал, что «ЗАСЛОН» над этим работал. Я знаком с результатами, однако мне показалось подозрительным их направление. С чего это вдруг решили выяснить, есть ли электромагнитное поле?
– Ну как же, факт совпадения был. Высокого совпадения. Вот и пытались выяснить, как такое возможно. И выяснили… факт телепатической передачи информации был: 7 совпадений из 10. А вот электромагнитная гипотеза природы этого явления была отвергнута. И все зашло в тупик.
– Да уж. Вот мы и заинтересовались этими совпадениями. Не дали затухнуть эксперименту, хотя и прошло много лет. Кстати, насчет шпиона вполне справедливые подозрения. Ведь по факту имя участника эксперимента на лодке вымышленное.
– Вымышленное? Лейтенант Джонс не натуральный?
– Нет, черт побери, искусственный. Ну и обозначения же у вас.
– А то. И кто же он?
– Имя до сих пор почему-то засекречено. Раскрыто для общественности лишь озвученное, псевдоним. Да и то – известно только общественности, имеющей доступ к секретным материалам.
– Вот это оборот. Зачем же скрывать имя? Он мог бы сказать правду.
– Вы думаете, эксперимент сфальсифицирован?
– Могу только подозревать. Надо полазать по материалам секретного архива.
– АО «ЗАСЛОН»?
– Да.
– Прежде предложу составить мне компанию в психушку. Расспросим этого энтузиаста-экспериментатора… врача.
  
Глава 7: Эксперимент 18+
 
После недолгой церемонии приветствия и знакомства (о визите врач был предупрежден, заочно мы были представлены друг другу) он, начав со вступления, быстро поняв степень моего знания темы, перешел к своим объяснениям.
– Никто не стал бы звонить по ее просьбе, тем более давать ей позвонить, особенно межгород, – пояснил медик. – Я даже поручил санитарам обыскать пациентов в подтверждение отсутствия варианта сговора по телефону.
– И что же, у них вообще нет связи с остальным миром? – поинтересовался абсолютно без сатирических интонаций я.
– Почему же, пациенты могут получить доступ к телефону.
Мой спутник вопросительно уставился на него. Это стало причиной молчания. Понимая двоякость трактовки сказанного, врач пояснил:
– Только тогда, когда звонят их родственники, что, признаюсь, бывает нечасто.
– Просят, чтобы им передали телефон? – спросил тот.
 
– Как бы так. Телефоны хранятся у старшей медсестры. Связываться рекомендуем родственникам в определенное время. Старшая тоже не может постоянно на вахте сидеть и следить, кто будет звонить. Обычно она проверяет пропущенные и разрешает связываться в определенное время. Мы вместе проверили журнал звонков: никто не звонил, никто ни с кем не связывался.
В диалог вмешался его друг со студенческих лет, находящийся на связи в режиме видеоконференции.
– Приветствую вас, – поздоровался он со всеми и перешел на непротокольную манеру со своим однокашником. – А знаешь, что я тебе скажу? Самый простой метод проверки.
– Какой?
– Проведи-ка еще один эксперимент.
– Хм, идея неплохая, опять с тобой?
– Ну еще скажи, что я в заговоре.
Они вместе хихикнули. Смех подхватили и я с начальником охраны. Однако он был у нас оборванный – нам пришла одна и та же мысль одновременно: возможно, не стоит недооценивать вероятность заговора.
– Тогда ничего не говори подруге, не выдай себя, пригласи ее на вечер, – предложил психиатр своему однокашнику.
– Ха-ха, а не установил ли ты у меня скрытую камеру? Тем более… прошу прощения, господа, но раз игрушечный эксперимент заинтересовал следственный комитет и такое предприятие, как «ЗАСЛОН»… – он замолк, внимательно следя за взглядом властителя киберпространства упомянутого им предприятия, потом переключился опять на своего коллегу, как бы спрашивая его, спросил всех: –       Я слышал, они уже могут камеру вживить в зрачок человеку. Да и не только человеку, – добавил он, понизив тон.
Все молча смотрели на него. Он «пробежался» по взглядам всех, спросил:
– А если она выложит наши скачки на обозрение подруг? А может, и не только подруг, – последнее было произнесено очень тихо.
Доля шутки пересилила реальное опасение, взаимный смех наполнил эфир.
– Ну так что? – еще улыбаясь, спросил его психиатр.
– Думаю. М-да, точно. Приглашу-ка я свою кралю и попробую повторить все максимально идентично. Сделаем в ближайшие дни. Мне нужно подготовиться. Появилась идея.
– Делись.
– Куплю камеру и поставлю тайно ее. Установлю в спальне. Чтобы самому проследить за этой сучкой.
– Тогда жду. До связи.
– Ок, иди шпигуй своих подопытных.
С секундной задержкой пришли эмоции, коими одаривал людей мифический бог смеха Гелос, эвфемизм достиг сознания, после чего связь прекратилась.
Мы еще какое-то время побеседовали и уже собирались уйти, как добровольный участник эксперимента позвонил.
– Я переиграл сценарий. Не буду ждать, я нашел у себя заброшенную в шкафчик веб-камеру. Я ее аккуратно установлю в спальне.
Потом, чуть помолчав, сказал:
– А зачем я буду с этим вообще возиться, у меня есть старый мобильный телефон, на нем отлично работает камера, я ее включу на запись и оставлю аккуратно в стороне.
– Отлично, – высказал одобрение медик. – Тогда пока расходимся? – он посмотрел на меня, как бы спрашивая разрешения.
– Да, пожалуй, – ответил я, – только просьба – не забудь нас предупредить, когда будете вести допрос.
– Опрос. У нас не тайная канцелярия.
– Еще как тайная, – ответил я, отразив легкую усмешку.
– Вы знаете, а вас можно под статью подвести, – с чего-то вдруг напряг атмосферу представитель АО «ЗАСЛОН».